— Когда-нибудь они тебя все равно убьют. — Рут упрямо выставила вперед подбородок.
— Забудь об этом, — улыбнулся я. — Меня это не беспокоит, и я не хочу, чтобы ты тревожилась.
— Я не хочу, чтобы это произошло, — спокойно произнесла Рут. — 8 не хочу однажды проснуться и узнать, что ты в тюрьме.
— Я не исчезну завтра утром, — выразительно ответил я.
— А послезавтра? — В ее глазах заблестели слезы. — Неужели ты не понимаешь, Фрэнк, что мы никогда не сможем пожениться, если не будем уверены, что завтра будем вместе... если я не буду знать, что ты находишься в безопасности. Только так мы сможем быть счастливы!
Я изумленно слушал Рут. Никто и не говорил о женитьбе! Но чем дольше я на нее смотрел, тем больше мне нравилась идея. С каким удовольствием я буду спешить к ней домой после работы! Я рассмеялся про себя и подумал, как быстро она меня взнуздала.
— Почему не будем? — спросил я. — Какая связь между моей работой и нашей женитьбой? Я зарабатываю кучу бабок. Если бы у нас не было денег, вот тогда бы мы не смогли пожениться. Это же глупо!
— Нет, не глупо, — покачала головой Рут. — Тебе кажется, что деньги могут сделать все. Не могут! Гордость и уважение нельзя купить. Этими чувствами правят люди, а не деньги.
— Я не стыжусь своей работы, — немного раздраженно возразил я. — Я уже достаточно навкалывался на грязных и дешевых работенках, умирая от голода, и мне это не очень понравилось. И ты тоже не должна стыдиться меня. Я очень много трудился, чтобы создать дело, и я не собираюсь бросать его, если какой-нибудь пуританин вдруг заявит, что я порчу воздух.
— Ты серьезно не понимаешь, что я хочу сказать? — Ее тело напряглось.
— Нет.
Она холодно посмотрела на меня, подбородок выдвинулся вперед.
— Честно говоря, я и не надеялась на это, — сухо проговорила Рут. — Теперь я вижу, что объяснять тебе — напрасная трата времени.
Она встала и взяла пальто.
— Что ты собираешься делать?
— Поеду домой. — Ее плечи печально опустились, вокруг рта появились горькие морщинки. — Наверное, я гналась за мечтой. Здесь для меня ничего нет!
— Ничего нет? — вспылил я. — А если бы я играл по твоим правилам, что бы мне это дало?
Ее голова гордо выпрямилась, глаза сверкнули.
— Я расскажу тебе, если ты не знаешь. Это твой шанс вернуться к людям, стать опять человеком. Шанс присоединиться к обществу, жить среди людей. Шанс высоко держать голову при разговоре с людьми, а не драться с ними. Шанс выйти из джунглей, перестать рычать, царапаться, ненавидеть. Шанс любить и быть любимым, делиться с другими, давать и брать. Шанс жить без страха, без грязных мыслей и спокойно спать по ночам. Шанс забыть одиночество, жить по-человечески и иметь детей... — Глаза Рут наполнились слезами и она зарыдала, с мольбой глядя на меня.
Я побоялся подойти к ней. Если бы я сделал шаг, я бы погиб. Мою грудь сжали тиски, я не смог смотреть ей в глаза и поэтому отвернулся. Я слишком долго боролся, затратил слишком много сил, чтобы оставить кому-то то, что создал собственными руками.
— Я лучше останусь таким, — тихо ответил я. — Это мне хоть знакомо.
Рут молчала. Она перестала плакать и сделала шаг ко мне. Затем ее губы сжались, словно она закусила их, чтобы не проронить ни слова. Девушка повернулась и молча вышла из номера.
Я стоял спиной к двери. Услышав, как она закрылась, тяжело опустился на диван, продолжая вдыхать аромат ее духов. Закрыл глаза и представил ее. Рут! И тут же неожиданно вспомнил название духов. «Бедная дура!» Да, их назвали правильно, только это я был круглым дураком.
Глава 5
Меня разбудил телефон. Впервые за много лет я не выспался. Всю ночь ворочался, крутился и задремал лишь под утро. Выругавшись, снял трубку и сердито спросил:
— Какого черта нужно?
— Фрэнк? — Я узнал голос Алекса Карсона.
— Да, Алекс. Что случилось?
— Я целое утро пытаюсь дозвониться до тебя в кон-тару, а ты оказывается дома. — Я взглянул на часы. Половина двенадцатого. Опустил ноги на пол и начал вставать. — Сегодня утром взяли Луиджерро.
— Ну так вытащи его. Ты чертовски хорошо знаешь, как это делается. В конце концов, тебе за это и платят!
