— Кэсс?
— А? — она испуганно оглянулась, оглушенная своей жуткой догадкой.
Андриэль посмотрел на неё с удивлением.
— Что с тобой? Ты будто змею ядовитую увидела.
— Н-нет, ничего.
А вокруг играла музыка, сновали слуги, разносившие выпивку, и народу было столько, что подступало головокружение. Однако девушка заметила — все присутствующие собирались в небольшие группы — отдельно ангелы, отдельно демоны, даже претендентки сбились в стайку. Поклонившись своей растерянной спутнице, ангел отошел, оставив ее около остальных девушек.
— Привет, — через силу улыбнулась им ниида, чувствуя себя героиней рассказа Эдгара По. Вот сейчас прокричат: «Время сбросить маски!».
— Привет, — Вилора безо всяких сантиментов оборвала разговор с одной из претенденток и подошла к приятельнице. — Что-то ты, вроде, невеселая.
— Я не понимаю, что тут делать, — пожала та плечами. — Чувствую себя немного глупо. Ты хорошо выглядишь, кстати.
Вампирша кокетливо покрутилась, давая возможность оценить темно-зеленое тоже шелковое платье, расшитое серебром. Красивое декольте открывало татуировку змеи над левой грудью. Но в остальном девушка была совершенством.
— Ты тоже, — ответила на комплимент вампирша, и вдруг застыла:
— Ого! Смотри… — и она уставилась за спину Кэсс, а та, обернувшись, тоже открыла рот от изумления: в зал вошла Нат в сопровождении кого-то, кого на её фоне было просто не видно. Эта особа не мучилась с выбором одежды и не озадачивалась скромностью — она просто воспользовалась двумя узкими полосками розового шелка, явив окружающим прекрасное персиковое тело. Взгляды всех мужчин сейчас были прикованы к ней и её полуобнаженным прелестям, туго обтянутым тонкой тканью. Обладательница синих волос ликующе улыбалась, впитывая всеобщее восхищение.
— С ума сойти! — охнули позади претендентки.
— Это точно, — насмешливо подхватила Вилора. — Тряпок на ней явно многовато.
Тем временем предмет всеобщих восторгов, плавно покачивая бедрами, подплыл к стайке претенденток, наслаждаясь произведенным впечатлением. Остановилась полунагая дива возле Кассандры и склонила голову на бок, оценивающе ее оглядывая.
— Недурно, совсем недурно. Дай-ка посмотрю на тебя… — она дотронулась до лица удивленной товарки, потом обошла кругом, нежно проведя кончиками пальцев по плечам. — Ты мне нравишься. Надо почаще общаться.
И, подмигнув, отошла.
— С тебя сняли слепок, — с насмешкой отметила Ви. — Теперь до конца вечера наша Нат в твоем образе к кому-нибудь пристанет.
— Что?
— Она же суккуб — принимает облик любой девушки, к которой прикоснется. Для нее это игра, для нас — неприятность, но что тут поделаешь. В общем, если вдруг завтра кто-то скажет, будто ты купалась голышом в фонтане — не переживай, а просто всыпь этой нахалке по первое число.
— А что раньше не предупредила? — возмутилась жертва чужого вероломства.
— И что бы это изменило? — спросила вампирша. — Думаешь, если она хочет покуражиться, то не найдет способа к тебе прикоснуться в этой толкотне?
— Ну, погоди… — Кэсс сверкнула глазами. — Попляшешь у меня завтра.
— Попляшу? То есть завтра ты наконец-то перестанешь бродить по Поприщу, вяло тыча мечом в пустоту? — едко поддела Вилора. — Неужто даже попытаешься нападать? Впервые за последние две недели? Чудо!
Ниида скрипнула зубами, но промолчала, признавая правдивость этих едких слов.
— Отпустило? — уже другим, более спокойным тоном, спросила Ви.
— Отпустило, — девушка подхватила с подноса проходящего мимо раба чеканный стаканчик с вином и сделала глоток. — Помогли…
— А что хоть случилось-то?
— Ты, кажется, не особо стремишься рассказывать о себе? — осадила любопытную Кассандра. — Так почему я должна откровенничать?
Собеседница пожала плечами и согласилась:
— Справедливо. Но ты мне нравишься, хотя… как человек может нравиться? — она усмехнулась, видя возмущение приятельницы, и уже серьезнее сказала:
— В тот день, когда мы дрались первый раз, был днем годовщины смерти моего мужа. Мне хотелось выть и хрипеть от боли. Его убили. Жестоко и бессмысленно. И, когда я думаю об этом, драка — единственное, что помогает отвлечься.
— Ты знаешь, кто это сделал? — тихо спросила девушка.
— Да. Но моих сил не хватит, чтобы отомстить. Поэтому я здесь. Если я смогу победить… — она прервалась. — А что с тобой?
— Я… Кто она? — внезапно охрипшим голосом спросила ее собеседница, теряя нить разговора и всматриваясь в кого-то за спиной вампирши. Вилора проследила за остановившимся взглядом и тихонько выдохнула.
— Не знаю.
Незнакомка стояла среди демонов спиной к претенденткам. Величественная осанка, гордый наклон головы, хищная плавность движений — в ней все дышало властью. Длинное красное платье из невесомой тонкой ткани скрывало прекрасное тело обилием легких складок и в то же время невыразимо чувственно подчеркивало то всколыхнувшуюся от движения высокую грудь, то округлое бедро… Поистине, она была одета до обнаженности! Неудивительно, что воины Ада, стоявшие вокруг, смотрели с восхищением. Демоница повернулась, и Кэсс, не осознавая, что делает, схватила Ви за руку. Ниида узнала в красавице ту, кто была с Амоном в нечаянно увиденном и столь сильно ранившем девушку видении.
Его невеста — а это могла быть только она — чувствовала себя на приеме уверенно, словно была тут хозяйкой, раздающей авансы преданным обожателям. Вот ее лицо нахмурилось, тонкие ноздри затрепетали. Демоница втянула воздух, словно учуяв неуловимый для остальных тонкий запах. Тяжелый взгляд черных, с багровой искрой глаз упал на Кассандру, и они моментально сузились от ярости. Ариана сделала шаг вперед, но остановилась и словно нехотя отвернулась. Однако сердце у несчастной рабыни ходило гулкими толчками. Смерть заглянула ей в лицо, но мягко шагнула мимо, подарив обещание скорой встречи.
— Отпусти руку. Больно, — тихо прошипела Вилора. — Ты что так испугалась?
— Здравствуйте, милые девушки, — к стайке претенденток подошел Рорк.
Он был одет в простую льняную сорочку с коричневой замшевой туникой поверх и темные штаны. Даже и не скажешь, что хозяин праздника и левхойт. Хотя золотая цепочка тонкой работы, прятавшаяся в вороте рубахи, говорила таки об обратном.
— И вам того же, — пробормотала Кэсс, испытывая странное смятение.
Рорк ей нравился, но то, что она чувствовала к правителю сейчас мало походило на безобидную симпатию. Это было влечение. Безудержное, животное… В нём не было ни капли любви — только острое желание. Она хотела его!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
