Читаем без скачивания Парад скелетов - Марк Найканен

Ее глаза снова обратились к реке. Глубоко? Я почти слышу ее мысли. Глубоко, моя дорогая. Кажется неглубоко, но это до тех пор, пока ты не вступишь в поток, бурлящий, как в стиральной машине. Я находил тела людей и животных после бури. Их кожа и шкуры были покрыты синяками и местами разодраны от ударов о камни. На самом деле никакой разницы, если сравнить с потопами, обрушивающимися на наши города. В Лос-Анджелесе во время потопа широкая, одетая в бетон река ожила кроватными пружинами и старыми машинами, двухметровыми деревьями и рефрижераторами. Но больше было трупов людей. Никогда нельзя представить себе, насколько быстрый поток, пока не увидишь руку, торчащую из вращающейся грязной массы, которую быстро уносит в сторону моря. Одинокая рука, словно тянущаяся к свободе. Но вот и эта рука исчезает и больше уже не показывается из воды.

Если она рискнет нырнуть, я ей только поаплодирую. Она утонет по собственной воле, а мне останется только Ее Светлость.

Но если она не рискнет, то я подтолкну ее. Даже лучше, чем упасть с утеса. Когда кто-нибудь падает с высоты, всегда возникают досадные и нудные вопросы. Но стремительные потоки в пустыне каждый год забирают чьи-то жизни. И опытные люди, и новички одинаково очарованы яростной смесью воды и пустыни – древними составляющими элементами земли и неба. Нельзя не поразиться зрелищем, когда один пожирает другого, откусывает огромные куски и уносит их прочь. Но выигрывает всегда пустыня. Всегда. Потому что солнце сияет всегда. Я напомнил себе все это, приближаясь к Шлюхе. Безразлично, что может произойти, но выигрывает всегда пустыня.

Глава двадцать восьмая

Бурлящая вода оторвала еще один кусок от берега всего лишь в метре от того места, где стояла Лорен. Это произошло так быстро, что казалось, будто кусок земли просто исчез. Если бы она не почувствовала у себя под ногами движение корней, камней и почвы, то не поверила бы своим глазам.

Пойманная между стремительно убегающей рекой и неумолимо приближающимся Штасслером, нахально замедлившим шаг и демонстрирующим, что ему некуда больше спешить, Лорен колебалась всего несколько мгновений. Она знала, что даже если он находится в прекрасной форме, она его обгонит, но пистолет, пули? Единственное убежище могла представить бурлящая вода. Но... она побежала вверх по реке, даже здесь не рискуя безопасностью Керри. Лорен бежала по самому краю, искушая судьбу. Несмотря на панику, она приняла решение: если Штасслер выстрелит, она бросится в поток и не допустит, чтобы он завладел ее окровавленным телом.

Но это решение оказалось очень трудно осуществить. Когда Штасслер выстрелил первый раз, пуля пролетела так близко от ее лица, что Лорен почувствовала разрезаемый ею воздух. Она, словно капли дождя, колющие ее кожу, начала метаться из стороны в сторону. Лорен услышала еще два выстрела, прежде чем пистолет умолк. Штасслер бросился за ней.

Неожиданно тучи вновь сгустились. Луна исчезла. Стало так темно, что Лорен два раза споткнулась и чуть было не упала. Она не могла позволить себе подвернуть коленку, только не сейчас. «Если все это так тяжело для меня, то для него это тяжко вдвойне», – подумала она.

Штасслер что-то кричал ей. Но она не смогла разобрать, что именно. Приказ? Просьбу? Никакой разницы. Она не собирается торговаться.

Она постоянно следила за рекой, искала возможность перебраться на другой берег. Лорен надеялась на какую-нибудь арку из камней. Их так много в пустыне. Их большие проходы высечены резцами льда и снега, воды и ветра. Тогда бы она могла пересечь эту яростную реку и броситься к ранчо. Там бы она, возможно, нашла Рая и обязательно дорогу к спасению.

Но... впереди могут встретиться и другие потоки, настоящий лабиринт рек и ручьев, пересекающих пустыню, словно разлитый на полу кухни стакан воды, раскинувший многочисленными руками Шивы.

«Каждой битве свое время, – сказала она себе. – Так и выигрываются войны». Она нашла простое решение, успокаивающее и обнадеживающее. Самое простое из всего – арка, фантазия. Лорен это прекрасно понимала, продолжая выискивать возможный переход.

Сверкнула молния. А вместе с ней вспышка первобытного страха, рожденного природой, грубой и бескомпромиссной. Скрюченные пальцы молнии осветили небо, рассеяли темноту, скрывавшую целое поле валунов, на которое она вот-вот должна была ступить. Валуны казались большими, как машина, как автофургон. Валун на валуне, но нигде никаких арок.

