На них сразу же попытались напасть лесные духи, но высохли и рассыпались, не успев даже приблизиться. Некроманты, защищавшие крепость, быстрыми темпами стали отдаляться от них, понимая, что если они попадут в эпицентр боя, то обязательно умрут.
Йозеф неожиданно застучал зубами, глядя на Монику и слегка шипящим тоном произнёс:
— Потрясающе.
Моника защитила своё тело духовным оружием и призвала в руки полумесяцы, после чего сказала:
— Обычно я не против, чтобы мной любовались, но только не в твоём случае.
— В плохом смысле, потрясающе. Как же неблагодарны могут быть люди. Тебе дали бессмертие и возможность быть частью глобального замысла владыки, а ты добровольно кусаешь протянутую тебе руку.
— Я этого никогда не просила и не хотела! — воскликнула Моника.
— Значит, ты даже представить не можешь каково это, когда все близкие отворачиваются от тебя, например, всего лишь из-за того, что ты практикуешь альтернативные магические пути, которые ныне даже почему-то запрещены на законодательном уровне. Именно магия владыки позволяет проникнуть в саму суть жизни и смерти, понять их и подарить человеку высшее благо жизни — бессмертие. Ведь абсолютно каждый живой организм всегда стремиться выжить и продлить своё существование. Правда, тело при перерождении умирает, но личность с душой ведь сохраняются, а это самое важное.
— А ты не думал, что от тебя отвернулись и начали разыскивать из-за твоего пристрастия к мерзкому каннибализму? Почему владыка вообще посмотрел в твою сторону и сделал личом? Меня тошнит от одного твоего вида, — с отвращением взглянула рыжеволосая девушка на Йозефа и отошла от него поближе к Зареву.
— Невежда. Я страдал от тяжёлого недуга. Голоса в моей голове говорили, что мне нужно поедать ещё живую плоть людей, иначе я умру. Я не мог трезво рассудить, что было галлюцинацией, а что нет, поэтому и делал то, что говорили голоса, но даже тогда последние крупицы здравого смысла натолкнули меня на изучение альтернативной магии, которая в итоге помогла мне не только практически полностью излечиться, но и стать бессмертным.
— Не нужно быть психически здоровым, чтобы подчиняться воле владыки, — сформировал Зарев клинок из магии смерти. — Важны лишь навыки, сильное стремление и безукоризненная преданность.
Раздался взбешённый голос Дариуса:
— Да как ты смеешь оправдываться!? Ты обрёк меня на пятьсот лет страданий в форме души! И даже оставил мои воспоминания, чтобы я мучился, служа своему врагу!
Йозеф снова повернул голову в сторону Моники, но по его бедному на мышцы лицу сложно было сказать, какое выражение оно в этот момент имело.
— Я узнал тебя, герой. Твоё имя Дариус, если я правильно помню. Твои слова несколько удивляют меня. Неужели мой дар за твою стойкость в сражении оказался для тебя проклятием?
— Да ты издеваешься надо мной! Как ты мог считать это даром, гнида?!
Тем временем Фай с Винсентом мысленно переговаривались и как обычно спорили.
— «Надо уничтожить сердце Древа Естества прежде, чем оно послужит им», — заявил высший некромант.
— «Ты думаешь, что предлагаешь?»
— «Бог Естества рано или поздно сможет его восстановить, ведь именно он его и создавал, зато уничтожив его сейчас, мы, скорее всего, навредим планам Мора».
— «Даже если он восстановит сердце, это произойдёт совсем не скоро. За это время практически вся раса дриад вымрет, а живые существа будут массово умирать от голода. Может быть, именно этого личи и добиваются».
— «Не исключаю такой возможности, но она минимальна».
— «Но она есть. Мы не тронем сердце».
— «Сколько ещё раз из-за тебя мы будем отдаляться от цели? Я бы сам уничтожил его и не пытался тебя убеждать, но, к сожалению, сейчас для меня наивысшим приоритетом является устранение лича. Такое я смогу провернуть только в схватке один на один, так что, я не могу отвлекаться на сердце. Тебя же уничтожение сердца практически не затруднит. Нужно всего лишь одно точное попадание твоей божественной способностью. Ты обязан это сделать».
