А дальше произошло неожиданное. Девочка посмотрела на него и сказала, что она «запятнала себя гневом».
– Потому я должна остаться. А ты уходи, если хочешь сохранить свою жизнь.
– Но я должен спасти тебя, – запротестовал он, чувствуя, что игра вышла за пределы, очерченные другом.
– Тогда – убей. Быстрее, моя темная мощь растет, и скоро ты со мной просто не справишься. – Она отломила кусок коры от досок крыши, протянула ему. Дэн взял «кинжал» и неуверенно замахнулся.
– И помни, что я тебя любила. Прощай.
Кора хрустнула и сломалась, «сэнири» распростерлась на крыше и молча смотрела серыми глазами. Дэн встал на колени, ему вдруг стало настолько страшно, что он мог потрогать свой ужас руками. Впервые в жизни мальчик осознал текучесть времени, его невозвратность, и понял, что навсегда запомнит этот миг. Теплый, наполненный летними запахами ветерок, этот серый совершенно незнакомый взгляд, обжигающее прикосновение, когда он, согласно правилам игры, протянул руку и закрыл ей глаза.
Оглянулся, рядом на крыше стоял Алек. Друг не улыбался, в свете солнца ярко сверкала седина на его висках.
– Я погиб внизу, защищая вход башни, – сообщил он серьезно. – Ты должен уйти не оглядываясь.
– А я погиб здесь, – решительно сказал Дэн. – Когда я убил ее, темная сила освободилась и сломала крышу башни, и я погиб под обломками. Я бы мог спастись, но не желал того, ибо тоже любил ее.
– А башня обрушилась, и нам троим был воздвигнут курган, достойный древних королей и даже Титанов. Да, так все и было.
– Да, так было…
Даника ничего не сказала, только потерла ссадину около ключицы, куда пришелся удар «кинжала». Она встала, не глядя на брата и его друга, вытряхнула опилки из волос и легко махнула с крыши сарая.
Да, так было…
Патэ Ламан привел в деревню патэ Киоша. Старший пастырь выглядел так, словно ему пришлось схватиться врукопашную со всеми тварями Проводника, и Дэн перестал надеяться, что Данику спасут.
Значит, надо заняться этим самому.
Он хорошо подготовился к походу. Сказал родителям, что два дня подряд будет ночевать у родителей мамы в соседней деревне, потому что старики попросили его помочь кое в чем. Сказал бабушке и деду, что долго не покажется. Собрал еду, стащил у отца охотничий нож. Батя не скоро заметит пропажу.
Наступил день, который юноша назначил для своего ходжа. Больше тянуть нельзя, вот-вот пойдут реки. С утренним туманом он выбрался из деревни, к полудню добрался до деревни Проклятых.
Ему хотелось бежать вон со всех ног, но именно поэтому он спустился в долину. Деревня выглядела мирно и спокойно, даже не верилось, что здесь жили отродья людей, поверенные дум Проводника. Рассказать кому, не поверят…
Дэн решился, толкнул дверь, отскочил. Ничего. Тогда он осенил себя Знаком, потянул ручку на себя и вошел внутрь.
Несмотря на запустение и пыль, в доме было уютно и не пахло ничем сверхъестественным. Ему сразу стало ясно, что здесь раньше жила девушка. Эта мысль потрясла Даниэла, раньше он как-то не думал, что девушки тоже могут быть Избавленными.
Тем более нужно поторопиться!
Но он все-таки заставил себя поесть холодного мяса, заглянул в остальные дома. Без труда определил дом Алека, самый новый из пяти. Кажется, в нем кто-то недавно был. Неужели…
Еще в одном доме были чучела птиц и черепа животных, предназначенные, несомненно, для темных обрядов. В последний дом Дэн не решился зайти. Древний, заброшенный, он полностью соответствовал рассказам бабки. Старые деревья окружали его со всех сторон, окна таращились из голого сада темными провалами. Даниэл, испытывая себя, повернулся к дому спиной и пошел нарочно неторопливо…
* * *
Дэн проснулся от холода. Два костра, между которыми он спал, приугасли. Он подбросил еще хворосту, посмотрел на светлеющее небо.
Пожалуй, пора идти. Уснуть все равно не удастся.
Парень пожевал холодных пресных лепешек и поднялся. До восхода солнца он успел пройти несколько верст. Запели птицы, верхушки самых высоких деревьев окрасились золотом.
Дэн встретил рассвет на берегу большой реки. Это, должно быть, Мета. Пока он шел, было даже жарко, но стоило остановиться, холод мгновенно забрался под куртку. В лесу от снегоступов было уже мало проку, Дэн взял их специально для реки.
Лед держал, хотя под ногами мгновенно расцветали радужные трещины. Безмолвно шепча молитву-оберег, ощупывая перед собой лед мыслями, он перешел на ту сторону.
Слава Космосу …
В полдень он устроил короткий привал, доел остатки прихваченной пищи. Дальше придется охотиться.
Но охотиться не пришлось. Он посмотрел в Живу и вдруг обнаружил совсем рядом поселение людей. Пошел вниз по реке и очень скоро вышел прямо на деревню.
От неожиданности Дэн попятился и уперся спиной во что-то острое.
– Стой смирно, – посоветовал мужской голос с неуловимо чужим произношением. – Кто таков?
– Я человек…
– А я думал, тролль. Куда идешь?
– Сюда. – Дэн пошевелился, наконечник копья уперся сильнее.
– Не дергайся. Куртка хорошая, жаль, если придется испортить.
Облившись холодным потом, Дэн замер.
– Из какой деревни?
Парень собрался соврать, но Проводник знает почему ответил честно.
– Еще один! – удивился голос. – Ладно, можешь повернуться. Медленно.
Дэн повернулся. Медленно.
Обладатель страшного голоса оказался совсем нестрашным. Дэн принял бы его за гнома, если бы не знал, что гномов не бывает. Или бывает?.. Низкорослый, заросший до самых глаз и грязный. В руке у него было короткое копье, за плечами лук, у пояса колчан, полный двузубых стрел, и несколько птиц.
– Хорош, – грязнуля прицокнул языком, – пошли познакомлю с риваном.
С кем? Дэн, успокоившийся было, снова запаниковал.
В деревне их появление никого не удивило. А вот сама деревня удивила Даниэла и подтвердила его худшие предположения.
Галичная россыпь, видимо, давшая название деревне, тянулась на два перелета стрелы в обе стороны. У Галиков не было охранной черты, не было чертога, лишь несколько сторожевых вышек. Зато около нагромождение камней, несомненно, для языческих обрядов и жертвоприношений…
– Светлого дня, – поздоровалась с ними маленькая девочка. Дэн даже вздрогнул, услышав древнее приветствие в этом языческом поселении. Провожатый ответил на приветствие, Дэн немного помедлил и поздоровался тоже.
– Иссе один? – спросила девочка, лукаво глядя на него.
– Где риван?
– У него опять плохое настлоение. – Девочка помрачнела, похоже, она принимала проблемы неведомого ривана близко с сердцу. Чего нельзя было сказать про Дэна. Риван… Звучит как имя диковинного и вряд ли дружелюбно настроенного животного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
