class="p1">– Лорд Сент-Саймон оказал моей голове большую честь, поставив ее на один уровень со своей!.. Знаете что, я не прочь бы выпить виски с содовой и выкурить сигару после этого длительного допроса. А заключение по данному делу сложилось у меня еще до того, как наш клиент вошел в комнату.
– Полноте, Холмс!
– В моих заметках есть несколько аналогичных случаев, хотя, как я уже говорил вам, ни одно из тех исчезновений не было столь скоропалительным. Беседа же с лордом Сент-Саймоном превратила мои предположения в уверенность. Побочные обстоятельства бывают иногда так же красноречивы, как муха в молоке, – если вспомнить Торо [26].
– Однако, Холмс, ведь я присутствовал при разговоре и слышал то же, что слышали и вы.
– Да, но вы не знаете тех случаев, которые уже имели место и которые сослужили мне отличную службу. Почти такая же история произошла несколько лет назад в Абердине и нечто очень похожее – в Мюнхене, на следующий год после франко-прусской войны. Данный случай… А, вот и Лестрейд! Здравствуйте, Лестрейд! Вон там, на буфете, вино, а здесь, в ящике, сигары.
Официальный сыщик Скотленд-Ярда был облачен в куртку и носил на шее шарф, что делало его похожим на моряка. В руке он держал черный парусиновый саквояж. Отрывисто поздоровавшись, он опустился на стул и закурил предложенную ему сигару.
– Ну, выкладывайте: что случилось? – спросил Холмс с лукавым огоньком в глазах. – У вас недовольный вид.
– И я действительно недоволен. Черт бы побрал этого Сент-Саймона с его свадьбой! Ничего не могу понять.
– Неужели? Вы удивляете меня.
– В жизни не встречал более запутанной истории. Не найти никаких концов. Сегодня я провозился с ней весь день.
– И кажется, при этом изрядно промокли, – сказал Холмс, дотрагиваясь до рукава куртки.
– Да, я обшаривал дно Серпентайна [27].
– О Господи! Да зачем это вам понадобилось?
– Чтобы найти тело леди Сент-Саймон.
Шерлок Холмс откинулся на спинку кресла и от души расхохотался.
– А бассейн фонтана на Трафальгар-сквер вы не забыли обшарить? – спросил он.
– На Трафальгар-сквер? Что вы хотите этим сказать?
– Да то, что у вас точно такие же шансы найти леди Сент-Саймон здесь, как и там.
Лестрейд бросил сердитый взгляд на моего друга.
– Как видно, вы уже разобрались в этом деле? – насмешливо спросил он.
– Мне только что рассказали о нем, но я уже пришел к определенному выводу.
– Неужели? Так вы считаете, что Серпентайн тут ни при чем?
– Полагаю, что так.
– В таком случае прошу объяснить, каким образом мы могли найти в пруду вот это.
Он открыл саквояж и выбросил на пол шелковое подвенечное платье, пару белых атласных туфелек и веночек с вуалью – все грязное и совершенно мокрое.
– Извольте! – сказал Лестрейд, кладя на эту кучу новенькое обручальное кольцо. – Раскусите-ка этот орешек, мистер Холмс!
– Вот оно что! – сказал Холмс, выпуская сизые кольца дыма. – И все эти вещи вы выудили в пруду?
– Они плавали у самого берега, их нашел сторож парка. Родственники леди Сент-Саймон опознали и платье, и все остальное. По-моему, если там была одежда, то где-нибудь поблизости найдется и тело.
– Если исходить из этой остроумной теории, тело каждого человека должно быть найдено рядом с его одеждой. Так чего же вы надеетесь добиться с помощью вещей леди Сент-Саймон, хотел бы я знать?
– Какой-нибудь улики, доказывающей, что в ее исчезновении замешана Флора Миллар.
– Боюсь, это будет нелегко.
– Боитесь? – с горечью вскричал Лестрейд. – А я, Холмс, боюсь, что вы совсем оторвались от жизни с вашими вечными теориями и умозаключениями. За несколько минут вы сделали две грубые ошибки. Вот это самое платье, несомненно, уличает мисс Флору Миллар.
– Каким же образом?
– В платье есть карман. В кармане нашелся футляр для визитных карточек. А в футляре – записка. Вот она. – Он расправил записку на столе. – Сейчас я прочту вам ее: «Увидимся, когда все будет готово. Выходите немедленно. Ф. X. М.». Я с самого начала предполагал, что Флора Миллар под каким-нибудь предлогом выманила леди Сент-Саймон из дому и, разумеется, вместе с сообщниками является виновницей ее исчезновения. И вот перед нами записка – записка с ее инициалами, которую она, несомненно, сунула леди Сент-Саймон у дверей дома, чтобы завлечь ее в свои сети.
– Отлично, Лестрейд, – со смехом сказал Холмс. – Право же, вы очень ловко все это придумали. Покажите-ка записку.
Он небрежно взял в руки бумажку, но что-то в ней вдруг приковало его внимание.
– Да, это действительно очень важно! – сказал он с довольным видом.
– Ага! Теперь убедились?
– Чрезвычайно важно! Сердечно поздравляю вас, Лестрейд.
Торжествующий Лестрейд вскочил и наклонился над запиской.
– Что это? – изумился он. – Ведь вы смотрите не на ту сторону!
– Нет, я смотрю именно туда, куда нужно.
– Да вы с ума сошли! Переверните бумажку. Записка-то ведь написана карандашом на обороте!
– Зато здесь я вижу обрывок счета гостиницы, который весьма интересует меня.
– Ничего в нем нет особенного! Я уже видел его. «Окт. 4-го. Комната – 8 шил. Завтрак – 2 шил. 6 пенс. Коктейль – 1 шил. Ленч – 2 шил. 6 пенс. Стакан хереса – 8 пенс.». Вот и все. Не вижу ничего интересного.
– Вполне возможно, что не видите. А между тем этот счет имеет большое значение. Что касается записки, она тоже имеет значение, во всяком случае, ее инициалы. Так что поздравляю вас еще раз, Лестрейд.
– Ну, хватит терять время! – сказал тот, поднимаясь с места. – Я, знаете ли, считаю, что надо работать, а не сидеть у камина и разводить разные там теории. До свидания, мистер Холмс. Посмотрим, кто первый доберется до сути этого дела.
Он собрал принесенную одежду, сунул ее в саквояж и направился к двери.
– Два слова, Лестрейд, – медленно произнес Холмс, обращаясь к спине своего уходящего соперника. – Я могу вам открыть разгадку нашего дела. Леди Сент-Саймон – миф. Ее нет и никогда не было.
Лестрейд обернулся и с грустью взглянул на моего друга. Потом он посмотрел на меня, трижды постучал пальцем по лбу, многозначительно покачал головой и поспешно вышел.
Как только за ним закрылась дверь, Холмс встал и надел пальто.
– В том, что сказал этот субъект, есть доля истины, – заметил он. – Нельзя все время сидеть дома, надо работать. Поэтому, Уотсон, я должен ненадолго оставить вас наедине с вашими газетами.
Шерлок Холмс покинул меня в половине шестого, но я недолго оставался в одиночестве, ибо не прошло и часа, как к нам явился посыльный из гастрономического магазина с большущей коробкой.
