Читаем без скачивания Opus Dei - Джон Аллен

«Он должен войти в ранг святых с примечанием, — заявил Кеннет Вудвард, бывший в то время редактором отдела религии Newsweek и автором Making Saints, книги о процессе канонизации. Вудвард утверждал, что Ватикан не слушал критиков Эскрива. В 1996 году в письме в католическое издание First Things Вудвард писал: «Opus Dei разрушил процесс канонизации, чтобы добиться беатификации своего человека. Короче говоря, это был скандал, начиная от руководства действиями членов трибунала посредством написания positio[11] и заканчивая высокомерным обращением с экспертами, отобранными для обсуждения дела». Подобные же комментарии, хотя и не столь громогласные, появились во время канонизации в 2002 году.

Реки чернил были израсходованы обеими сторонами при обсуждении этих вопросов. Здесь мы просто хотели бы наметить базовую линию и бегло очертить разные точки зрения на интерпретацию фактов.

Некоторые факты.

• По историческим меркам беатификация Эскрива была очень быстрой: с его смерти в 1975 году до церемонии в 1992 году прошло семнадцать лет и еще десять от беатификации до канонизации — всего двадцать семь лет. Жанна д’Арк ждала этого события около шестисот лет.

• Процесс был дорогостоящим. Отец Флавио Капуччи, постулатор, официально отвечавший за дело Эскрива, как-то рассказал мне, что процесс сбора доказательств и подготовки документов для беатификации обошелся в 150 тысяч долларов, а сама церемония на площади Святого Петра — в 500 тысяч долларов. Канонизация стоила меньше, поскольку нужно было предъявить только одно дополнительное чудо, хотя опять же должна была быть организована огромная церемония. Общая сумма, затраченная на оба события, слегка превысила миллион долларов.

• Несколько голосов критиков были исключены из процесса. Как уже отмечалось в главе 2, бывшие члены Opus Dei Мария Кармен дель Тапиа, Мигель Физак и Мария Ангустиас Морено хотели предоставить свои воспоминания об Эскрива. Трибунал в Мадридской резиденции архиепископа установил, что все трое продемонстрировали по отношению к Эскрива то, что в каноническом праве называется «публичной враждебностью», и их просьба была отклонена. Это было решение трибунала, а не Opus Dei. Бывший член Альберто Монкада, также критик, был выслушан, но признан «не заслуживающим доверия».

• Внутри Ватикана существовала оппозиция. Беатификационная комиссии состояла из девяти судей. Де Магистрис, один из двух судей, проголосовавший против Эскрива, уже нами упоминался. Другим был монсеньор Хусто Фернандес Алонсо, единственный испанец, которого возмутило, что не были выслушаны критические свидетельства.

Как можно объяснить эти факты?

Для таких критиков, как Вудвард, — это просто. Несмотря на сдержанность по отношению к Эскрива, влияние и деньги Opus Dei привели к нужному результату. Это было сделано ценой огромных усилий и блокирования любых антагонистических голосов, которые могли бы задать ненужные вопросы. В этом смысле это была элементарная демонстрация власти Opus Dei, церковный эквивалент власти Калигулы, сделавшего свою лошадь сенатором.

Имон Даффи, английский историк церкви, написал: «Канонизация основателя Opus Dei — самый впечатляющий пример современного успешного продвижения дела под давлением некоей группы, чтобы расширить и легализовать устремления этой группы; здесь святой становится талисманом и средством достижения цели той группы, которая его почитает».

Постулатор Opus Dei Капуччи смотрит на вещи по-другому. Что касается «спешки» процесса, то он утверждает, что Opus Dei повезло с выбором момента. «Это было первое дело, начатое после реформы Иоанна Павла II, которую он провел еще в 1983 году с целью упрощения процесса беатификации», — сказал он. Среди других вещей эта реформа уменьшала количество необходимых чудес и отменяла пост «адвоката дьявола».

Он сослался на другие дела, которые из-за реформы 1983 года продвинулись даже еще быстрее. «Дело падре Пио заняло только девятнадцать лет. Те же нормы облегчили беатификацию итальянской пары Бельтрами Кватроччи в 2001 году, через семь лет после открытия дела, и Карлоса Мануэля Родригеса, первого пуэрториканца, ставшего святым в 2001 году, через девять лет после начала процесса». Капуччи также мог бы добавить сюда мать Терезу, беатификация которой превзошла все рекорды скорости: она умерла в 1997 году и была беатифицирована в 2003 году. Иоанн Павел II отказался от обычного пятилетнего выжидательного периода после ее смерти перед началом дела, чего не произошло с Эскрива.

