Читаем без скачивания Вовка в Троеклятом - Владимир Черепнин

Все эти мысли проносились в моей голове, пока я догонял уплясывающих хряков. Я забыл о неудобствах невидимости и бежал, думая только об ускользающих свиньях. И это помогло. Во-первых, я избавился от комплекса постоянной боязни навернуться. Во-вторых, мне удалось настичь танцоров почти у самого подножия лестницы.

Догнать-то, догнал, но, вот, как остановить полтонны отчаянного сала?

Обрадовавшись новому развлечению, дворцовые стражники, не относящиеся к зачарованной гвардии, кинулись было ловить влетевшую полуголую пьяную ведьму. Но были остановлены истошным визгом Ганса в самом начале своего порыва.

— Стоять!!! Сволочи! Закрыть ворота! Федот! последний раз прощаю такие выкрутасы!

Чернокнижник забыл, что о том, что он является новым повелителем известно лишь ему одному, и распоряжался, словно дворцовый переворот был не желанной мечтой, близкой к осуществлению, а свершившимся фактом. Однако, стражники, во главе с Федотом повиновались. Они, вообще, старались поменьше контактировать с чародеями даже самого низкого пошиба. А уж перечить исполняющему обязанности Главного колдуна… Зачем? Тем более он не заставлял что-то делать, а наоборот, призывал к бездействию (ворота не в счет, к ним сразу кинулись негритосы), что не противоречило принципам обленившихся вояк. Тихонько пороптав, они снова прильнули к окнам.

Только солдат Иван неприметной тенью скользнул за щуплой фигурой Чернокнижника.

После того, как Васька и Марго закончили рассказ о визите Хоттабыча в отель, в ослиной заднице воцарилась тишина. Только медведь булькнул водкой (для ясности мыслей требовался допинг). А поразмышлять было о чем. Требовалось найти выход из безвыходного положения.

Яна имела в запасе план, достаточно рискованный, но вполне осуществимый. Здесь, выше лабиринта, уже не ощущалось скрытое колдовство, присутствующее в тоннелях. А так как Васька и Марго ухитряются курсировать мимо стражей, то есть шанс ворожбой уменьшить свои и медведя размеры и попытаться покинуть дворец. Но она подозревала, что как только применит магию, то сразу же привлечет этим внимание других чародеев. И если добрая половина оставшихся во дворце магов в большинстве своем неопасные и недалекие шарлатаны, то этого нельзя было сказать о Хоттабыче. Не смотря на то, что он вроде как лояльно относился к их компании, сбрасывать со счетов колдуна не следовало. Слишком многое для него было поставлено на кон. Поймав беглецов, он мог снова вернуться в фавор и больше не опасаться нависшей над ним угрозы.

Таким образом, ведьма не спешила осуществлять свой план, стараясь придумать что-нибудь альтернативное.

Но долго размышлять над своим положением в свете новых фактов беглецам не пришлось.

Снаружи донесся непонятный шум, грохот, после чего знакомый пьяный голос возмутился:

— П-понаставил-ли, блин, т-тут ослов, н-негде бедной дев-вушке пролететь…

— Клара…

— Сука! Я из-за нее вторые сутки не могу выбраться из этого емелинского гадюшника, а она опять за свое! Ну, я ей устрою…

— Кажется, ей сейчас и без тебя достанется, — сообщил Серенький, наблюдая за происходящим в отверстие.

Клара закончила свой полет, врезавшись в огромнейшую статую осла. Хорошо хоть скорость успела сбросить. Так что столкновение было безболезненным. Да и падения, как такового, не было. Она соскользнула по гладкой поверхности изваяния и плюхнулась на задницу. Рядом опустилась метла, потерявшая седока. Клара хотела продолжить полет, но успела только матюкнуться, после чего была схвачена могучими черными руками.

Конкретного приказа насчет Клары гвардейцы не получали. Им было велено найти и доставить беглецов и других членов банды заговорщиков по строго регламентированному списку. Скорей всего, пьяная толстушка прошла у них за дерзкую конопатую девчонку. Начинающая ведьма принялась жеманно хихикать, как только ее коснулись крепкие мужские руки.

— К-куда вы м-меня т-тащите? В с-свою черн-номазую казарму?

Телохранители, не обращая внимания на вопросы, молча делали свое дело, то есть продолжали уводить упирающуюся пленницу. Которая, в свою очередь, в ответ на явное пренебрежение (сволочуги, даже не соизволили отвечать на вопросы), начала оказывать активное сопротивление, единственным оставленным в ее распоряжении методом: ругаться и плеваться.

— Стоять!!! — Повелительный фальцет Чернокнижника заставил замереть арапов. — Отпустите ее! Пшли, вон! Вы тоже все, вон!

