Читаем без скачивания Олигарх 4 - Михаил Шерр

оказался в войсках генерала Йорка и уже бил французов. Я с ним в одних и тех же делах участвовал и могу за него поручиться, — это конечно выдающееся событие, мой начальник охраны говорит, что он за кого-то может поручиться.

— Вашему слову, Иван Васильевич, я верю, но риск слишком велик. Но на Гавайи люди должны ехать, имея сразу тысяч двести фунтов наличными, хотя, — в этот момент мне в голову приходит очень простая, но скорее всего самая правильная мысль. — Мы с вами Иван Васильевич, собираемся сделать очередное открытие Америки. Все надо делать не так.

Иван Васильевич не смог удержать своего удивления и ошарашенно посмотрел на меня. Я рассмеялся и объяснил свою мысль.

— Фирма Джервис и Мюррей, а обеспечение и сопровождение — банкирский дом Ротшильдов.

— А контрольный пакет пренадлежит светлейшему князю Новосильскому.?

— Зачем же их светлость будет заниматься еще и этим? — я свои слова удивления подкрепил еще и жестом. — Есть и другие достойные люди, например некий английский барон.

Иван Васильевич засмеялся и сделал церимониальный поклон.

— Согласен, ваше сиятельство.

— Только в моем плане есть одна небольшая проблема — время. Если отправится сейчас, то в Лондоне я окажусь самое раннее через полгода, а ведь еще нужно посетить Гавану и Нью-Йорк. Затем подготовка сделки и обратная дорога. В итоге год, — конечно на дворе всего лишь 1834-ый и год туда-сюда принципиально погоды в этом деле не делает, но желательно поспешать.

— Если вы мне доверите, то я готов испытать другой маршрут. Думаю он будет несколько короче, — Иван Васильевич сделал приглашаюший жест. Карта мира висела у него на стене каюты и была вся в каких-то значках.

— Николаев — Калифорния. Двадцать дней реально?

— Вполне.

— Еще двадцать дней и я в Акапулько, думаю в Мексике на все про всё уйдет неделя и вот он Веракрус. Неделя до Техаса, еще дней двадцать-двадцать пять до Нью-Йорка и еще столько же до Лондона, — свои рассуждения он сопровождал подсчетом дней на счетах. — Получается три с половиной, максимум четыре месяца. Вы же доверите мне провести переговоры с Джо и адмиралом? Федор тоже я думаю вполне с переговорами с Ротшильдами справится. Тем более, что вы же наверняка решите это сделать через свою лондонскую фирму.

— А с кем вы собираетесь отправится в это достаточно опасное путешествие? — план Ивана Васильевича вполне реальный и конечно надо полпробовать.

— С людьми у меня проблем нет ни где, — усмехнулся Иван Васильевич. — Вы же знаете, я всегда первым делом себе резервы готовлю. За меня останутся Петр и Анри, а я возьму здесь двоих людей и в Калифорнии еще четырех. Обязательно пару мексиканцев, там есть достойные кандидаты.

Я с таким решением Ивана Васильевича согласится никак не мог. В его смелости и решительности сомнений у меня не было и людей он наверняка подберет достойных. Но современная Мексика это terra incognita. Там уже больше двадцати лет идет война всех против всех. И два мексиканца это явно маловато.

— Нет, Иван Васильевич, такой ваш расклад мне не нравится. Проехать по незнакомой воюющей стране всемером думаю не реально. Как минимум с вами должен ехать еще Анри и ваш протеже Карл. Он наверняка немного знает испанский и знает как держать саблю или шпагу. Да и мексиканцев надо поболее.

— Насчет Анри конечно не возражаю, про Карла даже в голову не пришло. Это будет ему и проверкой. А о количестве мексиканцев думаю надо будет решать конкретно в Калифорнии.

Вечером о возможном гавайском пректе я еще раз подробно поговорил с Соней, она задала такую кучу вопросов, что я даже начал злиться. Но в итоге супруга эту идею одобрила. Только внесла небольшую поправочку: фирма Мюррей и Джервис, а не наоборот, мы будем иметь дело в основном с американцами, поэтому фамилия соотечественника должна стоять на первом месте и зарегистрирована она должны быть в Штатах.

И в состав команды Ивана Васильевича Cоня предложила включить Джузеппе.

В Николаеве мы задержались на четыре дня и исключительно из-за подготовки миссии Ивана Васильевича.

Непосредственно подготовка к путешествию в Европу заняла всего два дня. С Иваном Васильевичем идут четверо: Анри, Карл и двое наших моряков-старичков из одного из первых наборов, сто раз проверенных и испытанных.

Семья Карла и его брат остаются в Николаеве. Патронаж над ними возьмет лично Павел Александрович.

Законсервированное нами компанейское поселение Воскресенская гавань, русское население которой ушло в Николаев, решено вернуть к жизни.

Там была заложенная еще Барановым верфь, на которой в свое время построили три судна. На ней были своя кузница, слесарная и токарная мастерские. Наличие рядом лесов с хорошим корабельным лесом было конечно плюсом, но очень кратковременным, в ближайшие годы мы начнем учиться строить полностью металлические корабли.

Главными плюсами Воскресенской Гавани, так было решено называть возрожденное поселение, была её большая близость к угольным месторождениям Кеная, которые мы начали разрабатывать и самое важное, незамерзающая акватория.

Между Нашими поселениями на Кенае будет проложен хороший зимник и сразу же рядом начнется строиться капитальное шоссе. Очередная экспедиция из России должна привезти образцы снегоуборочной техники Сидора Пантелеевича и всю техническую документацию на её изготовление.

Большинство иностранцев поселится в Воскресенской Гавани. Задача как можно быстрее её реанимировать и начать строительство шлюпа для внутренних нужд Компании. Второй задачей был ремонт приближающейся зимой одного из пароходов, какого именно предстояло еще выяснить в ходе осенней ревизии.

Всеми этими делами я практически не занимался, ожидавший нас капитан Леонов замечательно справился со всем этим и без меня.

Мы втроем: Иван Васильевич, Соня и я, писали тем временем секретную инструкцию адмиралу и Федору.

Инструкция подлежала двойному шифрованию: сначала русский текст писался английским алфавитом, а затем шифровался с помощью книги-ключа.

Затем все это писалось симпатическими чернилами на листах бумаги. Поверх писался какой-нибудь нейтральный текст. При нагревании один текст исчезал, а другой появлялся. Состав таких хитрых чернил был одной из разработок наших химиков и естественно хранился в секрете. Это было его первое практическое применение. Главной изуминкой этой технологии была двукратная обработка бумаги: первая еще чистых листов, а затем непосредственно перед ннагреванием.

Иван Васильевич содержание инструкций знал, они в основном были нужны для подстраховки и подтверждения подлинности моего приказа.

Первого сентября Иван Васильевич на «Херсонесе» пошел в Калифорнию, а мы на «Хабарове» в Михайлов.

Надо было спешить,