«Огненных стрел всего ничего, да и толку-то от них — я его даже не поцарапаю. А, если попробовать лишить его зрения, как того людоеда? Он быстро восстановится и сильно разозлится. Да все бы ничего, но местность… голая пустыня, черт возьми. Не успею», — перебирал в уме Раэль, косясь на ржавые решетчатые ворота.
— Противник не из легких, не правда ли? — раздался голос у него за спиной, и охотник, не ожидавший, а скорее позабывший о своем наблюдателе, вздрогнул и резко обернулся к источнику звука.
Хасим стоял в нескольких шагах от Раэля и своим обыденным спокойным взглядом, отдающим холодком, взирал на охотника. В особенности примечательно было то, что в руках наемника не было оружия, однако, как и в случае с грозгом, уровень опасности, исходящей от этого человека, данный факт нисколько не снижал.
— Рад тебя видеть, Хасим, — тихо и с опаской поприветствовал Раэль фашхаранца, пытаясь прочесть по выражению лица наемника его намерения, в глубине души понимая, что всякое волеизъявление этого человека не возымеет препятствий на его пути.
— И я рад тебя видеть, Раэль, в особенности лицом к лицу, а не с макушки какого-нибудь дерева, — улыбнулся он своей «нечеловеческой» улыбкой.
— Я зачем-то нужен тебе или Катрине? — спросил охотник напрямую.
— Нет. Теперь нет, — глухо промолвил Хасим. При этих словах охотник, ожидавший чего-то подобного, расценив эту фразу как вынесенный ему смертный приговор, медленно потянулся за кинжалом и охотничьим топориком, что висели на поясе.
— Я не договорил, — продолжил Хасим как ни в чем не бывало, словно, не придав значения действиям Раэля, — я убедился, что твои намерения соотносятся с твоими словами, и доносить информацию о нашем лагере ты никому не собираешься, посему я не смею чинить тебе препятствий.
Руки Раэля тотчас вернулись в исходное положение, а на душе раздался протяжный вздох облегчения, вновь знаменовавший победу жизни над смертью, хоть и временную, но отнюдь не безрадостную.
— Что думаешь делать? — спросил Хасим, выведя охотника из его короткого оцепенения, кивнув головой в сторону неуклюже перетаптывающегося возле входа в пещеру черного грозга.
— Пока не решил, но буду пытаться отвлечь его внимание, а затем постараюсь открыть ворота, — ответил Раэль.
— Считаешь, сумеешь проделать все это в одиночку? — без тени усмешки на лице спросил Хасим.
— Иного выбора у меня нет.
— Буду рад предложить тебе свою помощь в этом деле, — попытался изобразить добродушную улыбку на своем лице Хасим, однако вышло, впрочем, не лучше, чем всегда.
— Спасибо, не откажусь, — ответил охотник, всем своим видом выказывая благодарность, однако внутри него все содрогнулось: совсем недавно этот человек вполне мог убить меня, а теперь преспокойно предлагает свою помощь. Не то, что бы ему казалось это странным, однако Раэль, ранее не сталкивавшийся с таким типом людей, как «человек-машина», пребывал в смятении. Впрочем, ничего необычного здесь не было, ведь гильдия убийц Фашхарана славилась своей суровой подготовкой.
— В таком случае не будем долго засиживаться, скоро ночь. Я выманю грозга подальше от ворот, а ты попытайся их открыть. Все должно получиться, но есть один нюанс — грозг, судя по его габаритам, вполне пролезет в пещерную арку, потому ворота нужно будет закрыть. После того, как ты попадешь внутрь, я постараюсь это сделать, однако все может пойти не совсем так, как нам хотелось… поэтому, ты должен быть готов к тому, что грозг ринется за тобой следом, если я не смогу закрыть проход. Устроит? — будто шахматист перед очередной партией, изложил свой план действий Хасим.
— Устроит.
— Тогда в путь, — подвел итог наемник и, выбежав из-за каменной преграды, направился к чудовищу.
Словно тень, он бесшумно пересек расстояние от валунов до цели, и в тот же миг, подобно звездам на ночном покрывале неба, за спиной у чудовища в темноте блеснул металл двух клинков. Высоко подпрыгнув, Хасим вонзил два кинжала в мощную спину грозга, который, громко зарычав, скорее от удивления, нежели от боли, машинально повернул голову в сторону, чтобы своими сияющими красными глазами узреть то, что происходит у него за спиной. Такое ощущение, что голова грозга не имела шеи и была сразу прикреплена к телу, так сказать, напрямую. Хасим, повиснув на лезвие одного из клинков, походя на опытного альпиниста, вонзившего кирку в горный массив, ударил вторым кинжалом в то место, которое можно было назвать шеей монстра, и добился своего. Грозг был порядком разозлен такой наглостью и, яростно замотав своим огромным торсом из стороны в сторону, попытался скинуть с себя Хасима. Однако, вскоре осознав, что это не самое удачное решение, вновь ощутив на себе комариные укусы, которыми награждал его наемник, грозг начал лупить себя по спине когтистыми лапами. Хасим тут же спрыгнул с туши чудовища и, избежав падения, серией длинных кувырков удалился от монстра на почтительное расстояние. Охотник, не скрывая восхищения, наблюдал за выверенными движениями, совершаемыми наемником. Казалось, Хасим выполнял какие-то обыденные для него действия, подобно прогулке по лесу, настолько легко и непринужденно ему удавалось выписывать все эти пируэты. «Неуклюжий» грозг сотряс своим яростным ревом ледяной воздух и неожиданно шустро затопал по снегу к своей жертве. Раэль, улучив благоприятный для себя момент, покинул свое временное укрытие и быстро добежал до решетчатых ворот пещерного входа. Налегая всем телом на рукоять лебедки, охотник пытался поднять ворота, но конструкция не поддалась его натиску. Грозг, заслышав характерный скрежет, оставил Хасима и, протяжно ухнув, будто стая спевших в унисон сов, поспешил к Раэлю.
— Какого черта эта безмозглая тварь с таким рвением обороняет вход?! — выругался охотник, изо всех сил давя на лебедку. Механизм, словно одушевленный предмет, заслышав ругательства человека, решил все же немного поддаться, дабы не получить новую порцию брани, и копья решетчатых ворот, покоящихся в желобах на каменном полу, под давлением веса охотника на рукоять, чуть поднялись. Но этого было явно недостаточно, чтобы пролезть под ними, а «неуклюжий» грозг, оказавшийся рядом с Раэлем, уже начал свой смертоносный замах, чтобы размазать противника по стене. Охотник, резко отскочив в сторону, чудом избежал удара, который пришелся как раз по отказывающейся работать лебедке, тем самым подняв ворота, быть может, еще на четверть метра. Грозг, гневно взревев, отнюдь не обрадованный таким поворотом событий, ринулся на Раэля, размахивая своими огромными когтистыми лапами, напоминая маятник, на конце которого зиждились острые лезвия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
