тарелками, на которых были разные тарталетки и рулетики.
— Прости ты отца! Он не со зла! — сказала она, садясь напротив меня за столом и ставя передо мной одну из тарелок. — Правда, я на тётю Вику сильно похожа?
— Да. Я помню, как они жили в одном номере, и думала, что это ты была с ним, хотя сейчас понимаю, что в то время ты была намного меньше…
Глава 23. ++
Алекс.
«Какая она смешная, когда злиться и ревнует», — думал я, видя, как она смотрит на меня. Но совсем не нравиться то, что она взяла себе тарелку и ушла ото всех нас. Спасибо Тасе, снова пошла успокаивать её вместо нас взрослых. Вскоре пошла и моя сестра, прихватив с собой ещё блюдо с креветками.
Интересно о чём они там сейчас будут разговаривать? Ай, узнаю потом у Таси. Эта болтунья раскроет все тайны и секреты, даже если пообещает этого не делать! Надо начинать осуществлять сюрприз, который запланировал для моей девочки, только немного не вовремя я раззадорил её ревностью… Но может это даже и к лучшему…
— Пап, пойдем, доделаем то, что начали, — обратился я к отцу, после того, как семейство друга от нас отбыло, а Лина скрылась в нашей спальне.
— Пойдём…
Мы поднялись в чердачное помещение, где я потихоньку и незаметно для Лины сделал ремонт, разделив его на две зоны и начал обустраивать для неё мини кабинет для работы автором и место для её отдыха и уединения.
Там мы разложили прихваченные с собой подарки для неё в виде ноутбука, принтера и множества необходимых канцелярских принадлежностей, предварительно расставив мебель по местам. Пробежав глазами по комнате, мы оба остались довольны.
— Иди, веди её сюда для применения! — сказал мне отец. — Думаю, что самое время для этого! И дверь закрой поплотнее! — хохотнув, продолжил он.
— Думаю, что этого делать не понадобится! Она ещё долго будет на меня дуться!
— Попытка не пытка. Попробовать всё равно стоит!
Мы вышли с чердака и спустились на второй этаж, где я сразу же пошёл в свою спальню, где Лина лежала спиной к двери и даже не повернулась, когда я вошёл. Я обошёл кровать и сел рядом с ней.
— Лин, прости меня, пожалуйста! Я совсем не хотел, чтобы ты обижалась на меня!!! Пойдём, я тебе кое-что покажу, может, ты так перестанешь обижаться и сердиться на меня?.. Прошу тебя, пойдём со мной!
Я насильно потянул её за руку и усадил, после чего поднял на руки и понёс её на выход из спальни.
— Отпусти меня, медведь! Уронишь ведь!!!
— Нет!!! — только и ответил я, поднимаясь уже по ступенькам на чердак.
— Куда ты меня тащишь?
— В твоё личное гнёздышко, где ты будешь проводить всё свободное время от всех нас, и отдыхать в одиночестве! — Я занёс свою девочку в комнату и поставил там её на ноги, едва переступив порог. — Уютом будешь заниматься сама здесь. Я не знал, что тебе ещё здесь понадобиться, поэтому решил, что всякие шторы, покрывала, подушки и всё остальное будешь выбирать сама…
— Что это?! — удивлённо спросила Лина, осматривая комнату, при этом сделав несколько шагов внутрь.
— Твоё личное пространство, ключи от которого будут только у тебя, ну ещё и у меня, так на всякий случай.
— Купить меня этим хочешь?
— Возможно! — ответил я, надвигаясь на неё и загребая её в свои объятия, предварительно успев закрыть дверь на ключ. — Только не сбегай от меня сейчас! Мне не хватает твоих ласк, твоих рук, твоих губ!
Я снова поднял её на руки и уложил на простой напольный толстый матрас, который утроил его там как временное ложе, не зная, что захочет выбрать моя девочка вместо него. Быстро скинув с себя рубашку, я стянул со своей жены футболку и стал целовать её уже достаточно большой живот, чувствую почти при каждом своём поцелуе пинок от наших детей.
— Это кто это тут так возмущается?.. Я тоже хочу побыть с вашей мамой! Вы итак много времени с ней проводите! — говорил я, смотря временами на живот, где появлялись выпуклости от ножек и ручек наших деток. Услышав мои слова, Лина рассмеялась и это меня обрадовало. Наконец-то я сделал то, что её порадовало. — Чего смеёшься? — спросил я уже у неё.
— Ты такой милый, когда разговариваешь с моим животом!!! — выпалила она, притягивая меня к себе.
— Эй, аккуратнее! Я ведь так раздавлю наших детей! — ответил я, едва успев упереться локтями в матрас, и тут же приникая к её губам, чувствуя при этом своим животом, как дети продолжают меня пинать. — Как ты выдерживаешь их футбольную деятельность? От этого же устать можно!
— Они не всегда пинаются! Они в большей степени спят. А сейчас они уже просто успели выспаться.
— Так! И как же мы будем с тобой заниматься любовью, если они не спят?
— А они ничего не увидят! — с улыбкой ответила Лина, впиваясь сама в мои губы, нежно тормоша мои волосы на затылке, что меня дико возбуждало и вызывало кучу мурашек по всему телу. Я с рыком стал прокладывать дорожку от её губ к тому месту, где уже не терпелось побывать моей вздыбленной дубине, всё ещё спрятанной в штанах. Оставив свой последний поцелуй внизу живота, я аккуратно стащил с жены легинсы вместе с трусиками и снова продолжил путь поцелуев, наконец-то приникая губами к уже готовому принять моего коня лону. Немного поласкав его языком, я стащил с себя остатки одежды и аккуратно проник в неё, стараясь не прижиматься к животу. Ух, как же это стало неудобно делать из-за выросшего живота! Подвигавшись так, я решился поменять позу.
— Встань на четвереньки, — произнёс я, выходя из неё.
— Что?! — удивлённо спросила моя девочка.
— Вставай-вставай! Я просто боюсь забыться и прижаться сильнее, чем положено к твоему животу.
Лина послушно встала на четвереньки как я и просил, после чего я снова вошёл в неё и услышал её удивлённый стон.
— Прости, тебе больно?
