на три группы, — продолжил я. — Велимир командует левым флангом, я — правым, Катя по центру, когда мы отвлечём основные силы.
Я повернулся к дяде и ухмыльнулся:
— А ты чего стоишь? Вперёд! В первые ряды, вместе с нежитью!
Лицо Анатолия вытянулось:
— Но я…
Велимир поднял посох, и по рядам мертвецов прошла волна зеленоватого света.
— Готовы, — прохрипел старик. — По слову твоему.
Я сделал глубокий вдох:
— Вперёд.
Первая волна атаки была стремительной и беспощадной. Простая нежить накрыла периметр комплекса. Охрана не сразу поняла, что происходит — слишком уж невероятным казалось нападение армии мертвецов.
Этой заминки хватило, чтобы первые ряды защитников были смяты. Воздух наполнился треском магических разрядов и гортанными криками команд. Люди в чёрных плащах выстраивались в боевые порядки, создавая светящиеся барьеры.
Когда простая нежить замедлилась, столкнувшись с организованным сопротивлением, настало время второй волны. По сигналу Велимира на поле боя устремились высшие мертвецы — гули, вампиры, упыри. Их движения были осмысленными, тактически выверенными. Они атаковали слабые места в построении противника, прорывали бреши в защите.
Я наблюдал за происходящим со стороны, готовясь к своему выходу. Судя по всему, противник был хорошо обучен, но не готов к столь массированной атаке нежити. Их заклинания были эффективны против живых, но против уже мёртвых существ многие из них оказались бесполезны.
— Время, — я кивнул Кате и Велимиру.
Мы разделились, каждый ведя свою группу. Я направился к правому флангу, где защита казалась наиболее жёсткой.
Сосредоточившись, я направил энергию в землю. Не сразу, постепенно — чтобы противник не заметил. Магические потоки пробегали под поверхностью, словно змеи, оплетая территорию невидимой сетью.
И когда сеть была готова, я активировал заклинание.
Земля под ногами противника вздыбилась, обрушивая их защитные порядки. В тот же миг Велимир с противоположного фланга обрушил на врага волну некротической энергии, выкачивающей жизнь из всего живого.
Бой перешёл в новую фазу. Теперь это была не просто схватка мертвецов с живыми, а полноценное магическое сражение. Воздух трещал от разрядов энергии, земля дрожала, а небо озарялось всполохами заклинаний.
Я уворачивался от атак, контратаковал, манипулировал жизненной энергией противников.
Через час ожесточённого боя сопротивление начало ослабевать. Люди в чёрных плащах отступали к центральному зданию, явно готовясь к последнему рубежу обороны.
— Отсекай их от отступления! — крикнул я Велимиру, перекрывая шум битвы.
Финальная фаза битвы была короткой и безжалостной. Когда последний противник упал, я остановился, тяжело дыша. Вокруг царил хаос — разрушенные здания, воронки в земле, разбросанные тела. Катя уже входила в центральное здание, Анатолий следовал за ней, прихрамывая.
Я оглянулся, ища Велимира, и с удивлением обнаружил его лежащим в луже собственной крови.
— Велимир! — я подошел к нему.
Старик кашлянул.
— Задели чутка, голубчик, — прохрипел он. — Экие супостаты хитрые.
Я опустился рядом с ним, осматривая рану. Глубокий разрез через всю грудь.
— Как самочувствие, старик? — спросил я, начиная восстанавливать повреждённые ткани.
Велимир закатил глаза:
— Как у утопленника на третий день — не шибко резво, растуды его в коромысло! — Он снова закашлялся. — Треть армии положил, посох раскурочили, а я, витязь бравый, в кровях валяюся!
Я не сдержал улыбки. Даже раненным, некромант не терял своего специфического обаяния.
Приложив ладони к его ране, я начал восстанавливать повреждённые ткани, одновременно запуская тонкие нити своего сознания глубже — в его мозг. Это была рискованно, но я должен был узнать правду о своём «союзнике».
И вот мир вокруг померк, а перед глазами вспыхнули чужие воспоминания…
Языки пламени взвились к ночному небу. Горящая деревня освещала окрестности на километры вокруг. Крики… бесконечные крики женщин и детей.
Велимир стоял на холме, воздев руки к небу. Он был моложе, но я узнал все ту же ухмылку на губах. Кровь жертв, вырезанных по его приказу, стекала по каменному алтарю к его ногам.
«Поднимитесь!» — его голос гремел, разрывая ночь. «Поднимитесь и служите мне!»
Земля дрогнула. Мужчины, женщины… дети восстали из мёртвых.
«Теперь идите! Убивайте всех, кто дышит!»
Сцена сменилась другой.
Огромный зал. Велимир и его последователи окружили связанного огневика — молодую женщину с медными волосами.
«Вы сопротивляетесь слишком долго,» — шипит Велимир. — «Ваше пламя больше не помешает нашему восхождению. Все маги огня будут уничтожены.»
После женщина кричит. Её рыжие волосы седеют, кожа покрывается морщинами. За считанные секунды перед ними уже высохшая мумия.
«Следующий!» — командует Велимир, и в зал вводят ещё одного огневика.
Ещё одна вспышка.
Огромный кратер на месте города. Велимир стоит на краю, глядя вниз, где тысячи его слуг строят странное сооружение — идеально круглый портал из чёрного камня.
«Мы откроем врата,» — говорит он своему помощнику. — «За этой границей целый мир душ. Эти души жаждут вернуться. Они заменят живых, займут их тела. Представь — целый мир обновится всего за одну ночь. Когда граница падёт, живые не смогут сопротивляться.»
Образы пронеслись перед глазами, и я вынырнул из потока воспоминаний.
— Чтоб тебя… ублюдок, — пробормотал я, не сдержавшись.
— Что-что? — Велимир приподнял бровь, вглядываясь в моё лицо.
— Ничего, — я встряхнул головой. — Мысли вслух.
Теперь я понял. Велимир не просто некромант — он чудовище, не знающее границ. И если он вернёт своё могущество, этот мир погрузится в пучину ужаса. Нельзя допустить повторения. Некромантия должна быть уничтожена на корню. Не регулирована, не контролирована — уничтожена. Иначе соблазн власти над смертью всегда будет порождать монстров вроде Велимира.
— Жить будешь. — сказал я вслух, завершая лечение.
— Спасибочко, благодетель, — Велимир попытался сесть. — Твои-то где?
— Внутри, — я кивнул на центральное здание. — Ищут Страйкера.
Словно в ответ на мои слова, дверь центрального здания распахнулась, и на пороге показались три фигуры. Катя, ведущая связанную женщину с длинными волосами, и Страйкер.
Женщина была надёжно связана — магические путы обвивали её запястья, а на шее красовался подавитель силы. Несмотря на своё положение, она держалась с вызывающей надменностью, презрительно оглядывая поле боя.
Страйкер выглядел впечатляюще даже издалека. Его тело покрывали свежие раны и ожоги, но он держался прямо, словно не чувствовал боли. Голый по пояс, в разорванных штанах, со спутанными волосами. Он шёл рядом с пленницей, не сводя с неё глаз, полных концентрированной ненависти.
Когда троица приблизилась, я лучше рассмотрел пленницу. Её аура пульсировала тёмной энергией. Даже связанная, она излучала опасность.
— Лютера, —
