Казалось, летняя духота никогда не сменится прохладой. Соперник Дерека, кандидат-республиканец, позволял себе недостойные выпады во время дебатов о преступности и абортах. Дерек работал по восемнадцать часов в сутки, не зная усталости. В штате Массачусетс не осталось ни одного городка, в котором бы он не встретился с избирателями.
Александра следила за тем, чтобы предвыборная кампания шла строго по графику и не давала сбоев. Ей приходилось нелегко, но однажды Кен Кори на ходу сказал:
– За весь прошлый месяц у нас не было ни единого прокола.
Эта скупая похвала обрадовала ее больше, чем дифирамбы профессоров Вассара.
* * *
На последние числа июня Дерек наметил выступление перед Бостонской коллегией адвокатов. Для этого мероприятия был арендован конференц-зал отеля «Фитцджеральд». Александра пришла туда накануне, чтобы лично проконтролировать все приготовления. Первым, кого она увидела, был Ричард Кокс.
– А, здравствуйте, прекрасная повелительница гармонии, – поклонился он.
– Ричард Кокс! – Александра не могла скрыть волнения. На нем был синий английский костюм в тонкую полоску и нежно-голубая рубашка, оттенявшая проницательные аквамариновые глаза. Сейчас он казался еще более привлекательным, чем на банкете в честь Мэри-Ли.
– Как вы здесь оказались? – спросила Александра первое, что пришло в голову, и густо покраснела, сообразив, что этот отель принадлежит ему.
Кокс улыбнулся:
– Я периодически наведываюсь в каждый из своих отелей. Сейчас, к примеру, мы объявили конкурс на должность шеф-повара. Не согласитесь ли составить мне компанию? Я всегда прошу, чтобы кандидаты продемонстрировали свое кулинарное искусство. В ресторане дирекции уже накрыт стол. Присоединяйтесь ко мне, прошу вас. Не люблю обедать в одиночестве.
– Вообще-то... я... – пролепетала Александра. Что особенного было в этом человеке? Когда он оказывался рядом, у нее замирало сердце. – Хорошо, – решилась она, – благодарю за приглашение, только у меня очень мало времени. Я работаю координатором избирательной кампании моего брата Дерека. Он баллотируется в Сенат от штата Массачусетс.
– Да, я слышал. Но обещаю, что вы не пожалеете о потраченном времени. Наш кандидат стажировался в Париже а потом три года работал помощником шеф-повара в ресторане «Ла Тур д'Аржан». Думаю, он не ударит в грязь лицом.
Ричард открыл перед ней дверь скоростного лифта. Вместе с ними в кабину вошли еще несколько пассажиров, и Александра оказалась прижатой к Ричарду. До нее донесся запах дорогого лосьона и хорошего европейского мыла. В тот же миг Александра остро ощутила собственное тело. У нее напряглись соски, и она испугалась, что это будет заметно со стороны.
Потом они перешли в другой лифт, который понес их выше, туда, где располагались административные помещения и частные апартаменты. Хотя здесь они были вдвоем, Ричард стоял так же близко от нее. Александра задрожала и чуть отступила назад.
– Этого повара зовут Жан-Ив Лориа, – начал Ричард. – Он типичный француз и, как мне сообщили, слегка чудаковат. Но считается, что каждому великому кулинару позволительно иметь свои причуды. Как ни странно, он отнюдь не толстяк. Говорит, что каждую неделю пробегает по Булонскому лесу в общей сложности двадцать пять миль.
Они вышли из лифта в просторный вестибюль. Из окон открывалась панорама города и бостонской гавани.
– Мистер Кокс, вас к телефону: Роберт Джамбелли, – сказал коридорный.
Прижав к уху трубку красного аппарата, Кокс энергично жестикулировал, словно собеседник мог его видеть. Возвращаясь к Александре, он объяснил:
– Из моего отеля в Нью-Йорке уволили кухонного рабочего, который постоянно опаздывал на смену. Теперь профсоюз заявляет нам протест. Ох уж эти профсоюзы... Полторы сотни отелей – и полторы сотни поводов для головной боли каждый божий день. Не все служащие понимают, что процветание отеля – это и их собственное процветание.
Они вошли в небольшой директорский ресторан. На столе, покрытом синей скатертью, поблескивало серебро, играл хрусталь, мягко отсвечивал тонкий фарфор с фирменным знаком отеля «Фитцджеральд». В центре, на серебряном подносе, красовался изысканный букет ирисов.
Официант сопроводил их к столу, и Ричард распорядился, чтобы принесли вино.
– Довольно о профсоюзах, – сказал он Александре. – Давайте поговорим о вас.
– Обо мне?
– Меня заинтересовала ваша музыка. Какое место она занимает в вашей жизни? Как вы начинали?
Александра обрадовалась, что Ричарду это небезразлично. Она сама не заметила, как разговорилась и рассказала ему о своих сокровенных переживаниях, которыми не делилась даже с Джеттой.
Сервировка стола была безупречной. К каждому блюду полагался экзотический гарнир, необыкновенно приятный как на вид, так и на вкус. Им подали легкий суп из спаржи и салат из эндивия с толчеными грецкими орехами. Затем последовало рагу из омаров с зеленью, артишоками, морковью и шампиньонами, приправленное чесноком, эстрагоном и кайенским перцем. Умопомрачительный десерт представлял собой фантастическое сооружение: завитки воздушного заварного теста в шоколаде, начиненные нежным малиновым суфле. Все это было причудливо уложено в форме буквы «Ф», символизирующей название отеля, и украшено отборной спелой малиной.
Во время обеда дважды звонил телефон, но Ричард просил официанта передать, что он занят и перезвонит позже.
– Ох, – вздохнула Александра. Больше она не смогла бы проглотить ни кусочка. – У моего отца прекрасная кухарка, но до таких высот ей далеко. Восхитительный обед, Ричард. Ваш француз – непревзойденный кулинар. Надеюсь, он получит место шеф-повара.
– Да, я уже решил. – Их глаза встретились. – Я всегда точно знаю, чего хочу.
От этих слов у Александры заколотилось сердце, а в голову полезли непрошенные мысли. Ричард, казалось, читал их на расстоянии.
– Знаете, месяц назад я развелся. – У Александры закружилась голова. – Не боюсь признать, что в жизни я совершал ошибки и, наверно, ошибусь еще не раз. Но сегодня я все просчитал и не ошибся.
– Не понимаю.
Он широко улыбнулся.
– Мне было известно, что сегодня вы придете в отель.
– Что? – Александра не смогла удержаться от смеха. – Выходит, вы меня подстерегали?
– Да, грешен. – Его глаза сделались внимательными.
Александра встречалась с блестящими молодыми людьми: выпускниками Гарварда и Принстона, сотрудниками ведущих юридических фирм Бостона. Они были ей интересны, но не трогали ее сердца. Этот мужчина ничем не походил на них. Если сравнивать, те выглядели как неоперившиеся птенцы, а он – как настоящий кондор.
