по ноге, когда он переместился к другому концу стола.
— Сейчас я собираюсь вставить фаллоимитаторы, детка. Один из них — маленького размера, так как ты не привыкла к анальным играм.
Она вздохнула, когда что-то прижалось к ее анусу. Вспышка тянущей боли заставила ее напрячься, когда этот предмет протолкнулся сквозь кольцо мышц и скользнул внутрь.
— Эбби, я отрегулирую аппарат, чтобы предстоящее наказание не стало чрезмерным для тебя, — он похлопал ее по бедру. — Тебе и так предстоит долгая поездка. Не стоит пугать тебя еще больше.
В этот раз Ксавье ввел фаллоимитатор в ее влагалище. Он не был огромным, но заполнил ее полностью. Сдерживая протест за стиснутыми зубами, она попыталась вывернуться и поняла, что ее нижняя часть тела обездвижена.
Мне это не нравится. Она сглотнула, а затем снова напряглась, когда что-то накрыло ее лобок. Нечто мягкое и прохладное прижалось прямо к ее клитору, когда Ксавье закрепил этот предмет ремнями вокруг ее ног.
Кто-то задал вопрос низким голосом, и Ксавье ответил:
— Поскольку это действие продлится некоторое время, лучше использовать более щадящий вариант. Раздражать клитор с самого начала — это лишит ее удовольствия.
Большое спасибо.
Он усмехнулся.
— Посмотрите на это лицо. Неужели маленькая саба недовольна своим наказанием?
Послышался смех вокруг нее.
Он погладил ее по плечу, и стало страшно от того, как сильно она жаждала его прикосновений.
— Я не хочу, чтобы какая-то часть твоего тела чувствовала себя обделенной вниманием, поэтому я добавлю вот это.
Что-то круглое скользнуло вокруг ее правой груди, а затем она почувствовала легкое сжатие, будто ее сосок всосали. Ее спина выгнулась дугой. Холодное устройство вибрировало, но всасывание продолжалось. Ксавье занялся другой грудью, повторяя с ней то же самое, и она задрожала.
— Ты готова, зверушка. Запомни: «красный» и «желтый» — стоп-слова, — он повысил голос. — Домы, ваша зеленая лента дает вам право на одну минуту управления. Но предупреждаю: ей нельзя кончать до конца наказания, так что, если она приблизится к разрядке, я воспользуюсь педалью, чтобы остановить работу машины, и вы потеряете оставшееся время.
Все дружно засмеялись.
— Я сделаю первый выстрел, — послышался хрипловатый голос.
Тишина, и Эбби начала паниковать. Ксавье оставил ее привязанной на этом столе в окружении всех этих людей на их милость.
— Желтый. Прошу, желтый.
Она почувствовала, как теплая ладонь накрыла ее сжатые пальцы.
— Кудряшка, что случилось?
Он все еще был здесь.
— Не уходи. Пожалуйста, — слезы жгли ей глаза. — Я справлюсь, только не оставляй меня.
Он легонько поцеловал ее.
— Эбби, я никогда не оставлю тебя. Я буду сидеть рядом с тобой все время, но… ты не сможешь меня видеть, не так ли? Хм… — Она услышала скрип стула, шорох его одежды, когда он сел где-то поблизости от нее. — Вот, держи, — он раскрыл ее кулак и сомкнул ее пальцы на чем-то мягком и толстом.
Он вложил ей в руку свою косу.
— Это поможет?
Чувство, что она захлебывается в панике, отступило — у нее был спасательный круг.
— Да, Милорд. Благодарю.
— Всегда пожалуйста. И, Эбби, если ты почувствуешь, что кто-то прикасается к тебе, знай, что это я. Я — единственный, кто имеет право прикоснуться к тебе. Ты понимаешь?
— Да, Сэр, — напряжение внутри нее слегка ослабло.
