этого высокого постамента обращается с напутственным словом ко всем собравшимся. Посетить это место настоятельно рекомендуется каждому, кто волею судьбы окажется в Антакье.
Но вернемся к нашей истории. Алексей Комнин не желал мириться с тем, что на его землях возникло независимое Антиохийское княжество и объявил крестоносцам войну. Ради этого он даже вступил в союз с турками и блокировал Антиохию с моря. Боэмунд решил бежать в Италию за помощью. Как пишет первая женщина-историк Анна Комнина, норманнский рыцарь решил притвориться мертвым, и ради трупного запаха к нему в гроб положили дохлого петуха, и таким образом он добрался до Италии. А там он начал проповедовать против византийцев, называя их схизматиками. Боэмунд Тарентский – вообще один из первых, кто начал подчеркивать, что католики и православные – не братья по вере, поэтому крестовый поход может быть направлен против них.
Боэмунд попытался атаковать владения империи на Балканах, но вскоре был окружен византийской армией под Диррахием и после недолгого сопротивления был вынужден заключить с императором договор, по которому снова признавал себя его вассалом. Правда, Антиохию империи вернуть так и не удалось. Племянник Боэмунда Танкред, правивший в отсутствие дяди, отказался выполнять условия этого договора.
Тем не менее за тридцать семь лет своего правления Алексей Комнин достиг впечатляющих успехов. Путем сложнейших дипломатических и военных усилий он сохранил империю от распада и укрепил позиции Византии на Балканах и в Малой Азии. Его наследники Иоанн и Мануил продолжили расширять границы империи. Можно сказать, что при Комнинах Византия снова стала одним из ведущих христианских государств.
Но Византийская империя изменилась до неузнаваемости, и это было видно даже по знаменитому ипподрому. Помните, мы говорили, что во время скачек здесь собирался буквально весь город? Так вот, к XI столетию знаменитые конные скачки проводились только для того, чтобы удивить иностранных гостей. Это уже стало экзотикой. При Мануиле Комнине весь род ипподромных развлечений, спортивных соревнований, стал другим: теперь тут проводились рыцарские турниры, причем сам император не просто сидел в своей ложе, в так называемой Кафизме, и наблюдал за всем – он был непосредственным участником этих турниров. Такого Византия, конечно, еще не видела. Василевс скачет по ипподрому в качестве участника развлекательной программы. При Мануиле этот страшный сон стал реальностью.
На самом деле эта эпоха – переломный момент в истории не только династии, но и всей Византии. До XI столетия Ромейская империя, основанная на старых, древних традициях римлян, была образцом для подражания, идеалом для всех. Это признавали и в Европе, и в Азии. Но в XII столетии империя отставала и по технологиям, и по уровню военного дела. И самое любопытное, что византийцы сами все это понимали, и Мануил был готов сделать все возможное для того, чтобы вернуть Византийской империи былое величие времен Константина и Феодосия Великих.
Византия присматривалась к Западу с интересом, а многие обычаи, прежде всего связанные с воинской доблестью, укоренялись при византийском дворе. Можно даже говорить об определенной вестернизации Византии в эпоху Комнинов. Этому способствовало и то, что императоры вступали в родственные связи с иностранными правителями. В частности, император Мануил, да и уже его отец, имели женами иностранок, что в принципе еще столетие назад было совершенно немыслимо.
Павел Кузенков, кандидат исторических наук
И свою собственную армию Комнины перестраивают по рыцарскому образцу уже при Иоанне II, который правит после Алексея, и видно, что это в основном рыцарское войско, оно перевооружено, они освоили эту тактику, и в целом византийское войско эпохи Мануила Комнина невозможно было бы визуально отличить от рыцарского, от западноевропейского.
Илья Попов, кандидат исторических наук, старший преподаватель ПСТГУ
К эпохе правления Мануила Византии удалось добиться невероятных успехов в отношениях с соседними странами. Сербия, Венгрия, Иерусалимское королевство, Антиохийское княжество, даже Иконийский султанат и далекие русские земли признают византийского императора своим сюзереном. Пользуясь разрывом между немецким государем Фридрихом Барбароссой и папой Александром III, Мануил вел с понтификом переговоры о преодолении Великой схизмы. Взамен Мануил просил папу провозгласить его единственным законным римским императором.
Можно сказать, что планы Мануила были, конечно, по большей части фантастическими, они были скорее плодом мечтаний, чем каким-то действительным расчетом.
Эльга Канаева, кандидат богословия, старший преподаватель ПСТГУ
Византия пыталась уже встроиться в западный мир, чтобы, с одной стороны, использовать потенциал Запада для сопротивления тому же Сельджукскому султанату, а с другой стороны – для того, чтобы модернизировать свою собственную политическую и военную структуру. Казалось, что это удалось, и Мануил в конце своего правления решил, что он уже способен бросить открытый вызов сельджукам, опираясь на мощь своих западных наемников и союзников. Но оказалось, что он жестоко просчитался.
В 1176 году Мануил собрал огромную армию и двинулся на Иконию, столицу султаната. Казалось, ничто не может помешать ему взять город и навсегда положить конец владычеству тюрков в Малой Азии. Но его войска попали в засаду. Они были окружены в узком ущелье при Мириокефале и полностью разбиты. Самому императору чудом удалось остаться в живых. Последствия этого поражения проявились не сразу. До самой смерти Мануила престиж Византийской империи на международной арене оставался невероятно высоким. Но в сражении с турками погибли многие его верные сподвижники, и после смерти Мануила империя погрузилась в хаос.
Один из главных памятников, который оставила после себя династия Комнинов – величественный столичный монастырь Пантократора. Он представлял собой два собора, два храма. Первый был построен императрицей Ириной и был освящен в честь Господа Вседержителя. Второй был воздвигнут при Иоанне, и он был освящен в честь иконы Божией Матери «Умиление». В него мог попасть любой константинополец, потому что помимо монахов там служило и белое духовенство, то есть туда могли приходить и миряне. Рядом с этими монастырскими постройками находилась великолепная больница, которая содержалась за счет государства, а также психиатрическая клиника, странноприимница и дом престарелых.
Помещение между двумя храмами, южным и северным, было построено в конце правления Иоанна, и это не храм – это царская императорская усыпальница. Здесь был похоронен сам император, его жена и все их дети.
К концу XX века от этих зданий ничего не осталось, да и великолепные соборы превращались в руины. К счастью, ЮНЕСКО внесло их в список памятников всемирного наследия, и за счет бюджета ООН комплекс был восстановлен.
Когда в 1180 году сюда принесли тело Мануила Комнина и положили в великолепный каменный саркофаг, Византийская империя была на пике