Последняя команда относилась к привлеченным вторжением чужеродного колдовства (полет на метле) чародеям, которые, в надежде первыми обнаружить беглецов, слетелись словно мухи на продукт жизнедеятельности организма.

Оставшись наедине (как он думал) с ниспосланной небесами (в этом он был абсолютно уверен) избранницей, Чернокнижник, приосанившись, неспешно направился к ведьме царственной походкой (опять же, сугубо по его мнению).

Момент приближения Ганса на расстояние вытянутой руки совпал с окончанием процесса наведения взгляда на резкость. Клара, наконец, справилась с этой непростой задачей.

— Т-ты-то мне и н-нужен! — Обрадовалась колдунья.

Не смотря на сильное опьянение, она понимала, что сразу нарваться в огромном дворце на разыскиваемый объект, определенный еще с утра в козлы отпущения, — большая удача.

— Я знаю, — высокомерно заявил лопоухий колдун, усмотрев в словах пьяной ведьмы еще одно подтверждение вмешательства провидения: пышечка искала не кого-то, а именно его.

— А, р-раз з-знаешь — п-получи! — Неожиданно для такой степени опьянения Клара резко махнула рукой, потом еще, еще.

Лицо и голова Ганса вспыхнули точечными очагами боли, будто он подвергся нападению роя пчел, которые жалили одновременно строго по отмашке Клары.

Такого оборота Чернокнижник не ожидал ни от пухленькой ведьмочки, ни, тем более, от небес. Он растерялся. Уклониться смог только от пятого удара. Промахнувшись, Клара потеряла равновесие и, с минимумом грациозности, вновь расселась на полу. И только тут Ганс узрел, чем взбесившаяся фурия наносила ему удары. Мягкая, когда-то нежная ручка крепко сжимала пучок цепочек, каждая из которых заканчивалась до боли знакомым маленьким фаллосообразным амулетом. Чернокнижник узнал свои сувенирчики. Но все равно был в недоумении. Уверовав в свою избранность, он не мог понять, что означает очередное знамение.

И в этот момент он увидел появившихся из-за статуи беглецов. Для него это было уже слишком. В голове замелькали сумбурные и до идиотизма нелепые мысли.

«Так как их не должно здесь быть, то это вовсе и не они, а происки Хоттабыча. Подослал переодетых телохранителей, чтобы я в лужу сел перед Емелей. Тупой джинн еще не знает, что щукоеду осталось править считанные минуты. Да он уже и не правит вовсе, только не ведает об этом. А колдун постарался, от настоящих не отличишь. И медведь, и девчонка, и кот… А как ему удалось замаскировать негритоса под кота? И почему, собственно, имеются в наличии два кота? Может эта стерва мне глаз выбила? — Ганс озабоченно прикрыл сначала один глаз, затем другой. — Нет. Тем более при утрате половины зрения было бы только полкота, а не два… Не стал бы Хоттабыч лишнего кота наряжать. Может они настоящие? Но каким образом?..»

Более-менее здравые мысли начали вытеснять свои бредовые аналоги слишком поздно. Гигантский медведь сгреб за шиворот тщедушного чародея и приподнял его над полом, чтобы получше рассмотреть. Звать на помощь было поздно.

— Вы откуда тут взялись? — Все еще обуреваемый манией величия, Ганс, в тоже время, смертельно боялся за свою драгоценную шкуру, и поэтому его интонация варьировала от требовательного вопрошания до жалкого блеяния. Причем несколько раз за столь короткую фразу.

— Вообще-то, мы в лесу живем, никого не трогаем. Мирные мы. — Принялся обстоятельно объяснять Серенький. — Однако, в последнее время пришлось и по дворцу поблукать, и по лабиринту. И в темнице посидеть. А если тебя интересует последнее место нашей дислокации, то в данный момент мы прямиком из ослиной жопы. — Свободной лапой медведь указал на величественное изваяние.

Для Чернокнижника все происходящее начало приобретать какой-то смысл. Припомнился гороскоп с его нелепым предостережением. Теперь он готов был биться об заклад, не пересчитывая, что в руке у моргающей, ничего не понимающей Клары находится ровно пятнадцать цепочек с амулетами.

Будущий властелин, восстановив в памяти подробности звездного предсказания, даже немного успокоился. Все неприятности, пережитые за последние минуты, предрекались в категории «если», то есть с некоторой долей вероятности. Могли произойти, а могли и нет. Но ведь стремительный взлет и невообразимое везение должны были свершиться однозначно. Из этого следовало. Что ничего не потеряно, стоит только освободиться из лап этого зверя, отбежать на безопасное расстояние и тогда… Надо пообещать глупому медведю все что угодно. А потом лохматый страшила поплатится за каждую секунду страха, испытанного новым диктатором.