просто прогуливаются, – выдвинул предположение Игорь.
– Они специально срезали угол, чтобы нас обогнать, – возразила Дэсса и дала наставление: – Постарайся не рубить мечом. После подобных взмахов слишком много крови, а у меня нет сменной одежды.
– Как скажешь, – кивнул землянин и приготовился к бою.
Как ни странно, но за ними шли не грабители, а местные патриоты, которые опознали Пятнистого и громко позвали:
– Див, это ты или не ты? Нам говорили, что тебя сослали на галеры, но вот ты здесь!
– Не вашими молитвами, – буркнул Пятнистый и, повернувшись к Игорю шепнул: – Я пил с ними, а потом меня загребли, а они все пятеро гуляют на свободе. Где справедливость?
– В обществе демократов рука руку моет, а у некоторых в вершинах власти имеется волосатая лапа. Видимо они детки влиятельных родителей, а ты обычный горожанин, вот тебя и посадили, а они откупились.
– Я так и понял, – проворчал бывший вор и, изобразив радостную улыбку, ответил парням: – Ребята, рад вас видеть! Представляете, мне попался честный судья. Он пересмотрел дело и выпустил меня на свободу. Я посидел недолго и теперь снова готов трудиться на благо любимого города!
– Див, что с тобой? Ты же презирал лживых ораторов, – воскликнул один из парней.
– А теперь понял, что они сама соль земли, – с усмешкой ответил Пятнистый. – Я даже больше скажу, Берестин поехал в Филкор отстаивать права наших граждан, где его безжалостно убил новый царь Альвист.
– Неужели! Когда это произошло?
– Буквально на днях. Нашего народного любимца обнаружили мёртвым в подземелье дворца. Нам нужно готовить ответ подлым тиранам! – поделился секретом Пятнистый. Он приукрасил ужасы, творимые на улицах Филкора, рассказывая о том, что стражники грабят приезжих арефинян, а когда пять приятелей неожиданно быстро разбежались «по домам», с ехидной ухмылкой сказал: – Советую сегодня лечь спать пораньше, чтобы поутру сесть на корабль, идущий обратно. Завтра здесь начнётся серьёзная буча. Ораторы будут драть глотки, и рвать друг другу бороды, лишь бы отстоять мнение мнимого большинства. Кто его знает, до чего они добазарятся, но не удивлюсь, если объявят войну полису Филкор. К счастью, я сам завтра уезжаю к жене. В Курсе тишь и благодать. Есть царь-тиран, у него три дочки. Одна из них даже вошла в свиту богини Арталии. Это великая честь для правителя города.
– И в чём же заключается «честь»? – поинтересовался Игорь.
– Ему благоволят боги, – пояснил Пятнистый, которого, как оказалось, звали Див, – а значит, никто из соседей не станет лезть на его территорию.
– Понятно, – кивнул Игорь. – Ладно, веди в трактир, где можно снять три комнаты. Я оплачу, если конечно цена не по сотне драхм за человека.
– Ха-ха! Это приличное место, а не какой-нибудь бордель. Там всё чинно и благородно!
Вскоре три путника заселились в номера и, заснув, Игорь увидел странный сон. Ему снился зал космического корабля, где раньше стояли прозрачные клетки для питомцев. Сейчас там, в окружении растений располагался трон, на котором восседал гигант. Рядом с Могучим стояла темноволосая метиска Хань-Таса, платиновая блондинка Арефина и блондинка с соломенными волосами Арталия. Женщины облачились в лёгкие красивые наряды светлого цвета. Все четверо взирали на пятиметрового лорда-балора – рогатого демона красного цвета с широкими плечами, мускулистым торсом, чешуйчатой кожей, кожистыми крыльями и широкой пастью, заполненной острыми клыками. У него за спиной стояла свита, состоящая из демонов размером поменьше, но настолько же опасных. Монстр презрительно рыкнул и Игорь с удивлением понял, что тот сказал:
– Так значит, теперь ты доишь светлых тварей? Мой владыка тёмный бог Маралдук требует положенную плату. Раз ты убил его прежнего партнёра Гефа, теперь тебе придётся отдавать долги.
– Я не ослышался? Ты чего-то там требуешь? Огласи весь список, хотелось бы знать, что же задолжал покойный Геф, – с усмешкой ответил Могучий.
– Во-первых, девственницу-богиню Арталию, которая стоит подле тебя.
– Ай-я-ай, как некрасиво получилось, – театрально покручинился гигант. – Тут вот какое дело, она моя невеста, и я, как и положено настоящему мужчине, опробовал её до брачной церемонии. Ты же понимаешь, такая красавица не должна оставаться без внимания.
Лорд-балор заскрежетал зубами, но сдержался и продолжил:
– Во-вторых, тысячу смертных девственниц из храма Арталии.
– Ну раз богиня лишилась невинности, значит и её последовательницы не стали мучать организмы, так что увы! Что там дальше?
– В-третьих, тысячу защитных артефактов, которые Геф обещал в качестве оплаты за нужную ему вещь, – снова рыкнул лорд-балор.
– Ну вот незадача, вещь нужна Гефу, а не мне, так что я не понимаю, зачем платить за то, что мне на хрен не всра…ось? – удивился Могучий. – Ты вот что, дружок, вали к Маралдуку и передай ему вот что: «Ар-Шен часто наведывался в Бездну, хотя между мирами бездушный космос. Неужели ты думаешь, что он поленится сходить на юг этого континента? Я знаю, что он собрался вызвать подкрепление из родного мира, но прежде чем звать кого-то на помощь, пусть скажет рекрутам, против кого им предстоит сражаться».
– И ты хочешь пойти против тёмного бога? – удивился лорд-балор. – Он размажет тебя по этому залу тонким слоем и насладится твоими самками, а когда ему надоест их насиловать, за них возьмутся наши доблестные воины!
– Я бы с удовольствием посмотрела на то, как за меня кто-то возьмётся, – хмыкнула Хань-Таса. – Могучий, можно я оторву ему голову?
– Вкусняшка, не капризничай. Ты ждёшь ребёнка и тебе вредно напрягаться.
– А я не буду принимать истинную форму, – надув пухлые губы, промурлыкала она.
– Артилия, подготовь-ка мне большую тапку, кто-то хочет получить по попке.
– Ну, Могучий, ты же не станешь пороть беременную женщину? – лукаво улыбаясь, спросила Хань-Таса.
– Так я любя, – ответил гигант и, поднявшись с трона, медленно подошёл к демону. Учитывая то, что в лорде-балоре пять метров, а в Могучем всего два двадцать, он выглядел слишком мелким, однако чем ближе он подходил, тем выше становился. Наконец он приблизился к нему вплотную, и стало видно, что они одного роста. Затем Могучий снова слегка подрос и теперь возвышался над демоном на целую голову. – Так, о чём это я? Ах, да, я слышал, на заре времён Геф продал ему дочь и сына Эгеи. Маралдук знал, что
