кто-то уже хорошенько всё подчистил! И судя по слою пыли, очень и очень давно. Может, сто лет назад, а может, и тысячу или две…
С броневиком картина повторилась один в один. Даже выдвигающиеся из корпуса пушки забрали вместе с боезапасом и креплениями. Нашел только две ручные гранаты, непонятно как закатившиеся под кресла. Одна светошумовая, а другая дымовая. Обе в неплохом состоянии, рабочие.
Когда Дорн вылез из броневика, все ждали только его. Брать тут особо нечего — профессор был прав. Кто-то неплохо поживился здесь до них, а потом снова запер ангар.
Разжились немного электроникой, но еще неизвестно рабочая ли она и пригодится ли профессору вообще.
Дорн продемонстрировал командиру обе гранаты и подцепил их себе на пояс.
— Это всё.
— Ясно, — кивнул Гунт. — Выходим. Дорн, задержись на минутку.
— Да, командир.
— Что ты думаешь по поводу всего этого? — Гунт обвел руками помещение. — Твой анализ.
— Тут для меня всё ясно, — слегка пожал плечами Дорн. — Всё, произошедшие здесь, легко сложилась в одну общую картинку практически сразу, как только я сюда вошел.
Дорн указал пальцем на завал.
— Сначала мощный импульс вывел из строя всю электронику командного пункта орбитальной обороны. Затем с орбиты прилетели ракеты и разнесли беззащитное здание оставив после себя гигантскую воронку, что теперь называется Черная Топь. Я думаю, ракеты были с зарядом из обогащённого изофара. Это объясняет гравитационный эффект выброса сохранившихся предметов на поверхность и подвижность породы во многих местах. По пути сюда я заглянул в один из провалов, — там до сих пор видны всполохи, и клубится красноватый дым от распада изофара. Мне кажется, еще не одна тысяча лет должна пройти, чтобы всё это успокоилось и пришло в норму.
Что же касается конкретно этого ангара, то он каким-то чудом не пострадал за исключением аккумуляторов. По проводам прошел импульс, он и вывел их из строя. Ангар был полностью обесточен. Система, закрывающая врата, сработала автоматически по протоколу о защите объекта.
Помещение и находившиеся внутри люди чудом остались целы после мощной серии взрывов на поверхности. Но, как мы видим, их участь была незавидна. Они умерли в страшных муках от голода или из-за нехватки кислорода. К сожалению, они даже не пытались открыть врата изнутри. Профессор был прав. Стоило им всё-таки попытаться расстрелять из пушек запирающий механизм, укрывшись от рикошетов за броней БУРа. Был шанс, но они почему-то его не использовали. Может, на то были свои причины, но мне кажется, на момент атаки с орбиты вся техника, что находится сейчас в ангаре, была в полной комплектации, а разграбили уже значительно позже.
Гунт кивнул, соглашаясь, затем продолжил за Дорна:
— По прошествии какого-то времени кто-то сумел раздобыть ключ. Для таких врат они все одинаковые, только коды прописаны в них абсолютно разные. Потом он каким-то образом подобрал код и вычистил ангар задолго до нас. Затем закрыл врата, придумал карту и ту головоломку с шифром. Этот кто-то, явно из нашего времени либо являлся ближайшим потомком. Может, следующее поколение или два. При всём уважении к современным обитателям Тарсона, такое им точно не по силам.
Дорн указал на врата и спросил:
— Что с этим будем делать? Орденские уже знают об этом месте. Могут послать сюда еще одну экспедицию. Увидят вскрытый ангар, пустые полки, начнутся поиски пропавшей группы, затем расследование, допросы местных в ближайших городках…
Гунт поднял руку, прерывая молодого бойца.
— Я предлагаю устроить завал. Задвинем поплотнее створки и обрушим породу. Заодно таким образом похороним наших современников, погибших здесь, отдав им необходимые почести.
Гунт кивнул сам себе и стукнул кулаком в ладонь.
— Решено.
Дождь
Вчера за ужином запланировали с утра пораньше собрать лагерь и выйти к дому на озере, но этим планам не суждено было сбыться. Ночью пошел такой мощный ливень, что он спутал всё на ближайшие несколько дней.
Ни Марк, ни Солрс не рекомендовали по такой погоде носа высовывать из лагеря. Если даже внутри частокола, где всё сделано по уму на случай такого вот проливного дождя, все ходили поскальзываясь, то что уж говорить о самих джунглях — сплошное болото.
Марк со знанием дела определил, что так лить с неба будет еще весь завтрашний день, и ближе к ночи дождь прекратится. Затем еще дня три земля будет подсыхать, и только на четвертый день утром можно будет выдвигаться к дому на озере.
Все, кроме охраны лагеря, разбрелись по палаткам.
Кто-то отсыпался, кто-то смотрел в своих наладонниках познавательные и развлекательные передачи из далекого прошлого. Профессор Кирт убивал время тем, что ковырялся в добытых в ангаре планшетах и прочей аппаратуре.
Их с Марком палатка стала похожа на какую-то походную лабораторию и склад одновременно. В ней когда-то жил сам Мирс, и размеры командирской палатки позволяли перетащить туда всё, что они нашли полезного в ангаре и лагере. Еще из ангара профессор притащил себе кресло, которое раньше находилось в диспетчерской, и небольшой квадратный столик из комнаты отдыха. Повсюду валялись провода и сложенная стопками аппаратура.
Профессор был не в духе.
— Всё убито в хлам! — ворчал он, откладывая очередной планшет в сторону. — Два максимум три микрочипа из каждого можно взять, а остальное всё в труху. Тот разрушительный импульс, что так мощно ударил по пункту управления, добрался всё-таки и до них, хотя, как мне кажется, зацепил ангар где-то краем, иначе от этих планшетников одни угольки остались бы…
Кирт взял в руки заводскую упаковку с наладонником, на которой были изображены симпатичные парень с девушкой в военной форме, и у них на предплечьях точно такие же наладонники, как Марк видел у Гунта и Дорна.
Разворачивая упаковку, он поделился с Марком своим наблюдением:
— Когда ходил за креслом, осмотрел пульт в диспетчерской. Представляешь, он выгорел изнутри, как будто его в костер бросили, а ведь этот ангар примерно в полутора километрах от самого пункта управления. Всё-таки удар с орбиты — это тебе не шутки, брат Марк, тут особо не скроешься…
Раскрыв упаковку, профессор разочарованно присвистнул.
— И этот в хлам! Экран расплавился, корпус повело, и упаковка не спасла. А внутри что?
Кирт надавил острым инструментом на боковину наладонника, и тот разложился пополам, показав свои внутренности.
— О, а тут не так всё и плохо! Можно поковыряться и даже найти чего-нибудь полезное.
Профессор распотрошил один за другим еще несколько устройств, и все были с разными повреждениями.
— О, смотри-ка, а этот внешне вроде цел! — оживился он, распаковывая последнюю упаковку. — Есть шанс, хоть и
