У Императора по хребту невольно прокатилась холодная волна. Он представил себе город, от края до края охваченный пламенем, озверелые толпы с дрекольем, ошалело рвущиеся к ненавистным башням, идущие по телам, и гибнущие, гибнущие, гибнущие…
На мгновение стало страшно. Очень страшно.
«Что же ты делаешь? — мелькнуло в голове. — От Мельина ничего не останется. Ничего, понимаешь, совсем ничего! Даже если ты уберешь Сежес, Гахлана, Реваза и остальных, аколиты и адепты все равно не сдадутся без боя. Резня!..»
«Так что же, отступить и сдаться? — злобно ответил он сам себе. — Люди, мои воины, каждый день умирают там, за океаном. Куда более бессмысленно. Так что не сомневайся».
О том, что будет с Империей, если ему и в самом деле удастся свалить Семерку, он пока не думал.
Император щелкнул пальцами. Надменно не обращая внимания на сгрудившихся в углу магов, он начал отдавать приказы.
* * *
Наверное, при иных обстоятельствах Фесс никогда не купился бы на столь удачно подвернувшуюся встречу, пустую лестницу, сверхтайный разговор, который следовало вести никак не на ходу, а устроившись в наглухо запертой, надежно защищенной чарами комнате, да еще расставив на три этажа вверх и вниз надежную стражу. Но в тот миг услышанное и в самом деле «поразило его, точно громом». Радуга замыслила скинуть Императора! Власть в руках Арка!..
Вот теперь отсюда точно следовало выбираться. Как можно скорее, пока башню и весь Хвалин не накрыло Ливнем. И успеть подать весть Патриарху. А потом — затаиться в подземельях и ждать. Даже лети он, как птица, из полосы Ливня ему не вырваться. Есть, конечно, тоннели тарлингов, но здравомыслящий воин Лиги по собственной воле туда никогда не сунется. Тарлинги не лезут наверх, но вот у себя дома они убивать научились. И все искусство ночного воина тут не поможет. Значит, остаются только катакомбы.
Все это время Фесс продолжал красться за Илметом и Командором. А разговор у тех становился все интереснее и интереснее…
— Объединив силу двух мечей, мы станем непобедимыми, мой мальчик. Мы остановим Границу. Я сильно подозреваю, что Иммельсторн и Драгнир совокупно смогут осилить даже тварей Неназываемого.
Фесс невольно вздрогнул. От этого имени веяло даже не могильным холодом, а всеобщим, неизбывным концом, той самой необратимой «второй смертью», о которой так любили порасуждать проповедники, епископы и аббаты. Еще когда он не был Фессом, жил дома и даже — стыдно вспомнить! — прислушивался к мнению тетушки Аглаи, даже неистовая Клара Хюммель, боевой маг по найму, говорила об этих созданиях еле слышным шепотом, словно неграмотная пейзанка, твердо убежденная, что, называя лихо по имени, непременно накличешь его на свою голову.
Пришлось пару раз тряхнуть головой, чтобы вернуть способность слушать и запоминать.
— Как только мы управим все потребное здесь, ты отправишься в дорогу. На дозорный пост возле Царь-Горы. Если все пройдет хорошо, к тому времени наша троица уже доберется до цели. Ты перехватишь их на выходе. Будь осторожен — Вольные превосходно владеют оружием, не вздумай состязаться с ними на мечах.
— Мне сие ведомо, отче, — с оттенком обиды заметил Илмет.
— Конечно, сын мой, ведомо, нисколько не сомневаюсь. Но, как известно, повторенье — мать ученья. Сколько людей ты намерен взять с собой? Десятка два, не меньше, я прав?.. Ты киваешь — что ж, одобряю. Больше — громоздко, меньше — излишний риск. Гном и мужчина меня не интересуют, а вот девчонка, напротив, очень даже любопытственна. Ты доставишь ее мне целой и невредимой, помни, Илмет, целой, невредимой и девственной, если, конечно, ее виноградник все еще цел. Она оставила в дураках Ондуласта, а это кое-чего стоит. Ты понимаешь меня?
— Да, отче, вполне. Я готов.
— Прекрасно. Ну а потом, когда ты вернешься, мы начнем уже по-настоящему. Да, кстати, отчего ты не спрашиваешь, почему я поручаю это тебе, а не кому-то из более опытных магов третьей ступени или даже еще выше?
— Я не смел, отец мой. Если вы сочтете нужным сказать это мне…
— Пожалуй, сочту. Да, да, конечно, сочту. Нам всем, кто обладает знаниями и силой третьей ступени, предстоит немало потрудиться, дабы создать канал перехода в Мельин. Это потребует всей силы Ордена. Наши лучшие заклинатели и составители уже здесь. Я не могу оторвать никого из них. Поэтому выбор пал на тебя — лучшего из вторых.
И вновь Фесс просто обязан был заподозрить неладное. Что за разговоры на лестнице? Неужто маги Арка настолько глупы, что считают свою твердыню абсолютно неприступной? Едва ли. Радуга не держала на высоких постах откровенных глупцов, тем более Арк, что слыл одним из сильнейших в Семицветье.
— Ну, сын мой, вот мы и пришли, — услышал Фесс. — Войдем же!
Еле уловимое колыханье воздуха — наверху открылась и затворилась дверь.
Фесс повернул назад. «Теперь только бы выбраться отсюда! Как угодно, но выбраться. Император должен узнать…»
И не подумалось даже — что тебе в нем? Разве твой дом здесь? Разве здесь ты рос, разве этим воздухом дышал, эти тропы торил? Нет ведь. Так что ж маешься, за что голову под топор суешь, неужто и впрямь только развлечения ради?..
Нет. Конечно же нет. Как бы ни был уютен и благостен тот дом, где впервые раздался его крик, туда он едва ли вернется. Потому что… Впрочем, об этом после. Лестница пока еще пуста, но сколько еще будет длиться эдакое везение?
Впрочем, аколиты наверняка еще заняты ловлей манхалии, так что все может быть.
Он крался, прижимаясь к стене. Увы, здесь не получится выдать себя за одного из адептов Арка, и не пройдет излюбленный фокус, когда идешь, как ни в чем не бывало, словно имея неоспоримое право здесь находиться. Срабатывает на удивление часто — но только не сейчас.
Не придумав ничего лучше, Фесс просто шел вниз по истертым ступеням. Воздух в башне казался на удивление свежим, словно и не царила вокруг привычная уже предливневая затхлость. Хорошо живет Красный Арк, если может позволить себе тратить такие силы на поддержание очищающего заклятья на каждом окне…
Он шел все дальше и дальше, совершенно безоружный, если не считать усеянного бляхами пояса, а кругом царила спокойная, умиротворенная тишина. Словно он и не в самом логове магов, а в одном из замков Серой Лиги. Почему? Отчего?
Впереди ловушка? Наверное, на месте здешних хозяев он бы тоже поступил так. Но чего они, спрашиваeтся, ждут? Неужто его бегство до сих пор осталось незамеченным?..
Конечно, очень соблазнительно казалось думать, что маги Арка просто не в силах поверить, что здесь, в самой их твердыне, кто-то способен сбежать из допросной, выбраться из замурованного подземного зверинца и остаться при этом целым и невредимым. В такое верится легко, как правило, потому что очень уж хочется верить в глупость врагов и свою непререкаемую удачу. Очень часто на этом горят самые лучшие и опытные воины Лиги. Но, с другой стороны, что может сделать он, Фесс?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