— Зачем вам сердце Древа Естества?! — воскликнул Винсент.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— «Это глупый вопрос, они не ответят или солгут».
— К чему эти вопросы? — опечаленно взглянул на него Зарев. — Чтобы уничтожить, естественно, ведь оно питает кучу жизней. Знаешь, в том, чтобы сдаться, нет ничего плохого, поэтому, может быть, вы просто уйдёте отсюда и будете дожидаться смерти? Я полагаю, что она будет окончательной для всего живого.
— Почему ты так в этом уверен? Ты же наверняка не знаешь, что владыка хочет сделать, — возразила девушка-лич.
— Здесь ты права, Элла. Однако я успел собрать некоторую информацию о падших духах, об их поведении, а наш господин как раз один из них. Если он не имеет сознания, то высока вероятность, что он попробует поглотить всё. Вообще всё. Весь наш мир, а с ним и наши души, тогда мы уже не сможем переродиться, и страдания наконец-то завершатся.
— Не правда, господин захватит мир и станет единственным Богом, а мы, как его верные слуги, будем им править до скончания веков. Тогда меня больше никто не посмеет лишить заслуженного статуса, — затихающим голосом молвила Элла.
— Именно, господин не пойдёт на такое, — покачал своей черепушкой Йозеф. — К тому же, какой он безумец, если его приказы более чем разумны? Он точно хочет протянуть всем свою руку помощи и подарить бессмертие. А все эти истории про свержение безумных правителей доблестными героями — полная чушь, созданная теми же богами, чтобы возвысить себя и очернить старых законных правителей этого мира. На самом деле, я считаю, что эгоистичные нынешние боги хитростью отняли мощь никаких не безумцев, а достойных добросердечных правителей и установили свои жестокие порядки, а всё это они сделали для того, чтобы упиваться безграничной властью и смеяться над бедами простых людей. И почему никто этого не понимает, кроме меня?..
Тем временем Фай так и не убедив Винсента уничтожить сердце, вылез из сферы, зависнув в воздухе, и пустил кровавое копьё в сторону Зарева. Тот без труда отвёл его в сторону телекинезом и обратил свой взор на высшего некроманта.
— Самые ближайшие слуги Мора оказались всего лишь жалкими инструментами, не знающими, чему их действия в конечном итоге поспособствуют. Сейчас же вы определённо по какой-то причине тянете время. Пора закончить бой, который мы начали, один на один, — кинул Фай безжалостный взгляд в сторону Зарева.
Лич на мгновение затих, а после ответил:
— Значит, ты всё же решился умереть. Хорошо, я стану тем, кто положит конец твоему существованию. Следуй за мной.
Зарев начал удаляться от остальных, а Фай последовал за ним.
— Не оставляй меня с этим смердом! — крикнула ему в след Элла, озираясь на бормочущего себе под нос Йозефа.
— Вы будете иметь дело со мной, — Винсент начал создавать в воздухе ливень из золотистых мечей, чтобы вынудить противников убраться подальше от сердца.
Йозеф с Эллой действительно исчезли и появились на далёком крупном корне.
— Оставляю мертвецов на тебя, Моника. Если нужна будет помощь, сообщи мне, — сказал отступник и заставил её сферу исчезнуть, а сам полетел к личам.
— «Приятно, конечно, но я всё же могу за себя постоять. Да и почему он вообще обо мне беспокоится? Он же сам мне в Ляпурляндии сказал, что не может иметь со мной романтических отношений, так как считает, что это неправильно по отношению к его первой возлюбленной…», — подумала девушка, приземлившись на остров.
Четверо здоровых мертвецов в доспехах встали полукругом и обнажили двуручные мечи.
Только Моника приготовилась к нападению, как один из мертвецов внезапно заговорил:
— У нас нет обязательной команды сражаться с тобой, поэтому можем просто спокойно подождать, пока остальные меряются силами.
— Так вы тоже имеете личности… — удивлённо молвила девушка. — Но нам рано или поздно всё равно придётся драться, так что не обижайтесь.
Моника тут же телепортировалась к самому правому из них и попыталась попасть полумесяцами по его ногам и выпустить кинетическую волну, которая смогла бы разломать зачарованные латы, но мертвец заблокировал её оружие своим и также выпустил кинетическую волну, раздув гору пыли вокруг.
