Глава 24. Гнев Сируса
Вот и приплыли. Первое впечатление, что часть лабиринта вдруг превратилась в зыбучий песок из золота. Если бы! Золотые жуки величиной с целую мышь, сверкающие не то панцирями, не то крыльями сложенными, облепили дальнюю половину лабиринта, да так, что серых стен не видно. И вся эта бесконечная свора отдельными ручейками и, в общем — то, всей лавиной стремится сюда, поглощая всё больше пространства лабиринта. Их настолько много, что они по головам своих же ползут в два, а то и три этажа.
— Золотые скарабеи, я думала это миф, — произнесла Ольви издевательски спокойно.
— Мы пробудили гнев Сируса слишком рано, — выпалила Нелли. — Камень ведь ещё не забрали.
Оборачиваюсь к статуе. Хм… Имира уже по ней карабкается, как паучок. Окликать не стал. Ох, лишь бы в ловушку не угодила какую… Что — то мы расслабились под конец.
— Время не теряйте, ищите выход! — Командую, бегло осматривая периметр.
По сути, мы на платформе, которая окружена водой. Остаётся надеяться, что скарабеи не умеют плавать!
Брр!! Похоже, они и обгладывают здесь все останки и не только в недрах лабиринта! Скелеты перед гробницей в мученических позах говорят о том, что некоторых сожрали живьём! Они что, и наружу выходят⁈ Интересно, если бы мы заночевали до утра, вот был бы сюрприз.
Да и сейчас вот так сюрприз! До кучи жёлтый свет стал гаснуть. А, ну понятно почему: деятельная суккубка добралась благополучно без страховки до башки Сируса и сковырнула Камень.
Вот же шустрая. А я зазевался. Помчал страховать на спуске уже. Пока слазит, открывается вид гипнотический на всё ещё мокрые трусики. Тёмные, облегающие писюшку. Смотрю, а суккубка взгляд мой ловит.
На подходе дала себя взять под попочку и на руках спустить. Понимаю, что лишнее, ей спрыгнуть ничего не стоило. Посмотрела так… вызывающе и без лишних слов передала мне артефакт.
Остальные две подруги по краю мечутся в поисках лестницы или чего ещё. На самой платформе никаких проёмов, кроме того, из которого вышли.
За статую уже сам рванул. До водопада метров десять, брызги едва достают. До поверхности воды метра три, мутная из — за пены, непроглядное дно. Нырять и что — то искать рискованно.
Девушки фонарики включили, ищут дальше. Нелли вокруг статуи стала круги наворачивать в поисках подсказок, а Имира на потолок светит в надежде найти дырку.
— Да что ж такое? Нет тут ничего! — Причитает «кошечка» и принимается осматривать саркофаг, где как раз куча всяких надписей выдолблено.
— Крииис! — Взвизгивает Ольви, подсвечивая край. А оттуда один жук уже ползёт по платформе прямо на неё!
Всё, самообладание потеряно?
Магичка в ужасе пятится. А мелкий сучёнок только скорости прибавил! Ух и резвый! Рвусь вперёд наперерез, а суккубка быстрее. Ногой его давит с треском, прысканьем и писком. Жижа красная в разные стороны разлетается вместе с лапками золотыми. Фу, блевотные ощущения, словами не передать!
— Ничего особенного, можно и без магии обойтись, — ухмыляется Имира, подкалывая магичку.
На платформе ещё ползут. Уже с другой стороны сразу четыре особи, золотыми спинками поблёскивая. У Ольви паника, суккубка бежит давить и тех.
А я вот думаю, откуда они вылезли, тараканы долбаные⁈
К краю со стороны лабиринта подхожу, услышав массовое хлюпанье.
Вот же твари! К нам по воде спокойно плывут, лапками перебирая, как игрушечные заводные черепашки. С одной стороны, забавное зрелище, а в целом — ужасающее!
Ко мне из — под платформы вылез очередной и сразу на сапог наскочил, по штанине рванул, но тут же задымился и отпал сам кверху лапками. Не понял, что с ним случилось⁈
Наступил на него, размозжив. Но не так — то просто вышло. Твёрдая зараза, хитин нехотя треснул. Вылезают новые, бегут на меня радостные и бесстрашные, давлю сучат на подходе, прыгая, как стрекозёл. Отступаю!
Ольви визжит всё чаще, мечась от них, как он огня. Имира скачет на выручку с особым азартом, только и слышен смачный треск и омерзительный писк.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Девоньки, самое время озвучить спасительную подсказку! — Восклицаю, завидев с дальнего края уже целый рой!
