Жизнь идёт своим чередом, и хоть появляются кочки или повороты, но мы преодолеваем их и идём дальше.
Вот и мне пора это понять, и не сопротивляться. Надо просто жить сегодняшним днем, и стараться, чтобы он был ярким и незабываемым.
Припарковаться возле салона попросила не на открытой парковке, а с краю, чтобы не заметили, из какой машины я выхожу.
– Могу я вас попросить ещё кое о чём? – спрашиваю у мужчин.
– Если это не опасно, то да, – серьёзно отвечает Андрей.
– Зайдите тоже, как покупатели, но отдельно от меня. Я буду рядом, похожу между машинами, посмотрю, кто остался, но я бы хотела не выдавать себя, – и в подтверждение своих слов надеваю шарф, пряча ошейник.
– Не проблема, главное не уходите из поля зрения, – кивают они, и я рада, что у меня понимающая охрана.
Было решено, что в салон я зайду первая, а через минуту войдут парни.
Приподнимаю подол юбки и сжимаю сумочку, открывая знакомые двери. Дверь поддаётся с трудом, очень тугая. И почему здесь нет того, кто мог бы помочь? Пожалуй, возьму это на заметку!
Знакомое помещение встретило меня прохладой и запахом резины. Это что ещё такое? При отце такого не было.
Знакомые продавцы ходят вокруг потенциальных покупателей и примеряются, на сколько они потянут.
Вот Костик, который мне был отличным знакомым, но жаль, не другом. Разница в возрасте у нас в десять лет, да и он боялся идти на большее с дочкой директора. Работа для него всё, он продавец от Бога! А вот Вова, который меня вечно недолюбливал, да и относился к работе с ленцой. Ему подавай только богатых. Рядом стояла Лиза и обхаживала симпатичного молодого парня. Только вот мне кажется, он больше её рассматривал, чем машину. С ней мы дружили, и часто могли сходить в кино или кафе.
На моё появление многие отреагировали странно. Кто-то удивился, кто-то улыбнулся, но большинство нахально усмехнулись. А Хан был прав, надо знать, кто считает меня пустым местом, а кто всё ещё ценит.
– Аня! – первой подошла, конечно же, подруга, и с радостью обняла. – Какими судьбами? Говорили, ты уехала за границу и нас бросила! – сразу перешла она к делу, начиная с допроса.
– Привет, Лиз, я никуда не уезжала и была в городе. Искала работу, потом работала, – мои слова её очень удивили. В принципе, правильно, зачем искать работу, когда есть салон.
– Та лахудра ведь врала? – прошептала Лиза, склоняясь ниже.
– Она обворовала меня, – ответила честно и получила жалостливый взгляд.
– Аня, привет! – радостно сказал Костик, подходя ближе. Но обнимать не стал, а просто протянул руку. Держит дистанцию даже сейчас.
– Привет, вы как? Вижу, всё работает, как обычно, – спрашиваю друзей, но они одновременно морщатся. – Что не так?
– Мы скоро уходим, Ань. Зарплаты сильно урезали. Процент от сделок уменьшили, а вкалывать надо дольше. Как Зайцев получил власть над салоном, сразу все себе забрал. Жаль, твоего отца нет, – с грустью сказала Лиза, а Костя кивал её словам.
Беру их за руки и тихо говорю:
– Не уходите, на днях салон опять будет моим, и я все исправлю, обещаю. Но об этом никому ни слова! Я пришла, как тайный ревизор, – от моих слов у парочки округляются глаза.
– Но как? – удивляется подруга.
– Правильные адвокаты творят чудеса, и не только они, – усмехаюсь и подмигиваю.
В этот момент как раз входит моя парочка охранников.
Они привлекают внимание всех, так как по их счастливым улыбкам сразу видно, что они хозяева жизни. Если до этого строгие костюмы сидели идеально, то теперь Андрей снял пиджак и расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке. Его вид был больше бунтарский. А вот Сергей остался в костюме, весь деловой, но с улыбкой.
– Ань, прости, работа, – оживилась подруга, буквально поедая Андрея глазами. Ко второму охраннику подбежал Вова и сразу начал расхваливать машину, у которой остановился Сергей.
– Эх, таких покупателей упустил, – тяжело вздохнул Костик, с грустью смотря на меня.
– Не грусти, это моя охрана, они ничего не купят, – ошарашила его. – Пойдём, погуляем, и ты мне расскажешь, что тут да как.
– Ну, идём, поговорим, будущая хозяйка, – усмехнулся, подводя к черной красавице.
И почему все машины чёрные или серые? Почему нет ярких и более интересных цветов, да и моделей? Да, мы работаем с BMW, но ведь можно и расширить ассортимент.
Надо будет спросить у Рика, возможно ли это.
Узнала я очень много, и меня это не обрадовало. Кто-то умудрялся продавать дорогие запчасти мимо кассы, а директор Зайцев вообще одну машину просто подарил своей длинноногой пассии, с которой он заявился на той неделе. Поговаривают, что часть машин просто пропала со склада. Обслуживание ведётся, но нормальных работников уволили, так как за мизер они отказались работать. Многие продавцы тоже на грани и уже присматривают другие места. В общем, я вовремя объявилась.
В салоне я провела полчаса, после чего меня оттуда чуть ли не выгнал Зайцев! Так ещё и выговор Косте вляпать собрался, так как тот не работает, а лясы точит. Видите ли, я на покупателя не тяну, так что и общаться со мной не надо.
– Анна Владимировна, мы оба знаем, что позволить себе вы ничего здесь не можете, – ухмыльнулся он, рассматривая меня.
– Зато вы, похоже, много чего себе позволяете, – ответила гневно.
– Я директор, что хочу, то и ворочу, – усмехнулся и подозвал охрану.
– Этот салон для элиты, а не для жалких побирушек. Работу я вам не дам, а с друзьями общайтесь в другом месте, – отчитывал и самолично тянул меня к выходу. Я еле успевала перебирать ногами.
Мне было дико обидно, так как вот этот мужчина, который всегда делал мне подарки, сейчас смотрел на меня, как на мусор.
Думаю, о делах фирмы он осведомлён, но не до конца. И как же мне захотелось утереть нос этому выскочке! Жаль, сказать, что он уволен, прямо сейчас не могу. Но припугнуть-то я могу.
Рука сама тянется к шарфу и срывает его. Мои охранники сразу подходят и встают позади меня.
– Андрей, подавай машину, мы уезжаем, – говорю спокойно, смотря на испуганного мужчину, и выдёргиваю руку.
– Конечно, Анна Владимировна, – отвечает и выходит за дверь.
Судя по тому, как бледнеет директор, символ ему отлично знаком. Пожалуй, я впервые благодарна Хану за такой подарок.
Если до этого я думала, что бывший директор хотел меня отчитать и закатить скандал, то теперь он смолк, как и все остальные. Гробовая тишина, и удивлённые взгляды многих. И