Что касается расходов, то тут нет никаких отговорок: беатификация и канонизация стоят больших денег. Однако нет никаких свидетельств, что Opus Dei затратил деньги на что-либо, кроме процесса и церемоний. В этом смысле отличительным признаком Opus Dei является умение привлечь к задаче личный состав и ресурсы. Хотя он и не так богат, как часто считается, но у Opus Dei более вместительные карманы, чем у многих других организаций мирян или религиозных общин. По поводу предположения, что персонал Ватикана был подкуплен, Капуччи сказал: «Подобный вопрос оскорбителен не только для подозреваемого в даче взятки, но и для получателя. Те, кто его задает, не знают Opus Dei и Конгрегации по делам канонизации святых».

Что касается критических голосов бывших членов, то Капуччи утверждает, что он хотел бы, чтобы они были услышаны, и предлагал это сделать. Трибунал, а не Opus Dei исключил голоса критиков. Естественно, Капуччи уверен, что дополнительное изучение жизни Эскрива привело бы к тем же результатам, что бы ни утверждали критики.

Безусловно, вопрос о том, заслужил ли Эскрива беатификацию и канонизацию, может быть темой дебатов. Однако похоже, что скорость этих процессов является в меньшей степени показателем политических манипуляций Opus Dei, чем его производственной этики. По этому пункту имеется независимое свидетельство отца Рафаэля Переса, августинца, который до того, как это было отменено, однажды выступал в роли «адвоката дьявола». Он был судьей на мадридской стадии беатификации Эскривы.

«Это было бы практически невозможно [осуществить какое-либо давление] и неэффективно, поскольку в каждой стадии дела участвует большое количество народа», — сказал он. Перес сказал, что двумя определяющими факторами являются внутреннее существо дела и работа постулатора.

«Дело продвигается, когда постулаторы знают, что делают, и посвящают ему много времени, все время, которое требуется для дела. Если некоторые дела рассматриваются медленно, это значит, что те, кто их продвигает, не заинтересованы в них или что у постулаторов слишком много дел и они не справляются с ними. Это также может быть связано с недостаточной компетенцией. Когда все свидетельства собраны и представлены на рассмотрение конгрегации для принятия решения, еще остается большая часть работы по изучению этих свидетельств». Перес рассказал, что однажды он участвовал в деле, когда постулатор внезапно умер и не было денег для поисков нового постулатора, поэтому он уговорил продолжить дело местного епископа. В итоге дело продвинулось вперед.

«Деньги никогда не помогают стать святым, — сказал Перес. — Но без денежных средств дело не будет продвигаться, потому что те, кто над ним работает, — не бесплотные души. Чиновники конгрегации, переводчики, консультанты, юристы, доктора, наборщики и так далее должны получать заработную плату».

Но все же одного момента Перес не коснулся — интереса понтифика. Мать Тереза не была бы беатифицирована через шесть лет, если бы дело ограничилось хорошей работой ее постулатора. Понятно было, что Иоанн Павел II хотел, чтобы это случилось. То же самое с Эскрива — длинный ряд фактов, свидетельствующих о поддержке и преданности, включая посещение могилы Эскрива в 1978 году, не оставлял сомнений в намерениях папы.

На самом деле это, возможно, единственный, но самый весомый аргумент, опровергающий слухи, что Opus Dei «покупал» беатификацию и канонизацию или «манипулировал» ими. Это было просто не нужно. Иоанн Павел был настроен позитивно и спокойно ждал, когда все документы поступят к нему. Чтобы это произошло как можно быстрее, Opus Dei применил все необходимые ресурсы, включая первоклассного постулатора и поддержку личного состава, и в результате не было проблем с финансированием для созыва собраний или переводов каких-либо документов. В заключение хочется сказать, что Opus Dei может действовать быстро и жестко, но он играет по правилам.

Большая часть католиков не придает особого значения вещам, о которых шла речь в этой главе, — сколько членов Opus Dei в Ватикане, или политическим причинам беатификации Эскрива. Если они вообще имеют представление об Opus Dei, то чаще всего из программы «CNN представляет», посвященной Коду да Винчи. Весьма у немногих имеются собственные впечатления от непосредственных столкновений с членами Opus Dei, мирянами или священниками. Когда они положительные, это помогает преодолевать предубеждения. Когда же они отрицательные, это усиливает предубеждения.