— Опасайся воды, — повторяет магичка. — Значит, в воду прыгать нельзя. Ой гады, мамочки!!
— А чего это они дымятся? — Раздаётся от суккубки. — Правда всё меньше и меньше. Ффф! Мразь вцепилась, а больно кусают! Крис⁈ Что делаем⁇
Лезут со всех краёв, ввергая в животный ужас. Окружает рой! Смыкается круг у статуи, стремительно сужаясь.
Млять, неужели обратно спускаться вниз⁈ По крайней мне оттуда не лезут. Ага, только подумал, и из дыры показались. Правда, несколько залётных.
Зазевался, очередная тварь по штанине ползёт, только уже не дымится! У колена начала испарять и отпала. Что бы это значило⁇
«Кошечку» отбиваем, держа оборону, пока та думает. Только долго что — то она думает на этот раз!!
Магичка осмелела, давим периметр втроём! Треск, хруст, писк, шелест, чавканья!! Своих жрут, скапливаясь, и это тормозит основные лавины хоть немного. В ушах звенит от нарастающего шелеста тысяч, миллионов лапок!
Прыгаем, как идиоты, на месте дольше секунды стоять нельзя. Начинаю уже на панцирях скользить. Ужас какой — то!
Замедляю время!! И понеслась душа в рай, а точнее я понёсся по застывшей лавине из жуков. Три круга сделал, увеличив кольцо окружения метров на пятнадцать, а дальше почуял, что уже тяжко. Силы надо экономить.
Но пока я сэкономил нам секунд тридцать! Шелест со скрежетом заполонил собой пространство так, что водопад уже не слышно.
— Ольви, миленькая, вспомни ещё что — нибудь! — Вою, пытаясь отдышаться после кульбитов.
— Достигшего Сирус проводит в последний путь! — Озвучивает магичка ещё одну подсказку из древних свитков и визжит, как резания, смахивая тварь с голени. Мляя, кровь полилась ручьем. Хера се, челюсти. Не слабо он её цапнул.
Ух твари хитрые, они уже и с потолка начинают падать! Да по статуе сползать.
Перебинтовываю магичку наскоро, бинты пропитываются враз. Потерпи моя хорошая. Воет бедная, еле сдерживаясь, чтобы не разораться.
— Я поняла! — Озаряет, наконец, Нелли. — Все сюда, помогите открыть крышку!
Рванули всей толпой к саркофагу. Фелиска мечом крышку ковыряет, а я просто сношу с ноги, чуть суккубку не прибив. Уловил взгляд с укором. Извинения потом! Все внутрь засунулись почти разом, а там мумия засохшая с мечом широким и ободом, всё золотом блестит, корона ещё и каменьями.
Сердце обваливается, всё млять, отбегались! Суккубка без церемоний хватает останки и выбрасывает из саркофага. Первое мгновение «кошечка» в шоке, похоже, от такого кощунства.
Всё разваливается в руках на мелкие косточки, тряпки превращаются в труху. Помогаем ей живенько. Суккубка взбирается туда первой.
— Дно непрочное! — Объявляет впопыхах и начинает прыгать.
Но проломить не выходит. Вес маловато.
— Дай я! — Горланю бешено, чуя задницей скорейшее приближение пиздеца. Залезаю, наращиваю когти и кромсаю дно из тонкой, но твёрдой породы. И как, млять, скажите мне, это всё ещё не сгнило⁈
Вгрызаюсь в полотно, как взбесившийся кот, а вскоре проваливаюсь к херам, метра два пролетев и ударившись больно пятками. Здесь ниша с тоннелем. Отлично! Сверху валится прах и доспехи захороненного. Первой ко мне ныряет раненная магичка, как слабое звено, едва успеваю схватить на подлёте. Следом фелиска в руки падает, которая, освободившись из объятий, тут же хватает меч Сируса, оставляя свой, и корону, за что получает пинка под задницу. Имиру ловлю последний, которая сразу завизжала и задёргалась. Жука хватаю у неё в волосах и давлю золотой перчаткой. Еле отодрал! Огненные волосы в жиже, мордашка в угле благодарно кивает и кривится. Пускаю её третьей, сам замыкающим двигаюсь.
Застучало по бетону мелкодробно, валятся в проём скарабеи. Сперва по чуть — чуть, а затем уже дождём! А я всего — то метров на десять отошёл, толкая Имиру в ленивую задницу.
