class="p1">Как мне доказать это Давиду? Только мое слово. Против ее.
А Лилит прекрасная актриса! Мне же больше веры у Давида нет… Ни на грамм!
Он убьет меня! Не даст и шанса оправдаться! Я слишком хорошо его знаю!
Тем более, что Лилит оказалась подходящей, любимой женой… И она носит его ребенка!
Убьет. Хоть бы лишь дал мне сначала родить! Но пощадит ли он моего малыша?
Меня привозят на какую-то квартиру на отшибе. Почти выволакивают наружу из машины.
Неожиданно. Я думала, что это будет подвал.
Но вокруг недостроенные дома. Все заброшено. И эта квартира в доме, который выглядит нежилым. Над ней еще идет стройка.
Здесь никто не найдет. Никто не услышит. На километры вокруг одна и та же картина. И совсем нет людей…
– Рашид! Что-то известно о Лилит?
Вскакиваю с матраса, лежащего прямо на полу, когда Рашид приносит мне чай и какой-то перекус.
Но он лишь дергает головой. Оставляет поднос на полу. И выходит, громко хлопнув металлической дверью. Несколько раз провернув в замке ключ.
* * *
Ночь приходит как-то вдруг. Неожиданно. Или это просто я на нервах вся?
Кажется, только было светло. Как вдруг полная темнота и ледяной холод.
Рашид так же молча бросает мне на матрас теплое одеяло. Убирает пустую чашку, принося какую-то новую еду и бутылку воды.
Но есть не могу. Даже ради ребенка. Даже ради того, чтобы набраться сил.
И одеяло не согревает, когда я, закутавшись в него, так и продолжаю нервно ходить из угла в угол, в тысячный, а, может, миллионный раз, измеряя комнату шагами.
Выглядываю на решетки на окне, хоть за окном и тихо. Как-то зловеще тихо. Только прохаживаются мужчины из охраны Давида. С автоматами. Похожие на черные тени.
Я понимаю все. Лилит пришла не договариваться, а уничтожить. Что она подлила в чай? Яд? Хотела меня убить или только избавиться от ребенка Давида, как нежелательного наследника?
Что с ней теперь будет? Жива ли она до сих пор? Успели ли врачи спасти ребенка?
Как бы там ни было. А это жутко.
Жутко понимать, что она где-то там, возможно, сейчас умирает.
Но результата явно нет. Иначе бы Давид давно был бы здесь. Явился бы, чтобы взять свою расплату!
Закрываю лицо руками.
Он не поверит. Не поверит никогда. Ни одному моему слову!
И черная темнота вползает внутрь. В самое сердце. Сковывает холодом. Льдом.
За окном раздается какой-то странный шум.
Бросаюсь к окну, и замираю.
Тени, а, вернее, мужчины Давида, просто падают на землю. Один за другим.
Что делать?
А если это очередное нападение? На меня и малыша?
У меня уже пропали все сомнения. Взрыв не был несчастным случаем. Поломкой автомобиля. Это именно было покушение. А после визита Лилит я уже догадываюсь, что это была ее работа. Изначально. Скорее всего, ее. А не врагов семьи Давида!
– Рашид, – зову, прижимаясь к железной двери .
Может, он сейчас и ненавидит меня, но все равно должен спасти!
– Рашид!
Уже не выдерживаю.
Кричу. Молочу по двери кулаками!
Но за дверью тишина. Мертвая!
Зато с окна с грохотом вылетает решетка.
Черная фигура прыжком опускается вниз. В несколько движений оказывается рядом со мной.
Хватает за плечи.
– Ты. Идешь. Со мной.
Приказывает хриплый голос.
Лица не видно. Оно спрятано. Только прорези для рта и глаз.
– И чтоб ни звука!
Я даже вскрикнуть не успеваю, как он забрасывает меня просто на плечо. И точно так же выпрыгивает вниз. Через окно.
С ужасом понимаю, что и кричать не имеет смысла.
Люди Давида раскиданы вокруг дома. Все до единого.
Неужели он это сделал сам? В одиночку?
– Не кричи. И не дергайся.
Хрипло приказывает тот, кто меня похитил, забрасывая на сидение огромного внедорожника.
– Иначе придется тебя отключить.
Глава 29
Давид
– Господин мэр.
Доктор выходит ко мне, когда за окнами уже поздняя ночь.
– Мы сделали все возможное. Ваша жена будет жить. Кровь почистили. Но нарушена нервная система. И суставы. Ходить будет, но период реабилитации…
– Ребенок?
– Увы. Ребенка спасти не удалось. Плод слишком мал, и… Простите. Мне очень жаль. Вы можете войти.
Вхожу в полутемную палату.
Свет тоже будет раздражать нервную систему, как мне сказали.
Лилит совсем на себя не похожа. Вся посерела, и…
Я смотрю на нее и ничего не чувствую. Ничего. Совсем. Даже элементарной жалости!
Зато ярость бурлит в крови с дикой силой!
Мысли скачут в бешеном темпе!
Не понимаю, что это была за игра, в которую меня разыграли! Они сговорились? За моей спиной? Когда? Как?
– Как давно ты знала, что Саида жива?
– Давид! Как ты можешь? Я чуть не умерла! Меня эта стерва чуть не убила! Я потеряла нашего ребенка! А ты! Ты только о ней и думаешь? Даже сейчас? Это единственное, что тебя интересует! Твоя Саида! Вечно! Твоя Саида! Всегда! Я ребенка потеряла! У меня больше никогда не будет детей!
– К сожалению, это правда, – подтверждает доктор, который вытащил Лилит. – Но, возможно, лечение… Гарантий никаких, естественно, никто дать не сможет.
– Материал возьмите на анализ. На анализ ДНК, – добавляю, в ответ на его удивленный взгляд. – Можно узнать, был ли этот ребенок моим?
– Да, господин мэр. Это возможно.
– Полагаю, не стоит уточнять, что это должно остаться между нами.
– Давид! О чем ты говоришь! Как ты можешь сомневаться! В этой палате единственная жертва! Я! А единственная. Кто нас всех обманывал, это твоя Саида! Она меня убить хотела! Почему ты ничего не делаешь? Она еще жива? До сих пор? Давид! Она должна заплатить! За все! Сполна! Она должна пожалеть, что ее смерть не наступит мгновенно!
– Лилит! Ты как?
В палату врывается Омар.
Тут же склоняется над Лилит, обхватывая ее руки.
– Я?
Лилит нервно хохочет, указывая на меня пальцем.
– Я жива! Жива! Но, кажется, не все здесь этому рады! Давид! Я хочу знать! Прямо сейчас! Как ты собираешься ее покарать? Давид! Омар! Его эта Саида! Она чуть не убила меня! Подмешала мне в чай яд! А ведь я всего лишь пришла к ней в дом! Хотела поговорить!
– Как ты вообще там оказалась, Лилит. И давай по порядку. Спокойно. Без истерик.
Сжимаю кулаки.
Мне сейчас хочется быть совсем в другом месте. И там
