Читаем без скачивания Железная королева - Джули Кагава

Сначала никто не ответил. В доме было темно и тихо. Где-то в ночи залаяла собака.

Внутри мигнул огонек, зашлепали чьи-то шаги по полу. На занавесках нарисовался силуэт, и в окно подозрительно высунулся Люк.

Сначала мой приемный отец как будто меня не заметил, хотя я смотрела прямо на него. Он нахмурился, отпустил занавеску и скрылся в комнате. Я вздохнула и опять забарабанила в дверь.

На этот раз дверь стремительно распахнулась, как будто тот, кто ее открыл, хотел пришибить полночного хулигана, вздумавшего ломиться к нему в дом.

Выглядел Люк, как мне показалось, старше, карие глаза смотрели с непривычной усталостью, лицо покрылось морщинами. Он с подозрением разглядывал меня, одной рукой держась за ручку прикрытой двери.

Я молчала, и тогда он заговорил сам:

– Да? Что вам нужно?

Меня он не узнавал. Неудивительно. Я уже была не той девочкой, которая год назад отправилась к эльфам. Но я не успела ничего сказать – дверь распахнулась еще шире, и в проеме показалась мама.

Мы посмотрели друг на друга. Сердце мое колотилось от подспудного страха, что мама встретит меня пустым и непонимающим взглядом, не узнает странную девицу на пороге. Но в следующую секунду мама охнула и выскочила ко мне.

И вот уже я у нее в объятиях, а она и всхлипывает, и смеется, и задает мне тысячи вопросов одновременно. Я зажмурилась и постаралась впитать этот миг, растянуть его как можно дольше. Мне хотелось вспомнить, хотя бы на несколько мгновений, каково это – быть не фейри, не пешкой и не королевой, а просто маминой дочкой.

– Мегги?

Я слегка отстранилась от мамы и увидела сквозь дверной проем Итана. Братишка вытянулся, повзрослел, вырос дюйма на три, не меньше. А глаза не изменились: ярко-синие и ужасно серьезные.

Он не подбежал ко мне, не улыбнулся. Спокойно, как будто с самого начала знал, что я вернусь, прошел через гостиную и встал напротив меня. Я присела на корточки, а он рассматривал меня, не сводя таких взрослых глаз.

– Я знал, что ты вернешься. – Голос у него тоже изменился. Стал уверенней, четче. Мой единоутробный брат заметно повзрослел. – Я не забыл.

– Нет, – прошептала я. – Ты не забыл.

Я раскрыла объятия, и он наконец-то бросился ко мне, обхватил за шею. Я прижала его к себе и выпрямилась, гадая, не в последний ли раз мы вот так обнимаемся. Может, в нашу следующую встречу он уже станет подростком?

– Меган. – Мамин голос заставил меня обернуться. Она стояла у дверей в гостиную, вместе с Люком, и смотрела на меня с выражением странной грусти. Как будто о чем-то догадывалась. – Ты… не останешься?

Я закрыла глаза и почувствовала, как Итан крепче обнял меня за шею.

– Нет. – Я помотала головой. – Я не могу. У меня теперь есть… обязанности, люди, которым я нужна. Я просто хотела попрощаться и… – У меня перехватило дыхание, и я с трудом набралась сил продолжить: – И попытаться объяснить, что со мной приключилось в ту ночь, когда я вернулась.

Люк все еще в недоумении хмурил брови и переводил взгляд с мамы на меня.

– Я не знаю, поверите ли вы мне, но вы должны услышать правду. А потом… потом мне придется уйти.

Мама, как во сне, пересекла гостиную и механически опустилась на диван. Потом решительно и ясно посмотрела на меня и приглашающе похлопала по соседней подушке.

– Расскажи мне обо всем.

И я рассказала.

С самого начала. С того дня, как я ушла за Итаном в Волшебную страну. Я рассказала про эльфийские Дворы, про Оберона и Маб, про Пака. Рассказала им про Машину и Железных фейри, про Глюка с повстанцами и про фальшивого короля. Замяла некоторые малозначительные, но жуткие подробности, сгладила те моменты, в которых сама едва не погибла, и те, которые могли бы напугать Итана. Умолчала насчет Пола – понимала, что его историю рассказывать не мне. Когда мой рассказ подошел к завершению, к победе над Феррумом и моему превращению в Железную королеву, Итан уже заснул у меня на коленях, а у Люка взгляд остекленел в полнейшем неверии.

Я понимала, что он мало что запомнит из услышанного, что моя история сотрется и ускользнет из его памяти, покажется ему давным-давно услышанной сказкой.

Когда я закончила, мама молчала несколько томительных секунд.

– Так ты теперь… королева. – Она произнесла эти слова, как будто пробовала их на вкус. – Королева… эльфов.

– Да.

– И… ты никак не можешь остаться в реальном мире. С нами. Со своей семьей.

Я помотала головой.