— Но, Фрэнк! — запротестовал Карсон. — Его обвинили в совращении несовершеннолетних. Он прихватил себе на виллу в Коннектикут пару школьниц и развлекался с ними на полную катушку. Его взяли агенты ФБР. Газеты уже подняли страшный шум. Родители девчонок растрезвонили о происшествии по всему городу, и сегодня утром за ним пришли. Меня не пускают к Луи, пока не закончится следствие.
Это был удар ниже пояса! Я велел Аллисону убираться, и буквально на следующий день эти ребята приступили к работе. Да, они не теряли время даром.
— Сунь родителям на лапу! — Я не хотел, чтобы Луиджерро открывал варежку.
— Боюсь, это не поможет. Обвинение выдвинуто не родителями, а правительством.
— Ну используй свою башку, придумай что-нибудь! Может уговорить их заявить, что они сами отпустили с Луи девчонок, что он должен был отвезти их к каким-нибудь родственникам. Не знаю, как, но ты должен вызволить его! — Я швырнул трубку и начал одеваться.
Чертовы жеребцы! Им было мало обычных девок, захотелось попробовать школьниц. Я оделся и позвонил портье, чтобы прислали машину.
Около двенадцати я приехал в контору и позвонил Карсону, который быстро примчался. Алекс слегка вспотел, когда вошел в кабинет.
— Ну?.. — поинтересовался я.
— Ну дай мне хоть немного времени, Фрэнк! — взмолился он, театрально протягивая руки. — Такие дела за одну минуту не делаются.
— Хорошо. Привези его сюда, как только вытащишь.
Он выскочил из кабинета. Я попросил мисс Уолш соединить меня с Аллисоном.
— Алло? — ответил Эд.
— Аллисон, это Кейн. Ты не можешь приехать, как можно быстрее? — Я хотел выведать у него что-нибудь о Луи. Парень не мог не знать об аресте.
— Не могу, мистер Кейн. Я уже не работаю у вас.
Я молча положил трубку, повернулся к окну и задумался. Затем вызвал Джо Прайса.
Прайс, худой мужчина с волосами песочного цвета и едва заметными жиденькими усиками под большим носом, вошел в кабинет и сел к столу.
— Что скажешь, если мы откроем новую фирму? — поинтересовался я.
Джо был не дурак. Он проницательно посмотрел на меня через стол.
— Это идея. — По его лицу промелькнула улыбка. — А что будет с этой?
— На этот вопрос ответит время, — пожал я плечами. — В нашем деле никогда не знаешь, что произойдет завтра. Если правительство сядет мне на хвост, я должен иметь Возможность быстро выйти из игры. Но я собирался сделать это только в самый последний момент.
— А бабки?
— Послушай, сейчас ребята мало что знают о финансовом положении. Их интересуют только собственные долги в фонде. Если они не знают сейчас, почему они должны узнать потом? — Я положил ногу на ногу и закурил. — Пусть катятся ко всем чертям!
Он молчал. Я видел, что Прайс задумался, но не сомневался, что он сделает то, что я скажу. Джо прекрасно понимал, кто правит балом.
— Сможешь это сделать?
— Смогу, но нам придется списать на потери почти полмиллиона долларов.
— Подумаешь, какая мелочь! — широко улыбнулся я. — Пришло время нести потери. За мафию в Нью-Йорке взялись всерьез. Чем не объяснение?
Джо надолго задумался. Затем встал и протянул руку.
— Я все сделаю.
— Я знал, что ты согласишься, — сказал я, пожимая ему руку. — Ты сам на этом неплохо заработаешь.
Прайс вышел из кабинета.
Плохие новости только начались. После обеда я получил известия, что замели «Большого Черныша» Карвелла и «Проныру» Мадигана. Начинала выстраиваться довольно стройная картина. Отрежьте человеку пальцы, и рука станет беспомощной. Прокуратура именно этим сейчас занималась — брала «пальцы» по очереди и отсекала их. А мэр в это время послал копов прогонять с улиц букмекеров. Телефон звонил весь день, не умолкая. Все просили о помощи.
К вечеру Карсон едва стоял на ногах. Около шести я вызвал его к себе, усадил и сделал коктейль.
— Говорят, сегодня у тебя было много дел, — улыбнулся я.
— Ты что, совсем спятил? У него под ногами горит земля, а он улыбается!
— Не переживай ты так, Алекс, — успокоил его я и опять улыбнулся. — Не настолько же все плохо!
— Плохо? — закричал он, вскакивая на ноги. — Еще один такой день, и я сойду с ума.
Я сделал ему еще один коктейль. Выпив, Карсон немного успокоился. Я поинтересовался, как дела с Луиджерро. Люди, посланные к родителям девчонок, еще не вернулись и он ждал от них известий с минуты на минуту.
— А Карвелл и Мадиган?
— Завтра утром нужно будет внести залог.
— Хорошо. Если мы освободим Луи, все будем в порядке.
Карсон встал и направился к двери.
— Не принимай все так близко к сердцу, Алекс, — повторил я. — Как бы все ни закончилось, я не могу потерять тебя.