— Машина может временами приносить дискомфорт, но мы собираемся добавлять смазку. Скажи мне, если начнешь чувствовать сухость. Используй «желтый». Ясно?
— Да, Сэр.
— Начинай, Гарретт.
Фаллоимитатор скользнул в ее киску. Внутрь, наружу — скользкий и твердый, затем она почувствовала, как тот, что был в ее анусе, начал двигаться, гораздо медленнее. Штука над ее клитором тихонько жужжала, вибрируя, только это ничуть не интересовало Эбби.
Между ее ног пробежала холодная струйка. Кто-то выдавил на нее больше смазки, заставляя фаллоимитаторы проникать внутрь с мягкими, хлюпающими звуками.
— Черт, как горячо. — Услышала она.
— Набирай скорость, Гарретт, — призывал какой-то мужчина.
Она зажмурила глаза, несмотря на повязку, желая отгородиться и от звуков, и от людей.
Словно зная ее мысли, Ксавье сказал:
— Я лишил тебя зрения, но хочу, чтобы ты слышала, как они говорят о тебе, Эбби. Отчасти это делается для того, чтобы показать тебе разницу между игрой в дружной… семье… и выступлением в качестве зверя в зоопарке. Лабораторного образца. Ты понимаешь?
— Да, Милорд, — слезы увлажнили повязку.
Она услышала его тихий вздох. Через несколько секунд он объявил:
— Следующий. У кого есть зеленая лента?
Вибратор ускорился, ударяя по всем сторонам ее клитора, заставив ее вздрогнуть. Ее тело пробудилось, и по ней пробежала волна жара. Фаллоимитатор в ее киске увеличил скорость, вбиваясь в нее интенсивнее. Ее мышцы напряглись от возбуждения, пронзившее ее тело, и она почувствовала, как ее внутренности начинают…
— Следующий. — Шуршание.
Вибрация на клиторе уменьшилась, именно в тот момент, когда она начала наслаждаться этим. Фаллоимитатор в ее киске тоже замедлился, но каким-то образом углублялся с каждым толчком, а тот, что был в ее анусе, задвигался быстрее и сильнее. Ее бедра пытались приподняться, хотелось поджать ноги, пытаясь избавиться от странных ощущений. Было слишком много всего или мало — сложно разобраться.
— Следующий.
Вибратор на клиторе в этот раз ускорился. А фаллоимитатор в ее влагалище стал толкаться неглубоко, но быстрее. Сменив угол наклона, он терся о чувствительную точку внутри нее при каждом толчке. Давление нарастало, когда она начала приближаться к пропасти. Она должна была кончить — должна была. Ближе, ближе.
Но все внезапно остановилось.
Вокруг раздался смех, и сквозь дымку разочарования она услышала, как люди ругают того, кто был за пультом управления.
Ее тело покрылось испариной.
Время шло, ничего не происходило. Минута. Две. Ее возбуждение угасло, оставив ее внутри холодной. Как она могла довести себя до оргазма на глазах у всех?
— Пора снова завестись, девочка, — голос де Вриса был грубым, как наждачная бумага. Фаллоимитаторы ожили, и он варьировал их интенсивность, играя с регуляторами, как искусный мастер. Он увеличил скорость вибратора, а затем и фаллоимитатора в ее киске, а потом пришел черед анальной штуки. Раз-два-три — как вальс возбуждения.
Нужда, распаляющая тело, начала поглощать ее, дыхание участилось. Когда кульминация была уже близка, ДеВрис фыркнул, и мелодия «раз-два-три» сменила темп. Все замедлилось, оставив ее изнемогающей. Его смех по звучанию принадлежал настоящему садисту.
Его место занял следующий Дом, а потом еще один…
Череда сменяющихся Домов расплылась и размылась в нечто абстрактное, за исключением ощущений в ее теле. Ксавье снова остановил машину, а затем еще два раза, и в последний она застонала, зависнув на грани, все ее тело пульсировало от возбуждения.
