прозвучала отеческая обида: как я, мол, мог такое представить?!
– Разумеется, – сказал я. – Вы и сейчас казнили бы меня, если бы могли.
– Но… почему?! – он очень умело изобразил возмущение.
– Потому что вам нужен был младший родственник, часть ваших планов, – сказал я. – А я выламываюсь из ваших планов, я сильнее вас многократно, дядюшка. Я вернулся, чтобы вас убить, и могу это сделать в любую минуту.
– Ты меня неправильно понял. – Он сильно побледнел, это было видно даже в полумраке. – Я хотел… чтобы ты стал настоящим Кристаллом, обрел могущество… Я оказал тебе услугу, когда отдал в обучение! Ты готов убить ближайшего родственника – в благодарность за подарок, изменивший твою жизнь?!
– Не вижу ни одной причины, почему бы истинному Кристаллу не убить своего родственника, – я не удержался от иронии. – Сто томов истории рода мы ровно этим и занимались. Хотите, я впишу вашу биографию в последний том, с датами рождения и смерти?
Из ремонтной будки часовщика был только один выход, и я стоял, непринужденно перегораживая его спиной. Оглушительно цокал часовой механизм; я наблюдал, как мой дядя покрывается холодным потом и как лихорадочно подбирает слова. И не может подобрать. И впадает в панику.
– Вы мне полезнее живой, – сказал я, выдержав эффектную паузу. – Вы умеете ладить с людьми, с мэром, аристократами, купцами, со всеми, от кого зависит наполненность рынка и общее благополучие горожан. Зачем же мне убивать вас? В чем целесообразность?
– Мне казалось, ты поверил, – он играл желваками, переживая унижение и безуспешно пытаясь это спрятать, – в возрождение Кристального Дома… В идею, которую я принес, чтобы разделить с тобой… чтобы мы с тобой стали первыми среди равных, чтобы история рода заняла еще сто томов… и еще сто…
– Бедные будущие школьники, – я улыбнулся. – Им ведь придется учить все это на память.
Он секунду на меня смотрел, потом его лицо прояснилось.
– Леон, ты можешь на меня полагаться. Я бы сказал – «не держи на меня зла», но мы ведь оба с тобой не знаем, что это такое…
Я расхохотался, он подхватил мой смех с явным облегчением:
– Скажи, Леон… Старый кракен не будет тебя искать? Не станет требовать отчета?
– Еще раз назовете его старым кракеном, – сказал я, хохоча, – и я буду звать вас грязной жабой. Прилюдно.
Он нашел в себе силы смеяться дальше, но хохот прозвучал истерически.
* * *
Отец не выслеживал нас – он терпеливо ждал в узком коридоре, который невозможно было миновать при выходе из ратуши.
– Базиль, – сказал он со всей возможной твердостью, – я тоже имею право поговорить с моим сыном наедине.
– Разумеется, – дядя прокашлялся, слишком громкий смех надсадил ему горло. – Можете подняться в мой кабинет, если хотите…
– Нет, спасибо, – сказал отец, и я мысленно с ним согласился. Впрочем, я отчего-то был уверен, что дядя будет подслушивать нас, где бы мы ни выбрали место для беседы.
– Тогда прогуляйтесь по набережной. – Дядя был сама любезность. – Ради вас я разгоню тучи. Погода – мое любимое занятие, и на старости лет я только и буду делать, что устраивать красивые закаты и ночные дожди… ради уюта и плодородия.
– Мы прогуляемся, – согласился я. – Спасибо.
В самом деле, облака разошлись почти сразу, полностью рассеялся туман, и открылась гавань, прибрежные укрепления, корабли на рейде и у причалов, легкий прибой, блики на воде…
Как я мечтал когда-то увидеть это. Как я боялся ни разу больше не вернуться.
– Как это случилось, отец? Как мой дядюшка подмял под себя весь город?
– Магия Кристаллов, – сказал он неуверенно, потом вспомнил, что должен быть аристократом, поднял голову, выпрямил спину, и проходившие мимо моряки посмотрели на него с опаской. – На самом деле… думаю, дело в его характере, Леон. Я ведь тоже маг. Но мой характер… ты знаешь.
– И ты срываешь на маме обиду за все годы?
Он чуть покраснел:
– Нет. Я просто поставил себя, как надлежит мужу в крепкой семье…
– Это дядя тебя поставил, – я понимал, что говорю лишнее, но не смог удержаться.
Он не ответил. Смотрел на чаек, дерущихся над линией портовых укреплений, гадящих на старые аркбаллисты.
– Отец, ты знаешь, кто убил Ойгу Топотуна?
– Знаю, – за раздражением он пытался спрятать горечь. – Отлично знаю! Что я мог изменить, Леон?! Молодых магов веками продавали в учение – родители, вербовщики, другие маги… Продавали, чтобы заработать. Или чтобы избавиться. Или чтобы получить могучего союзника, если ученик выживет и вернется… Что мне этот мальчишка Ойга, если я готов был увидеть тебя на эшафоте?! А Базиль спас тебя, вывел из тюрьмы… спрятал от расправы… Ради тебя, Леон, я убил бы сотню мальчишек, и рука бы не дрогнула!
– Ты в самом деле Кристалл, – сказал я задумчиво. – Жаль, что мы давно не говорили… нормально.
– Мы и сейчас не говорим нормально, – сказал он, глядя на горизонт. – Ты каждым словом обвиняешь меня. Каждым взглядом. Хочешь, чтобы я извинился? Прости, Леон. Но ты ведь не простишь, даже если я на колени встану!
– Тебе нравится Герда? – спросил я, уводя разговор в сторону.
– Да, – отозвался он без выражения. – Главное, чтобы она нравилась тебе.
– Вы с мамой и правда любили друг друга?
– Мы и сейчас любим, – выговорил он почти со злобой. – Ты просто не понимаешь… ничего.
Я подумал привычно, автоматически: а если бы мои отец и мать приняли участие в коммерческой программе Семья Надир? По отдельности? Вместе? Что подсказали бы им нейросети?
– И как вы жили, пока меня не было? – я снова уводил разговор от опасной темы.
– Как обычно, – он пожал плечами. – Горевали о тебе. Пряча свое горе друг от друга. Твои братья стали изгоями в школе, но потом как-то… Чем больше силы набирал Базиль, тем меньше вспоминали Ойгу и его семейство…
Он вздохнул.
– С тех пор, к счастью, убийств не случалось. Судились из-за имущества, дрались из-за супружеских измен… Стража разленилась. Спокойный город…
– А пираты? – небрежно спросил я.
– Да, – отец помрачнел. – Ходили слухи о лютых пиратах на далеких морских путях… Потом пропали. А потом, говорят, какие-то добрые люди сняли бедствующих с необитаемого острова…
Слова «добрые люди» прозвучали так желчно, что могли бы и губы обжечь.
– …И теперь добрые люди на дне, а пираты снова в деле, не столько пограбить, сколько поиздеваться. Купцы запросили морскую охрану, охрана задрала цены, судятся вот… Но к городу пираты не подойдут, это исключено. Аркбаллиста стреляет дальше, чем боевое заклинание, и…
Рядом на городской стене, почти над нашими головами, грохнула пушка и что-то неразборчиво
