Прости, перебил.
– В том-то и дело, что не было. Переспал несколько раз – и все. «Попользовал», как он выразился. Знаю с его слов, что она сама активно стремилась к нему в постель. Так что с его стороны это просто интрижка. Ты видел Леню?
– Только на свадебных фото.
– Щуплый, низкорослый. Ванька на каблуках выше его, а уж Лена – тем более. Я уже не говорю о габаритах Бабич. Не думаю, что она прямо-таки влюбилась в Сикорского, понятно же, интерес к нему у нее с самого начала был меркантильным. И я уверена, она сама в этом признается. Типичная охотница за богатым наследником. Только с криминальными наклонностями. Конечно, она пыталась нам с Адой Серафимовной тут о своей несчастной доле песни петь. Сикорская чуть было не расчувствовалась.
– А ты?
– А я, Игнат, таких баб не понимаю, – жестко произнесла я, глядя ему в глаза. – Вступать в отношения ради сытой жизни – пошло, как минимум. Гадко, отвратительно, грязно. Спать с мужиком за гонорар может только шлюха по призванию. Знаешь, когда с молоком матери передается такое низменное восприятие себя как женщины – давалка. Ты – мне, я – тебе. Точнее, наоборот. Я дам, ты заплати. Прости за грубость, не сдержалась. Не знаю, как, но моей бабушке Евгении удалось без нравоучений привить мне стойкое неприятие секса без любви. И еще многие понятия, сейчас совсем не актуальные.
– Например? – улыбнулся Москвин.
– Например, что нельзя оставить мужа или друга без поддержки, когда у него трудности. Или что опаздывать – стыдно, хотя того, кто ждет, вроде бы и не волнует твое опоздание. Стыдно за торгашку, которая обсчитывает тебя, глядя в глаза. Стыдно за того, кто врет, а ты знаешь об этом…
Я могла бы и дальше перечислять, но Игнат закрыл мне рот долгим поцелуем.
– Мне пора, – выдохнул он наконец, отпуская меня. – Я тебя так люблю… не верь, когда я с тобой разговариваю сухо и официально, это…
– Всего лишь работа! – закончила я за него, улыбнулась и первой вышла из дома на веранду. – Я могу присутствовать при допросе Лены?
– Нет, присутствие третьих лиц не допускается. Только если ты защитник или переводчик. Бабич сейчас будет доставлена в СК, – мягко отказал Москвин.
– Ну и ладно. В целом картина понятная, мотивы ясны. Есть, правда, несколько вопросов…
– Которые мы с тобой, Марья, обязательно обсудим… но только позже, – сказал Игнат. – А сейчас Григорий отвезет тебя в Приозерье, хорошо?
– Я еду с тобой, Марья! – заявила вдруг Сикорская, услышав последние слова майора. – Твои не очень расстроятся, когда я заявлюсь без приглашения? Вот так просто, по-родственному?
Я молча улыбнулась ей и кивнула. Мое прежнее мнение об Аде Серафимовне рассыпалось в прах. Чему я была рада безмерно – Ваньке досталась золотая свекровь!
Сегодня день рождения моей любимой Ваньки. Только так ее назвать у меня больше не поворачивается язык: кроткая, послушная жена гордого и по уши влюбленного в нее Сикорского ничем не напоминает девицу-оторву с вечно горящим взором и готовностью к скандалу, которую я знала. «Да, Ленчик… хорошо, любимый… как скажешь» – она ли это лепечет тихим голоском, непроизвольно поглаживая едва наметившийся животик? Да, наша Иванна ждет младенца, трепетно опекаемая мужем и свекровью. С нашей стороны забота не так заметна, мама с отцом все еще недоверчиво присматриваются к изменившейся столь радикально дочери.
Я развелась с Аркашей, но друзьями, как мне когда-то хотелось, мы не остались. Чтобы не питать иллюзий, сразу же договорились, что встречи и звонки друг другу сведем к минимуму – вполне может статься, что возникнут какие-то вопросы. «Света очень ревниво к тебе относится, поэтому сама понимаешь… прости», – оправдывался мой бывший муж. А я снисходительно отвечала ему, что проблем, в общем-то, нет – разные у нас с тобой, Аркаша, пути теперь, так сложилось.
Но душа моя в этот момент протестовала против моего притворства – мол, что врешь-то себе? Ох, как будет не хватать его. И как долго будет длиться эта тоска по ушедшей первой любви – неизвестно. Прощальный взгляд Аркаши, когда он садился за руль, был полон такого страдания, что я уже было дернулась к нему. Он тоже не торопился захлопнуть дверцу автомобиля. Опомнились оба разом, я отвернулась и пошла прочь. За спиной послышался звук заработавшего двигателя.
Я прошла всего квартал, почти ничего не видя перед собой, и уткнулась лбом в стоявшего на пути Москвина. И за его такт, понимание и молчаливую поддержку в этот день я полюбила его еще больше.
И не только Ваньке досталась золотая свекровь…
И не только Ванькиного младенца придется качать нашим родителям. Правда, об этом пока не знает даже любимый муж – Москвин Игнат Васильевич.
* * *
Бабич и Курило получили максимальные сроки, суд состоялся буквально на днях. И если я сначала хотела пойти на заседание, то передумала очень быстро – зачем мне лишние волнения. Вкратце о нелепой смерти жены Никиты Тицианова и задушенной вполне сознательно женщине рассказал Игнат. Лена Львовна Бабич полностью признала свою вину, начав свою историю с того момента, когда ей пришло в голову женить на себе Леонида Сикорского. Как она утверждала, предложенный Курило план ограбить дачу Ады Серафимовны она поначалу отвергла.
Лене повезло – в нашей школе освободилась вакансия учителя биологии, что она посчитала хорошим знаком. Да, это она, уговорив Леонида встретиться на даче, пыталась обыскать дом, что и заметила бдительная Ада Серафимовна. И тут преступнице повезло – случайно, как она утверждает, за книгами она обнаружила сейф. Только вот что шифр там предельно прост, она не подумала. А выведать у любовника заветные цифры не удалось. «Я была уверена, что в сейфе остатки клада. Я не могла понять, куда мог профессор истратить такую кучу денег, если жил в этой халупе. Да и квартира в городе так себе по цене. Значит, продал не все украшения», – заявила она. Бабич была уверена, что сможет подвести Леонида к свадьбе. Но тут Сикорский, на ее беду, столкнулся с нашей Ванькой. То, что эта встреча для нее – катастрофа, Лена осознала сразу. А когда он заявил, что уже в июне женится на Иванне, она поняла, что всем ее планам конец. Преступница решилась на подлость – испортить сопернице праздник.
Она попыталась напроситься на свадебный банкет, но получила от бывшего любовника категорический отказ. Тогда она явилась в отель сама в расчете на то, что выгнать ее никто не посмеет.
Бабич ждала удобного
