Маэстро не понадобилось много времени, чтобы освоить тонкое управление первородным пламенем, все же опыт не пропьешь, а тот у него был тысячелетний. Договорившись, откуда начать, две сущности разошлись, подготовились, создали фазовые переходы и запустили огненные клубки, от которых потянулись пожирающие черные нити тени огненные же ручейки. Раздался отчаянный стон, затем перешедший в вой, в котором слышалось: «За что-о-о?.. Отпустите… Не надо… Не делайте этого… Я не винова-а-а-та-а-а… Не-е-ет… Стойте! Я ничего вам не сделала! Остановитесь!».
Артем не слушал вопли тени, для него ее вина была однозначна — тот, кто сотворил такое с людьми, права на существование не имеет. Он с состраданием смотрел на умирающую в судорогах, истекающую кровью черноволосую девушку. И этот образ он, насытив энергией, швырнул тени, чтобы поняла за что ее наказывают. Судя по тому, что она умолкла, поняла. Но умолкла ненадолго, поскольку возопила:
— Да что тебе до них⁈ Они ничто-о-о-о…
— Они живые и им больно, — ответил Странник. — А ты — чудовище, раз не понимаешь этого. И твоя боль — малое наказание за сотворенное тобой.
— Я всего лишь хотела воплотиться! Что тебе до них⁈ Они тебе никто-о-о… Остановись… Пощади-и-и…
— Творящих такое с разумными не щадят, — холодно бросил Артем. — Мне не о чем с тобой больше говорить. Ты получила по заслугам.
И резко усилил воздействие на первородное пламя. Оно буквально взревело и быстрее побежало по черным нитям, до основания выжигая их. Его примеру последовал Маэстро. Не прошло и пяти минут, как два огненных вала соприкоснулись, и тень смолкла, от нее остались только обугленные участки, которые Странник аккуратно собрал и столкнул в открытый тут же разлом. Пусть в Бездне оживают, если смогут. Эгрегор планеты выглядел покореженным, обожженным, на нем виднелись бугры и впадины.
Люди на всех трех материках сходили с ума — орали, дрались, носились туда-сюда, устраивали оргии, кидались в водоемы, им казалось, что их что-то жжет и всем этим несчастные пытались ослабить жжение. Однако постепенно все сходило на нет. Да, в городах и селениях вскоре начнется черт-те что, но желания приносить кого-либо в жертву ни у кого не возникнет. Тени больше нет! Хватит ей гадить.
Как ни удивительно, несчастная девушка на помосте была еще жива, она хрипло вскрикивала и вся дрожала, постепенно истекая кровью. Поняв, что судьба требует ее спасти, Артем переместился к ней, раздвинул ноги и принялся за лечение привычным способом. В итоге не прошло и десяти минут, как черноволосая красавица была полностью здорова, отрезанные части тела отросли. Вот только впала в истерику, вспомнив все, что только что сотворила. Она уставилась на свои окровавленные руки, потом перевела взгляд на искалеченных и убитых ею парней, после чего прикрыла ладонями глаза, вся затряслась и тоненько завизжала, явно сходя с ума.
Некоторое время Артем растерянно смотрел на визжащую девушку, пока понял, что способ вывести ее из ступора только один — заставить кончить раз десять подряд, причем так, чтобы забыла обо всем. Поэтому он решительно лег рядом с красавицей, телекинезом усадил ее себе на лицо и принялся за дело, используя все свои возможности. И через пять минут девушка уже кричала не от боли или горя, а от наслаждения. Она тряслась в судорогах бесчисленных оргазмов, следующих один за другим, а Странник не спеша раскачивал ее нижнюю чакру, пока не заставил вспыхнуть багровым, трепещущим пламенем, которое уже не погаснет. Это стало для девушки каким-то невероятным шоком, и она потеряла сознание. А когда пришла в себя, была очищена плетением и одета в созданное на месте легкое платье из цветастого ситца.
— Здравствуй, меня зовут Артем, — улыбнулся ей мужчина.
— Инайна, — потупилась она, ощущая нестерпимое желание тут же отдаться ему, чтобы снова испытать то, что он с ней только что сделал.
— Пойдешь со мной? Но учти, у меня много женщин, очень много. Ревности я не потерплю.
