не все – это не бредни, не басни: если хороший ошейник на псе – это и псу безопасней. Едешь хозяином ты вдоль земли – скажем, в Великие Луки, – а под колеса снуют кобели, и попадаются суки. Их на дороге размазавши в слизь, что вы за чушь создадите? Вы поощряете сюрреализм, милый товарищ водитель. Дрожь проберет от такого пятна! Дворников следом когорты будут весь день соскребать с полотна мрачные те натюрморты, Пса без намордника чуть раздразни, – он только челюстью лязгни! – Вот и кончай свои грешные дни в приступе водобоязни, Не напасутся и тоненьких свеч за упокой наши дьяки… Все же намордник – прекрасная вещь, ежели он на собаке! Мы и собаки – легли на весы! Всем нам спокойствия нету, если бездомные шалые псы бродят свободно по свету, И кругозор крайне узок у вас, если вас цирк не пленяет, – пляшут собачки под музыку вальс – прямо слеза прошибает! Или – ступают, вселяя испуг, страшные пасти раззявив, – будто у них даже больше заслуг, нежели у хозяев. Этих собак не заманишь во двор – им отдохнуть бы, поспать бы, – стыд просто им и семейный позор – эти собачие свадьбы, Или – на выставке псы, например, даже хватают медали, – пусть не за доблесть, а за экстерьер, но награждают – беда ли? Эти хозяева славно живут, не получая получку, – слышал, огромные деньги гребут за… извините – за случку. Значит, к чему это я говорю, – что мне, седому, неймется? Очень я, граждане, благодарю всех, кто решили бороться! Вон, притаившись в ночные часы, из подворотен укромных лают в свое удовольствие псы – не приручать их, никчемных, Надо с бездомностью этой кончать, с неприрученностью – тоже, Слава же соба-коловам! Качать! Боже! Прости меня, Боже! Некуда деться бездомному псу? Места не хватит собакам?… Это – притом, что мы строим вовсю, с невероятным размахом?! (1976),* * *
Нынче редко-редко встретишь беременную женщину, А в памятных мне 60-х годах они попадались на каждом шагу; такое было ощущение, будто весь детородный женский пол ходил «в положении», В престижные роддома старались записаться заранее или, как тогда было принято, «по блату», И по сей день я чувствую, как толкалась наша девочка в тесном пространстве, требуя вызволения, когда ты позволила мне прикоснуться к твоему животу, И я гордился, что единственная дочка Настя появилась на свет в знаменитой Снегиревке на улице Маяковского, Этот крохотной кусочек родной плоти на моих дрожащих руках я буду нести всю жизнь…
Трудно женщины рожали,нелегко давались дети,но в палаты поступалиапельсины и конфеты.На мужей косились женыи, сияя телесами,говорили раздраженно:«Вы попробовали б сами!»Но обиды были редки,а конфеты были сладки,и посапывали деткив прокварцованной кроватке.Воздух пятками пиналиозорные ребятишки,в жизнь большую стартовалис номерами на лодыжках…Иван Стремяков, СПб.
Наша группа на филфаке Ленинградского государственного университета состояла сплошь из девчонок, исключая, естественно, меня, На одном из занятий встает обескураженная Лариса и, глядя вниз, испуганно шепчет: «Воды пошли!» Ошеломленный мужчина-преподаватель прервал лекцию, и мы всей группой проводили роженицу в больницу им, Отто, благо она находилась рядом, В Домах регистрации новорожденных выдавали медали «Рожденному в Ленинграде», Ну, конечно, ясли и садики тоже представляли определенную проблему, С детьми было шумно, но как-то весело, да и вели они себя, не в пример нынешним, намного скромнее. А сегодня на Невском я встретил женщину с огромным оголенным животом с золотым шариком в пупке. Статистика говорит, что… впрочем, мы с вами и так прекрасно знаем, о чем говорит статистика.
Женщине, шьющей распашонку
Ты – первое светлое чудоНа милой зеленой земле.Позвякивает посуда,Машинка строчит на столе.По мягкому ворсу фланелиЛожится стежок на стежок,Как верность единственной цели,Которая жизнь бережет.В движеньях чутка и степенна,Ты делом простым занята.Да будет благословеннаДвойная твоя красота!Михаил Дудин, СПб.
Радуюсь, когда, гордо выпятив тяжелый живот, навстречу мне движется будущая мама-героиня, и незаметно осеняю непраздную женщину и будущего малыша крестным знаменем. Храни вас Бог и Матерь Божия! Будьте счастливы!
Женщина спасается через чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием (1 Тим. 2, 15).
Живот
Тропа терпения терниста,Что предназначена с высот!..Нелегкий подвиг материнстваОна, откинувшись, несет.Ее телок, ее орленокВо чреве сумрачном пока…… О, злой, как щелочь, дух пеленок!О, теплый привкус молока!..На личике ночные пятна…… И, вытесняя мир, плывет,Напористо и многократноЕе раздавшийся живот.Евгений Винокуров
Правда, не у всех и не сразу складывается жизнь. Это серьезное испытание – зарождение нового росточка. Гуляли, гуляли, веселились, о серьезном не думали – а оно вот и зародилось; чудо или обуза – вам решать…
Не стучись: я больше не откроюУж тебе, мой милый, никогда!У меня давно живот горою…Ты дороженьку забудь сюда.Дурачок! Худой побойся славы!Матери своей не бережешь.Я тебе нужна лишь для забавы,Все равно ведь замуж не возьмешь.Погоди! Как я тебя жалею!Умерла бы, Господи… Молчу!Так люблю, что и любить не смею,Быть обузой не хочу.Разве я бойка, хитра, красива?В старых девах век бы мне сидеть!Радость моя горькая, спасибо!Приходи на сына поглядеть.Виктор Лапшин
Конечно, мы искренне считаем, что любим своих жен, дарим им время от времени по поводу цветы и подарки, говорим приятные слова и снова возвращаемся в свою обустроенную жизнь, милостиво впуская туда любезную супругу – для помощи в написании диссертации, настройки компьютера или ремонта дачи. Мы доверяем женам готовить для нас вкусный обед, прибирать квартиру или стирать – в машине же! – горы накопившегося белья. Больше того, мы способны нерегулярно ходить в магазин, приносить зарплату и даже забить пару гвоздей дома. Но главное мужское дело – работа, и не дай Бог кому-то нарушить сложный творческий процесс. Любящие жены, как правило, быстро приспосабливаются и гибко, но незаметно руководят семейной жизнью. Другие разводятся, «по несходству характеров». Но я ушел в сторону.
На железной дороге или на трамвайных путях часто видишь оранжевые куртки работающей ремонтной бригады. Они почему-то полностью (за исключением начальника) состоят из женщин разного возраста; есть среди них и молодые. Как же они будут рожать после невыносимого труда? С какими болезнями появится на свет их ребенок? Не знаю, по какой причине жизнь заставила женщин заниматься совсем неженским трудом, но с годами рабочих «слабого пола» в оранжевых куртках меньше не становится. Мне стыдно, и я поскорее перевожу взгляд вдаль, на пасторальный пейзаж…
Вина
Путейцы вдоль насыпи встали рядком.Загар – не бывает темней.И женщины взгляд безразлично, легкоскользнул по соседу, по мне.Голубенький шарфик коснулся щеки,напомнив морскую волну.Жарища. Песок. Электричек гудки.Все. Больше в окно не взгляну…Смотри не смотри, только там, за спиной,все дальше и дальше – она,твоя и моя, наяву, не в кино,ворочает шпалы вина.Владимир Филиппов,
