- Бабушка! - испугано вскрикнула внучка - ей показалось, Клава упала.
Втянув Веру на забор, Антон обернулся: внизу стоял человек с пистолетом и держал его на мушке, в то время как ещё двое схватили Клаву и волокли через дорогу.
- Слезайте! - приказал тот, что целился в закройщика. - Тоже пойдёте с нами! Оба!
"Раз-два-три-четыре-пять-вышел-зайчик..."
Нет, она больше не собиралась убивать, в тупую выкачивая жизнь, чтобы потом самой грохнуться в обморок. Личный опыт учит лучше любой теории, как действовать тоньше и для себя безопасней. Зачем вытягивать силу, если её можно сразу, прямо на месте, развернуть против хозяина?
Человек с пистолетом вдруг захрипел и покачнулся, широко раскрыв глаза. Колени его подогнулись, он выронил оружие и рухнул на асфальт, глаза вылезли из орбит, руки стали царапать горло. Когда Антон с Верой спрыгнули вниз, он уже неподвижно лежал с синими губами и вывалившимся языком. Антон подобрал пистолет, Вера бросила светак к тем двоим, что волокли бабушку, но он вдруг будто споткнулся, выстрелив алым протуберанцем, по краям которого стала проступать чернота. Что это? Вера инстинктивно дёрнула свою светотень обратно.
- Стойте! - крикнул в это время Антон, целясь в волочивших Клаву парней, но тут из-за поворота вылетел автомобиль, чуть не сбив перебиравшуюся через дорогу троицу. Взвизгнули тормоза, раздался вой клаксона, одного из мужчин слегка задело, и он отлетел к противоположной стороне. Клава упала, а второй парень, испугавшись столкновения, выпустил её руку и рванулся назад к забору. Антон выстрелил в него, но не попал, а машина, дико вильнув, умудрилась объехать бабушку и, взревев, унеслась прочь - водитель, не желая словить пулю, нажал на газ. Клава поднялась и, прихрамывая, побежала вдоль шоссе, петляя и вытянув вперёд руки, словно слепая.
- Бабушка! - внучка бросилась было за ней, но тут, из припаркованной рядом с авто Антона машины, вдруг вымахнуло нечто чёрное, острое, и Вера едва успела среагировать, прежде чем оно клюнуло асфальт в том месте, где только что был её светак. Смысл алого протубернаца с чернотой стал ясен: Из открывшейся двери, двигаясь рывками, словно сломанный робот, вылез человек. Нет, не человек - устранитель! Светака у него не было, а было какое-то чёрное нечто, и оно вырвалось прямо из его рта, словно невиданных размеров язык с твёрдым и острым кончиком. "Язык" снова метнулся к Вериному светаку, но она прижала его к себе, и остриё щёлкнуло в нескольких метрах, не сумев дотянуться. Что за чертовщина?! Устранитель сделал несколько шагов вперёд, содрогаясь, словно марионетка на шарнирах, но тут Антон выстрелил, и пуля опрокинула устранителя на спину. Из его рта снова выметнулся чёрный "язык", но вместо того, чтобы достать Веру, неожиданно шарахнул куда-то вправо, она не успела увидеть куда: один из раньше тащивших бабушку парней - тот, который, уходя от столкновения с машиной, рванул через дорогу назад, - перегородил обзор, выхватив пушку.
- На землю! - заорал он, целясь Вере в лицо.
"Да пошёл ты!.."
Ноги парня взметнулись вверх, будто кто-то резко выдернул из-под него ковёр, и он грохнулся навзничь, конвульсивно спустив курок. С хрустом врезавшись затылком в асфальт, парень замер, устремив взгляд в небеса, словно хотел рассмотреть ушедшую туда пулю.
Но Веру он больше не интересовал, ей было нужно увидеть, что с бабушкой, и она увидела. Клаву трясло, словно под током, а её светак истекал последними красками: они бежали по чёрному "языку" прямо в глотку лежавшему на земле устранителю - голова была чуть приподнята, распластанное на земле тело содрогалась от попадавших в него пуль. Это стрелял Антон - бежал к устранителю и стрелял, не давая подняться: раз, второй, третий.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Не-е-т! - внучка бросила свой светак к бабушкиному, накрывая, защищая, пытаясь сохранить целостность, остановить истечение, но вместо этого сама угодила в ловушку: казалось, немыслимый великан сжал её мозг в кулаке и стал глотать потёкший меж пальцев светящийся сок. Хрипя и беспорядочно маша руками, Вера повалилась на бок, сотрясаясь в конвульсиях.
Последняя пуля, выпущенная практически в упор, разнесла устранителю голову, и "язык" обмяк. Не успевшее пройти весь путь до чёрной глотки разноцветное сияние Вериного светака всей массой обрушилось назад, разливаясь по её светотени, после чего "язык" рассыпался мгновенно исчезнувшей чёрной пылью. Вера со свистом втянула воздух и, оттолкнувшись дрожавшими руками от земли, встала на колени.
Сильная рука Антона обхватила её под мышки, помогая подняться на ноги.
- Ба...ба... - начала Вера, но увидев Клавдию, поняла: её уже не вернуть.
Тварь с чёрным языком выпила бабушку досуха, и на дороге лежало мёртвое, будто даже схлопнувшееся, старческое тело. Слёзы хлынули из глаз, что-то беззвучно бормоча, Вера, вися на руках Антона, всем телом потянулась к бабушке, но Шигорин развернул её в другую сторону, таща через дорогу к припаркованному авто. Парень, которого задело машиной, лежал ничком в луже крови.
- Я его застрелил, - буркнул Антон, не давая Вере остановиться. - Быстрей, быстрей, надо уходить отсюда!
Он практически нёс её так, что ноги лишь иногда касались земли.
- Бабушка! - уже возле машины выкрикнула Вера, пытаясь вырваться, но закройщик без церемоний затолкал девушку внутрь.
- Ты ей ничем уже не поможешь! - он захлопнул дверцу и побежал к водительскому месту. - Где твой браслет? - спросил он, заводя двигатель. - Надевай!
Вдали, быстро приближаясь, слышались полицейские сирены.
- Надевай, убьют! - громовым голосом гаркнул закройщик, из зеркала заднего вида Веру прожёг яростный взгляд.
Вздрогнув, она полезла в карман и вытащила браслет.
Антон резко, царапнув соседний авто, вырулил с парковки, и машина рванулась в противоположную завываниям сторону.
Чуть меньше двух недель назад
- Эй, Андрейка, ты чего?
Лежавший в позе эмбриона теловик открыл глаза: прямо перед носом топтались огромные птичьи лапы.
- Мишка... Чего тебе?
- Да мне-то ничего, - пожал оперёнными плечами обладатель птичьих лап. - Это ты здесь, скрученный, валяешься, будто гусеница, только что с дерева упавшая.
- Уже не валяюсь, - Андрей медленно сел. В горле запершило, и он закашлялся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Чего случилось-то? - стукнув его чёрным крылом по спине, осведомился Мишка.
- Эй-эй! - Андрей чуть носом в землю не ткнулся. - Полегче лупи-то, совсем уже, что ли?
- Прости! Никак не привыкну - думаю, это как руки, а они, вишь, насколько сильнее... - гигантский птах вытянул крыло и пошевелил маховыми перьями, словно пальцами.