— Пойду. И ревновать не буду. Но… Но я же преступница… Я ребят убила… Так страшно… Но я не знаю, что на меня нашло! Это же кошмар какой-то…
— Ты ни в чем не виновата, — улыбнулся ей Странник и коротко объяснил, что произошло.
— Так ты бог⁈ — широко распахнула глаза Инайна.
— Он намного круче любого планетарного бога, он планетарных богов пальцами, как вшей, давит, если понадобится, — проворчал появившийся из воздуха Маэстро. — На кой-ляд она тебе понадобилась? Вижу ты даже чакры ей пробудил, особенно нижние. Ей же теперь шлюхой законченной придется становиться, иначе просто сдохнет.
— Ничего страшного, сходит, как все мои девочки, в орочьи казармы, развлечется, — улыбнулся Артем. — А зачем? Пожалел. Очень уж внешностью понравилось, обожаю таких. Что с планетой?
— Ничего страшного, — заверил полубард. — Местные побузили, побузили — и успокоились, разошлись по домах. В душах многих зарождается огонь, так что появятся здесь и ученые, и поэты, и музыканты. Со временем. Теперь я уже сам справлюсь. Спасибо тебе. И хочу предложить тебе свою дружбу.
— Принимаю, — радостно улыбнулся Артем, обняв снова начавшую всхлипывать Инайну. — И предлагаю в ответ свою. Таким, как мы, обязательно нужны друзья среди равных.
— Нужны, — кивнул Маэстро. — Ладно, я пошел делом заниматься. Скоро увидимся. Да, предупреждаю, в ближайшие дни тебя однозначно отправят на очередной экзамен. Кокон вокруг тебя специфический формируется. И я подозреваю, что отправят в безмагический мир. Подготовься.
— Безмагический? — скривился Странник. — Это неприятно. Но справлюсь.
— Накопителей побольше с собой таскай, тогда точно справишься.
— Благодарю. Ладно, мы пошли. Я забираю девочку, ты не против?
— С чего бы я был против? — удивился Маэстро. — Правильно, ей после этого жизни здесь не будет. Местные не забыли все, как забывали раньше, так что долго бы бедняжка не прожила, вон уже слышны разговоры, что нужно покарать проклятую ведьму, искалечившую и убившую столько парней.
— Тогда мы пошли! — улыбнулся Артем, погладив по голове вздрогнувшую от слов приятеля Инайру. — Увидимся.
И покинул неизвестную мини-вселенную, направляюсь на «Петроград». Надо будет отдать девочку Лорине. Ей в следующие несколько дней после пробуждения чакры понадобится очень много секса. Полусуккуба обеспечит это, да и переубедить сможет, если у Инайры моральные нормы дурацкими окажутся. Самому тоже ее придется несколько раз навестить и снова заставить пару десятков раз кончить. Ей понадобится. Странник улыбнулся и двинулся дальше, держа девушку на руках — дорога предстояла неблизкая.
[1] Гаввах — так называемая энергия страдания, боли и ужаса, которая в виде сильного выброса выделяется в окружающее пространство в момент убийства и предсмертной агонии разумного существа или животного. Также производится в случае мучений большого числа разумных, например, в концлагерях. Считалась любимым лакомством божеств (темных) — ради того, чтобы задобрить их с древнейших времен им регулярно приносились многочисленные кровавые жертвоприношения, обычно совершаемые по определенным датам (праздникам). Лучшей жертвой для этих целей считались молодые люди или маленькие дети. Чем больше было жертв — тем обильнее был гаввах и тем довольнее было божество. Такие сущности, как Странники, любителей гавваха отлавливают и давят. (Прим. автора).
Глава XXI
— Так что случилось в Ленинграде? — пристально посмотрел на Берию Иосиф Виссарионович.
— Как оказалось, на нашу территорию проникли культисты «Черных Ракшасов», — понурился тот. — Двое из них смогли преодолеть даже воздействие жезла древних во время клятвы. Каким-то очень сложным образом, а затем взяли под ментальный контроль нескольких капитанов парусников, доставляющих на Землю новых поселенцев.
— И?
— И с их помощью доставили на Землю несколько сотен своих. Обосновались в Ленинграде. Если бы не начали приносить жертвы, мы бы так ничего и не узнали. Понимаю, что это наша недоработка, товарищ Сталин, но с такой магией никто из наших магов не знаком! Даже Кериан с Хрыгом и Лунгом Зеленым изумлены, они ни с чем подобным тоже еще не сталкивались.
