поведения или взгляды пациента не вполне эффективны и реалистичны, они всегда представляют собой своего рода критику… Даже деликатные интерпретации являются для пациента испытанием, снижают его самооценку и мобилизуют защитные механизмы» (там же, с. 109).
Автор перечисляет пять категорий вмешательств психолога в порядке возрастания их потенциального воздействия на клиента.
1. Вопросы о клиенте и о его опыте позволяют получить самую поверхностную информацию.
2. Прояснения обращают внимание на что-то из сказанного клиентом: «Вы не могли бы рассказать об этом поподробнее?»
3. Восклицания дают понять клиенту, что его слушают и побуждают к продолжению разговора, даже тогда, когда они представляют собой лишь невнятное «М-м».
4. Конфронтации указывают на плохо осознаваемую клиентом очевидность, в которой он может незамедлительно удостовериться.
5. Интерпретации направлены на объяснение поведения клиента и заключают в себе выводы, предположения и альтернативные гипотезы.
При осуществлении интерпретации всегда важно отслеживать отклик клиента на вмешательство. «Если интерпретация эффективна, пациент принимает ее, понимает и использует как стимул к дальнейшему самопознанию. Пациент только тогда сможет добиться каких-либо стойких положительных изменений, когда, найдя подтверждение интерпретации в своем прошлом или поняв ее значение для своего настоящего и будущего, воспримет ее содержание как часть своего Я…
К положительным реакциям на интерпретацию можно отнести сочетание повышенного внимания („Я никогда об этом раньше не думал“; „Когда вы это сказали, меня охватила тревога, поэтому в ваших словах, наверное, действительно что-то есть“), рассуждения („Интересно, не это ли причина моего страха перед новыми знакомствами?“; „Это напоминает мне чувства, которые я испытывал к своей школьной учительнице“) и сомнения („Я не совсем понимаю, как вы пришли к такому выводу“)» (там же, с. 122).
В. Д. Волкан (2012) начинает установление терапевтического контакта со связывающих интерпретаций, сообщая клиенту следующее:
1. Я с вами.
2. Я вас внимательно слушаю и нахожу связи между двумя (или более) рассказанными вами историями.
3. У того, о чем вы говорите, лежа на кушетке, есть более глубокий смысл.
4. Нас будет интересовать, какого рода внутренние бессознательные феномены отражаются и воплощаются во внешних событиях.
5. Мы будем уделять внимание символам и задаваться вопросом об их целях.
6. Вы будете что-то переживать в отношениях со мной, это называется переносом.
Прежде чем предложить собственное толкование, полезно предложить клиенту высказать его понимание ситуации. Замечая клиенту что-то типа «Это интересная идея, что вы об этом думаете?», или «Какой это может иметь смысл?», или «Есть ли у вас предположение, какова цель этого?», консультант побуждает клиента к интроспекции.
Задавая подобные вопросы, консультант создает у клиента исследовательскую установку, основой которой является понимание клиентом того, что консультант не знает в точности, куда этот процесс ведет, какой смысл в итоге может быть обнаружен.
Чем больше клиент развивает способность к самонаблюдению и интерпретации, тем больше вероятность использования самоанализа в качестве средства решения проблем после завершения консультирования.
Консультанту следует предлагать интерпретацию в качестве возможного дополнительного смысла к уже высказанному клиентом значению ситуации, а не в качестве категорично истинного утверждения. Клиенту легче принимать интерпретации, формулируемые как допущения, когда ему позволено отвергнуть их.
Интерпретации лучше начинать словами «Вероятно…», «Почему бы нам не посмотреть на ситуацию следующим образом…». Также бывает полезно формулировать интерпретации в форме осторожных вопросов: «Не будет слишком поспешным увидеть здесь…», «Мы можем спросить себя…».
Положительной реакцией на интерпретацию являются следующие за ней ассоциации клиента, явно или косвенно подтверждающие ее, а также обращение клиента вглубь и выражение ранее скрытых чувств, мыслей и желаний или появление в сознании новых воспоминаний или фантазий.
Автор выдвигает шесть положений об иерархии интерпретаций в консультировании клиентов с невротической организацией личности.
1. Повышать интерес клиента к психическим процессам, развивать у него «психологическое мышление» и укреплять терапевтический альянс.
2. Интерпретировать вначале защиты Эго, поскольку они ближе к поверхности, чем влияния, исходящие от Ид и Суперэго.
3. Не прибегать к интерпретациям переноса, пока он не станет сопротивлением.
4. Не анализировать важные симптомы в начале анализа, пока клиент не сможет принимать и усваивать глубокие и завершенные интерпретации и прорабатывать свои конфликты.
5. Анализировать гибкие, а не ригидные черты личности, пока аналитическая работа не сделает и их чуждыми для Эго.
6. Анализировать сначала эдиповы, затем анальные, а затем оральные конфликты.
Дж. Стайнер (2010) различает два вида интерпретаций. Интерпретации, центрированные на клиенте, толкуют действия, мысли или желания клиента, зачастую вместе с их мотивом и связанной с ними тревогой. Эти интерпретации классического типа служат для передачи понимания и предназначены для клиента, находящегося на невротическом уровне функционирования.
Интерпретации, центрированные на аналитике, показывают клиенту, находящемуся на пограничном уровне функционирования, что он больше заинтересован в том, что происходит в психике аналитика, чем в его собственной. Например: «Вы воспринимаете меня как…», или «Вы боитесь, что я…», или «Вы почувствовали облегчение, когда я…», или «Вы ощутили тревогу тогда, когда я…».
Такие интерпретации помогают клиенту признать, что он проецирует в аналитика архаичную внутреннюю фигуру и ожидает, что тот будет вести себя так, как, скажем, вела бы себя его мать. Интерпретация помогает прояснить это и дает клиенту возможность увидеть аналитика в другом свете. При этом она не должна быть ни признанием, лишь вызывающим у клиента тревогу, ни отрицанием, которое пациент воспринимает как защитную реакцию и ложь.
Важно соблюдать баланс между центрированными на клиенте и центрированными на аналитике интерпретациями. Избыток центрированных на аналитике интерпретаций приводит клиента к ощущению, что аналитик поглощен собой и не способен наблюдать за клиентом и откликаться на его проблемы.
Дж. Стрэчи (2000) видит основную задачу терапии в смягчении жестокого Суперэго клиента; все остальные изменения являются автоматическим следствием этого. Эта задача решается посредством бесконечного числа крошечных шагов, совершаемых при помощи меняющих интерпретаций, которые аналитик дает благодаря своему положению в качестве вспомогательного Суперэго и объекта импульсов Ид клиента – совокупности инстинктивных влечений в бессознательной части психики пациента.
Подобные интерпретации непосредственно связаны с процессами, происходящими в аналитической ситуации непосредственно «здесь и сейчас», особенно с процессами переноса. Целью интерпретации является показать клиенту, что его проекции на терапевта являются проекциями на него по отдельности одной из двух архаических фигур: идеально хорошей или абсолютно плохой.
Меняющая интерпретация имеет две фазы: в первой клиент осознает направленность энергии Ид на аналитика («Вы ненавидите меня – аналитика, так как боитесь моего осуждения…»); во второй – направленность этой энергии на воображаемый объект («… как если бы я был вашим отцом»).
При этом аналитик избегает поведения, которое могло бы укрепить представления клиента о нем как о «плохом» или «хорошем» воображаемом объекте Он дает интерпретацию в спокойной, невозмутимой манере. В результате клиент осознает несоответствие между