Лорен бежала среди камней, уворачиваясь от их меньших темных, призрачных собратьев: торчащих из земли жердей деревьев и колючих кактусов, перепрыгивая через горбатые камни и канавы. Штасслер отстал. Она почувствовала гордость за свою силу, выносливость, свое превосходство над мужчиной такого спортивного телосложения. Его-то телосложение было получено в тренажерном зале. Она поняла это с первого взгляда, когда он в майке и шортах открыл ей дверь. Тогда утреннее солнце отбрасывало четкие тени на его плечи и грудь.

Лорен приобрела спортивную форму, бегая по улицам и паркам Портленда, по горячим пыльным дорожкам Анжделесского национального лесопарка. А сейчас она должна была завоевать пустыню, потому что проиграть немыслимо.

Со временем Штасслер вынужден будет отказаться от погони. Она заставит его бежать, пока он не упадет. И чем дольше она бежит, тем более простым будет побег для Керри. В этом и заключалась вся ее надежда: – увести маньяка подальше от своей студентки. Она уже видела, как работает вместе с Керри в студии университета, возится с гипсом, камнем, деревом или мрамором. Работать. Само слово доставляло удовольствие. Работать над тем, что ты любишь. Получать деньги за то, что ты и так делаешь из удовольствия.

Эти мысли подпитывали ее. Лорен нашла свой ритм бега для сгущающейся ночи, как находила его на тысячах километров спортивных дорожек. Она слышала, как ее дыхание приобрело естественную частоту, пришло в полную гармонию с движением. Это показалось ей чудом.

Она удалилась от берега на семь метров, а его пули пролетели мимо. Так что она может бежать не волнуясь, высматривать по пути валуны, торчащие из воды, смахнуть с глаз дождевые капли и смотреть, как валуны беспорядочно высовываются из воды. А может, не так и беспорядочно. Некоторые были огромны, с одно, а то и с двухэтажный дом.

Лорен оглянулась. Штасслер тяжело брел в отдалении. Тогда она поспешила к берегу и осмотрела валуны. Переправа? Да, возможно, но совсем не такая, как она себе представляла. Скорее цепь камней, которая может позволить тебе переправиться на другую сторону. Но это не простая трещина, которую можно преодолеть несколькими перебежками и прыжками, да и валуны не обычные камни. Это были валуны, стоящие в мощном потоке, который в любой момент мог их смыть.

Лорен похолодела, когда представила себе, как забирается на один из них, а он в это время переворачивается. Она читала, как в Орегоне смывало в воду вековые сосны, которые потом без единого сучка оказывались в море. Каждое лето дети играют на них и умирают, когда «подкравшиеся» волны переворачивают дружелюбные на вид деревья и там давят о песчаное дно.

«Прекрати, – прошептала она. – Ты должна сделать это».

Когда она в последний раз оглядела валуны, то поняла, что они образовывали каменный столп, который нелепо, как и все прочие каменные столпы в пустыне, когда-то поднимался над поверхностью, толстый и ломкий. Он раскололся при падении, а затем был отшлифован Природой.

Всего лишь метр водного пространства отделял ее от первого и самого большого валуна. Лорен быстро преодолела их. Дождь, тяжелый, как зимнее пальто, бил ее по спине и плечам, сделал камень скользким. Однако она в считанные секунды оказалась на вершине. Всего в семи метрах над водой. Не так высоко, чтобы появился страх высоты, но достаточно, чтобы рассмотреть более маленькие валуны, ожидавшие ее, взглянуть на Штаеслера, который исчез из поля зрения в тридцати метрах от нее.

Больше пугали два метра бурлящей воды, отделявшие ее от следующего валуна.

Она спустилась до середины склона, затем внимательно осмотрела край валуна, разбежалась и прыгнула. Приземлилась в пяти сантиметрах от края и приободрилась, готовясь к следующему прыжку.

Третий валун оказался неподалеку. Она увидела, что Штасслер приблизился к берегу. Ну и пусть. У тебя свой маршрут. Но это была большая глупость. Она поняла это сразу, как только эта мысль пришла ей в голову. Главная ее цель – не попасть ему в руки. Пусть даже самоубийство.

Лорен без дальнейших остановок прыгнула на третий валун и приземлилась прямо на середину его вершины. Но когда она спустилась на другую сторону, у нее перехватило дыхание от расстояния до следующего безопасного островка.

Почти три метра. Она выругалась, но ветер и дождь унесли ее слова. Лорен оглянулась, чтобы проверить, где Штасслер, но его нигде не было видно. Куда он делся?