– И все.
- Рози, ты с кем тут? – весело спросил Ральф, распахнув дверь. – Ой, Алина. – Изменился в лице. – Ты прости, - повинился. – Не сердись, хорошо? Я полюбил Рози, понимаешь? Вернее, всегда любил, но пока был жив Руфус, я и мечтать не мог, чтобы… - он покраснел. – А теперь ни о чем не жалею, я ее люблю и женюсь на ней! – выпалил вдруг и сжал руку девушки, не смеющей поднять глаза.
- Ну и молодец! – одобрила я.
Наконец-то у него характер прорезался, давно пора.
- Правда? – брат опешил.
- Только сначала предложение сделай Розетте, чтобы все правильно было, честь по чести. И пусть она решает, согласна ли стать твоей супругой. Понял?
- Понял! – выпалил радостно.
- И не забудьте, что сначала твоей зазнобе надобно оформить развод с прежним супругом. А также тебе необходимо наладить отношения с Томми. Хотя с последним, полагаю, проблем не возникнет, он отличный малый и желает матери только счастья.
- Барышня! – Рози залилась слезами и бросилась мне на шею.
- Может, тебе пора звать свою будущую золовку по имени? – предложила ей, обняв.
- Хорошо, - она помедлила и, решившись, выпалила, - Алина!
- Вот и отлично, милая, а теперь пойду искать мужа, - я нахмурилась. - Он ушел за завтраком, да так и пропал без вести.
- Может, решил букетик вам нарвать? – предположила Рози. -Я в саду его видала.
- Спасибо, там и поищу.
Я вышла в сад, подошла к благоухающим клумбам и услышала раздраженный голос моего дракона, который что-то выговаривал тому, кого от моего взгляда прятала яблонька. Кто же там у нас? Подошла ближе. О, неожиданно!
- Сказала бы, что рада вас видеть, леди Магдалена, но не хочу врать, - сухо обронила, глядя на тетку Рэйчэра.
- Я просто хотела поговорить, - ответила она – уже без привычной этой даме спеси.
- Ты уже достаточно наговорила! – рыкнул мой муж.
- Это все Аделина! – тоже повысила голос тетка.
- Это еще кто? – я непонимающе уставилась на супруга.
Глава 67 Неужели сбылось?
- Аделина – это его первая жена, - пояснила Магдалена. - Она нашла меня и сообщила, что Рэйчэра окрутила вертихвостка, его надо спасать. А еще сказала, что если помогу избавить его от второй жены, она уговорит племянника королевы попросить королеву поспособствовать возвращению Тагерт-Хойтам конфискованного имущества и титулов.
- И вы с радостью меня оклеветали, чтобы отправить на костер, - не веря, прошептала я.
- Я же не знала, что ты носишь наследника нашего великого рода!
- А если бы не носила, то можно было бы жарить?
- Как ты не понимаешь, наше имя запятнано! – Магдалена побагровела, сжав кулаки. – Его надо очистить, любой ценой!
- Душу тебе надо чистить! – грохнул Рэйчэр. – Убирайся! И Аделине передай, чтобы держалась подальше от нашей с Алиной семьи!
- Ну и живите, как знаете! – фыркнула тетка. – В бедности сидите, держите таверну, позорьтесь дальше перед приличным обществом!
Резко развернувшись, каравелла поплыла прочь, гордо выпятив грудь.
Некоторые люди чудесно устроились – ни совести, ни раскаяния, всегда под рукой оправдание имеется! Я покачала головой, глядя вслед тетке. Ладно, пусть живет, как знает. В богатстве, да без счастья. А нам и в бедности неплохо, мы-то счастливы!
- Плыл корабль, торчааалии пуууушкииии! – загорланил вслед удаляющейся гостье Герберт. – Флаги реяли, но сдулись паааруууусааааа!
- Ты тут откуда? – удивилась я, увидев горшок с каланхоэ на столике неподалеку.
- Так я попросил Томми меня на солнышко вынести, - пояснил певец. – Денек-то какой погожий!
И то верно. Улыбнулась, прикрыла глаза и подставила лицо солнышку, которое мягко погладило щеки. М-м-м, приятно! Почти также, как поцелуи моего мужа.
- Прости, аленький, - повинился он, прижавшись ко мне.
- Не за что, - погладила его по волосам. – Знаешь, что? Я устала отдыхать. Давай сходим в город? Сегодня как раз суббота, навестим Григорио.
- Все, что пожелаешь, моя Нимфея, - мурлыкнул Рэйчэр. – По гроб жизни обязан нашему епископу – твоим спасением. Надо поблагодарить его нормально, в тот день мне не до того было.
- Торопился меня из суда утащить, помню, - кивнула с улыбкой.
- Вас, - поправил он, положив руку на мой живот. – Тебя и нашу Горошинку.
- Горошинка уже стала фасолинкой, судя по моим ощущениям, - рассмеялась. – Платья не сходятся.
- Значит, нужно заказать новые, - муж счастливо улыбнулся. – Поехали, порадуем будущую мать покупками!
Я кивнула, щурясь на солнышке, как разомлевшая кошка. Не супруг, а мечта, правда?
Покупки заняли уйму времени, но мы все же поспели на вечернюю проповедь Григорио в соборе. Его слова целебным бальзамом лились на душу. Есть и настоящие слуги Господа в этом мире. Не только такие гады, как…
- Кары небесной должны вы убояться!
Слишком знакомое завывание выдернуло меня из приятных раздумий. Нет, нет, нет, нет, нет, не может быть! Неужели опять он? Все в храме резко обернулись и увидели шествующего по проходу…
Да, все того же мерзавца Альгата! Чтоб ему, в самом деле, молния угодила в дурную голову в качестве кары небесной! Неубиваемое зло, в самом деле, какое-то!
- Чего тебе надобно? – осведомился наш епископ.
Слишком уж терпеливый, как на мой взгляд. Никто из прихожан ему и слова бы поперек не сказал, выгони он этого мерзавца из дома божьего пинками!
- К людям воззвать хочу! – проревел Церон.
- Ты под церковным судом, - напомнил Палау. – Скоро слушание о лишении тебя сана, но все ж упорствуешь, окаянный. Что же неймется тебе?
- О людях пекусь!
И язык не отвалился, надо же.
- Вы вот лекарей слушаете, что велят вам забыть про Бога, уповаете на мерзкую науку, слушаетесь, воду не пьете простую, Создателем нам данную! А не надо, не надо слушать никого, кроме гласа божьего! Стоит уповать лишь на Господа и никого более не впускать в свои уши!
- Так сам и выпей некипяченую! – выкрикнула женщина из центра зала.
- Так тому и быть! – неожиданно согласился Альгат, словно только этого и ждал. – Выпью – прямо из реки взятую и докажу, что крестное знамение очищает