– Земля зовет меня. Теперь я к ней привязана. Мне нужно вернуться.

Мама прикусила губу, и ее глаза наполнились слезами. А заговорил, как ни удивительно, Люк – его глубокий и спокойный голос вдруг наполнил всю комнату.

– Мы тебя еще увидим?

– Не знаю, – честно ответила я. – Может быть.

– Ты справишься? – продолжал Люк. – Одна с этими… существами? – Как будто слово «фейри» сделало бы всю историю реальной, а он еще не был готов мне поверить.

– Все будет хорошо. Я не одна.

Небо за окном светлело. Мы проговорили всю ночь, и уже занимался рассвет.

Я ласково чмокнула Итана в лоб и, не разбудив, переложила брата на диван, потом встала и повернулась к маме с Люком.

– Мне пора. Меня ждут.

Мама снова прижала меня к себе, а Люк обнял нас обеих своими огромными ручищами.

– Постарайся писать нам! – всхлипнула мама, как будто я уезжала в дальнюю поездку или на учебу в колледж. Может, так ей было легче смириться. – Позвони, если будет возможность, и приезжай домой на каникулы.

– Постараюсь, – прошептала я и в последний раз оглядела дом, возрождая старые воспоминания, согревая ими душу. Место, которое всегда будет со мной. Я улыбнулась маме с Люком сквозь слезы – оказывается, я плакала.

– Меган! – Мама с умоляющим видом шагнула ко мне. – Тебе обязательно это делать? Разве ты не можешь остаться на несколько дней?

Я покачала головой.

– Я люблю тебя, мама. – Потянулась мысленно за чарами и окуталась ими, точно плащом. – Скажи Итану, что я не забуду.

– Меган!

– До свидания, – прошептала я и растаяла в воздухе.

Мама с Люком одновременно вскочили с дивана и стали недоуменно озираться по сторонам, затем мама уткнулась Люку в плечо и заплакала.

Проснулся Итан, сонно взглянул на родителей и уставился прямо на меня, по-прежнему невидимую для остальных. Брови у малыша поднялись домиком, но я приложила палец к губам, умоляя его не поднимать шума.

Итан улыбнулся, торопливо помахал мне ручкой, а потом слез с дивана и пошлепал к маме, все еще рыдающей на плече Люка. Я посмотрела на свою семью, ощутила их любовь, горе и поддержку и с гордостью улыбнулась.

«Все будет хорошо, – прошептала я им, сглатывая комок в горле. – Все у вас будет хорошо без меня».

Я хлюпнула носом, в последний раз взглянула на родных и вышла вон в занимающийся рассвет.

Я почти пересекла наш дворик, заставляя себя делать шаг за шагом, когда услышала за спиной лай.

Что-то неслось на меня по траве, какая-то предрассветная тень – огромная, лохматая, смутно знакомая… Волк? Нет, собака! Большая, неуклюжая… да нет, не может быть…

– Красотка? – изумилась я.

Огромная немецкая овчарка ударила в меня, точно поезд на всех парах, и едва не опрокинула навзничь. И правда Красотка! Лохматые лапищи цеплялись за мою футболку, гигантский язык вылизывал мне лицо.

– Откуда ты взялась? – Собака шумно фыркала и радостно виляла всем туловищем. Я не видела нашу любимицу с того самого дня, когда Люк увез ее в приют, по ошибке решив, что собака покусала Итана. – Мама опять взяла тебя домой? Как…

Я осеклась, нащупав что-то тонкое и металлическое у нее на шее в пушистой шерсти. Ошейник с биркой?.. Я осторожно погладила Красотку, чтобы успокоить, а сама сняла с нее эту штуку через голову и повертела в руках, разглядывая внимательнее.

Знакомая серебряная цепочка с остатками более не действующего амулета блеснула в предрассветном свете.

Сердце на секунду замерло. Красотка все прыгала вокруг меня, а я озиралась, рассматривая темный двор и дальние деревья. Его не могло здесь быть. Я сама прогнала его прочь, освободила от данных им клятв. Он должен меня ненавидеть.

И все же… вот…

Я подождала несколько томительных секунд. Ждала, как из теней выскользнет темный силуэт, как увижу знакомые серебристые глаза. Мне казалось, я почувствовала его присутствие неподалеку, его взгляд. Почти убедила себя, что слышу биение его сердца, его чувства… а может, просто сама слишком соскучилась. Может, меня одолели мои собственные ощущения утраты, горя, сожаления… и невозможной любви.

На сердце сделалось так тяжело… Я грустно улыбнулась. В глубине души я знала, что он не придет. Мы теперь из разных миров. Ясень не мог бы выжить в Железной стране, а я бы не смогла ее покинуть – не стала бы. У меня были обязательства перед Железным королевством, перед моими подданными, перед самой собой. Лучше окончательный разрыв, чем бесконечные, бесплодные потуги. Он и сам это знал. А это… это лишь его последний дар, его прощание.