часть мостовой, которая вела к банку. Из джипа выскочили несколько человек, одетые в темные костюмы с белыми рубашками и темными галстуками. Они блокировали все подступы к банку. Один из них открыл дверцу шестисотого «Мерседеса».
Оттуда вышел мужчина в темном костюме, в голубой рубашке с желтым галстуком.
Мужчина медленно пошел по направлению к банку. Он тут же был окружен людьми в черном. Это была его личная охрана. Дойдя так до лифта, мужчина поднялся на третий этаж.
Проходя по длинному коридору, он шел медленно, степенной походкой. Люди, попадавшиеся ему навстречу, услужливо здоровались с ним, называя по имени-отчеству, наклоняя голову в знак приветствия.
Мужчина дошел до конца коридора. Открыв дверь, он оказался в приемной. На дверях висели две таблички: «Президент». На второй табличке было написано «Вице-президент Сушков Валентин Алексеевич». Мужчина вошел.
За столом сидела одна секретарша. Мужчина бросил взгляд на второй, пустой стол. Секретарши еще не было. Первая назвала мужчину по имени-отчеству и, как бы извиняясь, сказала:
– Извините, Валентин Алексеевич, ваша секретарша Маша звонила, сказала, что немного опаздывает.
Валентин взглянул на часы, немного нахмурившись, и молча вошел в кабинет.
У входа в приемную остались его охранники.
Войдя в просторный кабинет, состоящий из стандартного набора руководителя банка, Валентин снял пиджак и уселся в большое дорогое кожаное кресло. Первым делом он подвинул к себе календарь, на котором было много различных записей – что сделать, кому позвонить и тому подобное. Это был его распорядок дня.
Затем медленно повернулся к телефонным аппаратам, стоящим справа на столе, и включил их. Затем, сделав несколько шагов, еще раз посмотрев на календарь, подошел к столу и отключил телефон прямой телефонной связи. Потом снова сел и задумался.
Неожиданно загорелась красная лампочка селекторной связи. Валентин нажал на клавишу:
– Слушаю!
– Простите, пожалуйста, Валентин Алексеевич, вам по городскому звонит Михаил Васильевич.
– Какой еще Михаил Васильевич?
– Кузьмин.
– Кузя? – чуть было не переспросил Валентин, но вовремя сдержался. – Хорошо, соединяйте.
Валентин снял трубку.
– Алло, Кузя, привет! Как твои дела?
На другом конце он услышал знакомый голос Кузи.
– У меня-то хорошо.
– А почему ты мне по городскому звонишь? – поинтересовался Валентин.
– Так у тебя прямой отключен.
– Как отключен? – Валентин изобразил удивление. – Да, действительно! Секретаршу надо наказать. Не успела со вчерашнего дня подключить.
– Что, вчера переговоры были?
– Да, очень важные.
– Как у тебя сегодня день складывается?
– Нормально. День, как обычно, тяжелый, но встреча, которую мы с тобой запрограммировали на вечер, обязательно состоится.
– Я, собственно, по этому поводу и звоню, – продолжил Кузя. – Я хочу перенести встречу на час раньше. Как у тебя со временем? Сможешь?
– Да, без вопросов.
– И фантики заодно привезешь.
– О чем разговор? Сегодня же наш день, – улыбнулся Валентин.
– Все, тогда до встречи на старом месте, в том же ресторане.
– Кузя, прости, я забыл, что значит «в том же»? Ты рыбный имеешь в виду?
– Тебе еще название скажи, чтобы нас менты или фээсбэшники вычислили? Нет, вспоминай, где прошлый раз сидели!
– А, все, вспомнил! – сказал Валентин. – Все, обнимаю! – И положил трубку.
Валентин тут же снял трубку внутреннего телефона.
– Начальника финансового отдела!
На другом конце послышался голос молодого парня:
– Алло! Слушаю вас, Валентин Алексеевич!
– Боря, подготовь, пожалуйста, сегодня сумму, которую мы выплачиваем еженедельно нашим учредителям!
– В полном объеме или недельную?
– Что ты мне глупые вопросы задаешь? Я же сказал – в недельном!
– Хорошо, через час все будет готово!
– Сразу зайдешь ко мне с чемоданчиком, – и Валентин положил трубку.
Он задумался. Прошло уже больше шести лет с того памятного дня, когда арестовали Кузю и всех остальных членов группировки, когда Валентин совершенно случайно нашел чемоданы с деньгами. Тогда жизнь его могла сложиться по-другому. Конечно же, он стал обменивать деньги в банке Димы, но сумма была настолько велика, что Дима, брат Жанны, не смог обменять деньги в один прием. Поэтому перевод денег в валюту проходил в течение двух недель.
Каждый день Валентин привозил деньги и менял их в банке Димы. Потом, когда все было сделано, Валентин решил уехать. Но все деньги увезти за границу было невозможно. Поэтому, взяв кое-какие деньги, он поехал на Кипр, рассчитывая, что там положит деньги в банк. Но пребывание на Кипре оказалось безрезультатным. Никаким иностранным языком Валентин не владел. Да и потом, он сразу понял, что, положим, увел он общак группировки. Ну и что дальше? Прятаться с этими деньгами по всему миру? Языков он не знает, деньги вложить некуда. Да и вероятность, что его найдут бандиты, была настолько велика!
Поэтому, пробыв немного за границей, Валентин вернулся. Тогда он снова обратился к Диме. Он тогда работал в крупном банке. Валентин пригласил его в ресторан и спросил, сможет ли он прокрутить деньги так, чтобы суммы постоянно удваивались. Дима сказал, что проблемы не будет.
Валентин привозил ему определенную сумму, а потом, по прошествии определенного срока, Дима возвращал ему эту сумму с процентами. Их сотрудничество продолжалось в течение двух лет.
Валентин рассчитывал, что нет смысла брать общак. Наоборот, как только Кузя выйдет – а он выйдет рано или поздно, – Валентин вернет ему эти деньги, и Кузя не посмеет его тронуть. А себе он оставит те проценты, которые накрутил. Расчет был правильный. Тем более суд над членами группировки, которые первоначально проходили по статье 77 УК – бандитизм, практически провалился. Суд так и не смог доказать, основываясь на показаниях Воробьева, что члены группировки Кузи занимались бандитизмом, поэтому все получили небольшие сроки – кто за наркотики, кто за оружие. Кузя же получил всего пять лет – за оружие и за сопротивление работникам милиции при задержании. Да и то максимальный срок он получил лишь благодаря тому, что имел ранее судимости.
Что касается самого главного провокатора, Сергея Воробьева, то он почему-то странным образом исчез. Ходили слухи, что милиция взяла его под специальную опеку, под действие программы охраны свидетелей. Самое интересное, что в Уголовно-процессуальном кодексе такой статьи не предусматривалось, хотя на практике милиция иногда шла, в порядке исключения, на такое и меняла паспорта и прочие документы тем людям, которые давали показания против бандитов. Поэтому Валентин предполагал, что Сергей Воробьев уже не Воробьев, а носит уже какую-нибудь другую фамилию и спокойно живет в каком-нибудь тихом городке.
План, который он придумал, полностью себя оправдал. Кузя действительно вышел на свободу, только значительно раньше. Валентин тут же приехал к нему на встречу, и приехал с чемоданом. К тому времени из тюрьмы вышел и коронованный Анатолий
