Итанур почувствовал себя комфортно. К нему стали вторгаться мысли и изображения альтернативного будущего. Будущего, в котором он и Антори безжалостно теснили Эдарских солдат вон с Орданорских земель. Тяжёлые бесконечные битвы. Героическая смерть в конце или триумфальная победа спустя многие годы сопротивления. В появившейся перед ним картине он видел себя отважным героем освободителем угнетаемого народа. Эти мысли его развлекали. Но в итоги он смирился с тем, что в реальной жизни нужно идти на уступки. Только в фантазиях можно быть непобедимым героем и угодить всем. Но на самом деле всегда приходиться чем-то жертвовать. Иногда своими убеждениями или гордыней. Отдать жизнь ради великой цели не тяжело, но дожить и довести эту цель в исполнение, вот где действительно нужны нечеловеческие усилия.
Итанур хотел мира. Хотя мир это понятие хрупкое, он все же желал этого. Он откинул разделения на Эдар и Орданор. Он был готов принять единое королевство, лишь бы прекратилось кровопролитие. О войне Итанур знал не понаслышке. Кому-то война приносит выгоду, но цена всегда — жизни. Ему надоело видеть, как семьи теряют своих любимых, и все ради прихоти господ.
Он также знал, что война вызывает зависимость у многих воинов. Такой поток адреналина можно получить, только рискуя жизнью. Доминирующие чувство победы после тяжелого боя, ослепляет. Некоторым тяжело вернуться к крестьянской жизни после таких переживаний. Парой воины чувствовали себя богами, они лишали врагов жизней. Боги давали жизнь, а солдаты имели власть ее забрать, тягаясь с всевышними. В основном воины мгновенно успокаивались, получив серьезные раны или увечья. Тогда их пыл угасал, и они стремились к мирной жизни. Парой только потому, что они уже не могли воевать, как раньше.
Иные получали не телесные увечья, а душевные. Такие раны оставляли самые глубокие следы в сердце солдат. Не все были достаточно сильны, чтобы преодолеть душевную боль. Те, кто не смог, ломались как сухие ветки. И до конца своих дней были придавлены весом уныния и сожаления.
Уйдя в себя, Итанур не заметил, как из коридора показался слуга. Молодой парень скрылся в тени перед сидящим на троне лордом. Слуга думал, что Итанур его заметил, но решил не обращать на него внимания.
— Господин, — промямлил слуга.
Итанур подскочил в троне от неожиданности. Постепенно в темноте он разглядел юношу.
— Что ты словно бес подкрадываешься? — сказал Итанур успокаиваясь.
— Пожалуйста, простите меня господин, я не хотел вас напугать.
— Напугать? Меня? Что за вздор. Ну, давай по делу малый.
— Герцог Антори Орель велел мне разыскать вас и пригласить к нему.
— А что если я бы спал?
— Простите меня, я выполняю приказ герцога.
— Ладно, ладно. Пошли.
Итанур шел за слугой, пока они не пришли в комнату, в которой на стенах развешаны головы животных. У стены, посередине большой камин с горящими дровишками внутри и два крупных кресла. Помещение было наполнено охотничьими трофеями и чучелами. Также Итанур заметил мечи, алебарды и прочее холодное оружие, подвешенное на стенах.
В одном из кресел сидел старый герцог. Рядом стоял круглый столик, а на нем квадратная бутылка, наполовину наполненная светло коричневым Виски.
Поклонившись, слуга исчез. Осмотрев комнату, Итанур приблизился ближе к свободному креслу.
— А, лорд Стром хорошо, что вы решили составить мне компанию, — сказал Антори, чуть повернув к нему голову. — Прошу, присаживайтесь.
— Благодарю.
Итанур опустился в мягкое кресло перед камином.
— Я полагал, что вы давно уже спите герцог Антори.
— Не у вас одного бессонница, мой друг.
— Собственно, мне любопытно, как вы узнали, что я не сплю, раз послали за мной слугу?
— Итанур, друг мой, это моя крепость. У меня везде глаза и уши, — чуть улыбнулся Антори.
— За мной следили ваши люди?
— Что вы, какая слежка. Одна девчушка упомянула, что вы проходили не далеко от моих покоев.
— Ах, вот оно как, — кивнул Итанур.
— Да, да. Милая такая девчушка, сказала, что вы ее хорошенько осмотрели, — тихо посмеялся герцог.
Итанур промолчал.
— Да ладно, лорд Стром, и так понятно, что искали, кого трахнуть. Сестры то капризные небось, а? — грубо произнес старик ухмыляясь.
— У сестер есть свои законы, и я их глубоко уважаю.
— К черту с сестрами. Зря вы ту служаку не прихватили, у нее очень нежный язычок.
Почувствовав себя неловко от вульгарного разговора, Итанур поспешил перейти к сути своего прибытия:
— Полагаю, вы не за тем позвали за мной, чтобы обсуждать женщин, герцог Орель?
— В какой-то степени и за этим, — улыбка пропала с лица старика. — А точнее, о нашей милой и дорогой принцессе Адэль.
— Что именно вы желаете знать?
— Не знать, а растолковать вам, мой друг.
— Хорошо, я весь во внимании.
— Вы были с ней все это время. Хвала вам, что смогли уберечь ее от грязных Эдарских лап. Нет, нет, вы не подумайте, что я пустословлю. Я действительно очень признателен вам. Вы, мой друг, черт возьми, спасли Орданор. Я верю, что вы не посмеете оставить ее даже теперь.
— А что теперь? Разве что-то изменилось?
— О да, еще как. Теперь она знамя нашего сопротивления. С принцессой Адэль в наших рядах мы с новыми силами будем бороться с тираном. А когда победим, а мы победим, это точно. Мы возведем ее на законный трон. Вы были героем Орданора, ваше присутствие не менее важно для поднятия народного духа. Я не из тех глупцов, которые вешали на вас ответственность за все наши грехи.
— Знамя сопротивления? — Итанур поднял брови. — Но ваша светлость, ее высочество тогда будет в огромной опасности.
— Как и все мы, черт подери, — Антори ударил по подлокотнику кресла.
— Нет, вы не понимаете. Если сейчас ее судьба не сильно волнует Эдар, то будучи она сердцем сопротивления, Калус пошлет на нее всех псов.
— Это вы не понимаете! Мы проигрываем проклятую войну. Эдаровцы шастают по нашим землям как по своим собственным. Нам нужна надежда, — Антори поднял руки, сжав кулаки. — Надежда!
— А что если вы не сможете ее защитить? — раздражённо спросил Итанур. — Что если Калус прижмет нас так, что мы потеряем ее. Что тогда? Все вернуться к тому же, что и сейчас? Просто у нас не будет принцессы, да?
— Черт подери, лорд Стром. Все мы умрем рано или поздно. Сейчас нам нужно выиграть время, до того как народ раскиснет. Сейчас еще можно сколотить ополчение. Услышь народ призыв принцессы, они хоть с вилами пойдут биться.
— Да, с вилами. С вилами против рыцарей. Такими темпами мы не только проиграем но еще и погубим тысячи людей, — недовольно сказал Итанур.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
