– Пожалуюсь Артуру, – одними губами произнес Кощей, на миг отвлекшись от мисс Джонс, и угроза подействовала.
Подол платья был длинным, ног не видно, и Женька просто пропускала по полшага. Стало значительно проще. Двигались пары медленно, и она вполне успевала подражать основным па. И тут Хилл – мало того, что от него потом несло – начал многозначительно пожимать ей пальцы. От гнева Кощея спас опять-таки длинный подол – не смогла Женька врезать каблуком по пальцам нахала, зато сбилась с шага, Хилл подставил руку, выровнял их продвижение и первым начал разговор.
Для начала он весьма снисходительно заметил, что партнерша просто восхитительна и танцевать с ней большая честь. Звучало это так, будто он принц и пригласил горничную. Но Женька, смирившись, только скромно улыбалась и приседала в бесчисленных реверансах, ходила павой вокруг кавалера и наконец когда нахал в очередной раз вякнул глупость, заговорила:
– Мой дядюшка рассказывал, что ваш отец человек весьма достойный.
– Не сомневайтесь! – Дэвид улыбнулся, и Женька содрогнулась. – Он состоит в дипломатическом корпусе, да и сам я достаточно продвинулся по службе.
– Как интересно, – послушно восхитилась Женька. – И чем же вы занимаетесь?
– Я третий секретарь принцессы Анны, – гордо заявил Дэвид.
Тут началась самая трудная часть – обмен партнерами, и разговор возобновился лишь через некоторое время.
– Самой принцессы?
– Не сомневайтесь. Она меня очень ценит, – без ложной скромности отозвался Хилл.
– Дядя говорит, что принцесса Анна одна из самых прогрессивных женщин Англии.
– Ее высочество сумела сделать больше, чем весь департамент ее отца, – гордо возвестил Дэвид.
– Я слышала, будто она поставила на службу Англии ее врагов? Вот уж не знала, что у такой огромной страны могут быть враги. Они хотели напасть, да?
– Ну что вы! Речь шла о врагах внутренних. Раньше они могли навредить, но теперь, получив право на жизнь, готовы служить своей стране наравне со всеми.
– Вы такой умный! – Женька смотрела с неподдельным восхищением. Ее действительно восхищало, как такой болван, треплющийся о работе с первой встречной девушкой, мог стать секретарем принцессы. Похоже, папаша и впрямь высоко сидит. – И вы во всем этом принимали участие?
Далее последовала краткая лекция о том, что без него, Хилла, подобное вообще было бы невозможным. Именно он отыскивал угасающие фамилии, подвергавшиеся гонениям за грехи предков. Сосредоточившись на том, чтобы запомнить все имена, Женька опять едва не сбилась с шага.
Вскоре болтовня Дэвида приняла более личный характер. Он начал, как ему казалось, издалека намекать на свою холостяцкую жизнь, на то, что Женькин дядя, лорд Блэкгод, наверняка счел бы за честь породниться с Хиллами и что служанки тогда у «мисс Блэкгод» были бы не в пример лучше, чем теперь. Поднаторевшая в местных делах Женька сразу уловила намек на свой макияж, не такой яркий, как у прочих девиц, и едва не сорвалась на грубость. К счастью, прозвучали последние звуки флейты, и пытка окончилась. Хилл вернул ее дяде Максету, взяв слово, что полонез остается за ним.
– Реально бестолочь, – с чувством выдохнула Женька, обмахиваясь веером.
– А ты как думала? – подмигнул Кощей. – Стал бы умный человек с дамой о работе говорить. Он ведь говорил?
– Еще как, я его чуть не убила, – поделилась Женька.
Кощей передал ей бокал вина, и девушка выдула его едва ли не залпом, сообразила, что ведет себя недостойно, и виновато потупилась.
– Брось, – утешил Кощей. – Считается, что ты из далекой страны, и тебе многое простят. Вдобавок ты вроде экзотики и будешь пользоваться большим спросом.
Какой-то человек, в званиях Женька не разбиралась, а Кощею было плевать, объявил начало следующего танца.
– Дорогая, ты же потанцуешь со своим старым дядей? – громко объявил Кощей, раскланиваясь перед Женькой.
– С удовольствием, дядя Максет, – Женька в ответ изобразила один из своих самых удачных реверансов, ощутив прилив горячей благодарности.
Опять построились пары.
– Что танцуем? – осведомилась Женька.
– Паванну, золотко, паванну. Я об этом упоминал.
– Это же свадебный танец.
– У вас может быть. Забыла, какой это мир? Скажи спасибо, что здесь вальса с мазуркой пока нет.
– Вальс я умею, – оживилась Женька.
– Тебе так только кажется.
Мелодия грянула тягучая и торжественная. Кощей вел в танце безупречно, ни разу не дал сбиться и подсказывал в сложные моменты, что надо делать. Ловя на себе завистливые взгляды женщин, Женька против воли приосанилась. Ей действительно достался почти самый лучший партнер. Лишь один тип – значительно моложе Кощея – выигрывал по внешности, но зато сильно уступал отставному богу в обаянии. И был еще один, который мог тягаться с Кощеем и даже оставить его далеко позади.
– Это что за дядька? – поинтересовалась Женька, на секунду отвлекаясь от своего партнера.
– Герцог Адинейский, – пояснил Кощей, проследив Женькин взгляд. – Даже не думай, он женат. К тому же старый.
– Я не о том, – обиделась Женька. – А Адинея это где?
– Герцогство на юге. Не отвлекайся, выкладывай, что этот бездарь тебе наболтал?
Пересказывая все что помнила, Женька вдруг обнаружила, что даже такой занудный танец, как паванна весьма занимателен. Ноги словно сами собой выполняли нужные движения, тело совершало поклоны и повороты. А уж когда одна дамочка кинула на нее откровенно злобный и завистливый взгляд, и вовсе захотелось, чтобы паванна была раза в три длиннее менуэта.
Но все закончилось.
– Все, детка, можешь идти охмурять своего лейтенанта, – разрешил Кощей. – Начнет приставать Хилл – зови меня.
Еще часа два Женька, прихрамывая, как раненая уточка, болталась у столов с закусками, попивала вино и вела светскую беседу с молодыми людьми. Кощей же ухитрился увести из-под носа мистера Харта партнершу для самого новомодного, и даже фривольного танца, и, находясь прямо напротив нервного вампира, подхватил ее и приподнял чуть сильнее, чем следовало, вследствии чего лодыжки обнажились больше требуемого. Харт молча скрежетал клыками, но на рожон не лез. Позиция его клана при дворе была все еще не слишком прочной, а «предков» Кощея посвящал в рыцарское звание за особые заслуги сам прапрадедушка нынешнего короля.
Вскоре, сославшись на Женькину усталость, Кощей велел закладывать карету. Пока он раскланивался и прощался с хозяевами дома, клялся, что непременно устроит прием в честь мисс Джейн Блэкгод, пока искал свою трость, Женька бдила. Она, по первому слову опекуна, как и подобает воспитанной девице, прошествовала к карете и теперь, потупив глазки, старалась не терять из виду мистера Харта и его приятелей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
