В конце ноября или начале декабря Тимашук пригласили в МГБ. Но… вместо ареста ее принял сам Игнатьев, попросил описать всю историю, расхваливал за проявленную бдительность.
Потому что материалы, полученные от нее, стали для министра бесценными. Был арестован Власик. Он, правда, отделался относительно легко (ведь его уже удалили из Кремля, он больше никому не мешал). Попал под суд, получил 10 лет не заключения, а ссылки. Но дело Власика дало прекрасный повод перетряхнуть всю правительственную охрану, кого-то поувольнять, заменить другими людьми. А Тимашук объявили героиней, представили к ордену Ленина! Преподносилось, будто благодаря ей удалось разоблачить организацию «врачей-убийц»!
13 января 1953 г. «Правда» вдруг вышла с ошеломляющей статьей: «Подлые шпионы и убийцы под маской профессоров-врачей». В ней сообщалось: «…Жертвами этой банды человекообразных зверей пали товарищи А.А. Жданов и А.С. Щербаков. Преступники признались, что они, воспользовавшись болезнью тов. Жданова, умышленно скрыли имеющийся у него инфаркт миокарда, назначили противопоказанный этому тяжелому заболеванию режим и тем самым умертвили тов. Жданова… Большинство участников террористической группы — Вовси, Б. Коган, Этингер, Гринштейн и другие были куплены американской разведкой… Как показал на следствии арестованный Вовси, он получил директиву “об истреблении руководящих кадров СССР” из США. Эту директиву ему передали от имени шпионско-террористической организации “Джойнт” врач Шимилиеович и известный буржуазный националист Михоэлс…»
Подтасовок здесь сколько угодно. Жданова «залечили» не евреи, а русские врачи — Егоров, Виноградов, Майоров, Федотов, но именно они не названы! Перечислены только евреи, добавлена организация «Джойнт», в свое время связанная с ЕАК, да еще и появился погибший 5 лет назад Михоэлс, который до сих пор ни в чем не обвинялся. Появился только из-за того, что его брат Вовси был врачом! Эта статья, как и заявление ТАСС по той же теме, были утверждены на Президиуме ЦК. Откуда позже была запущена байка о паранойе и антисемитизме Сталина. Но… дело в том, что Сталин на этом заседании Президиума отсутствовал! Ведь Президиум стал уже второстепенным органом! Иосиф Виссарионович числился лишь одним из 10 секретарей ЦК!
Да и сомнительно, чтобы собирался весь Президиум, 36 человек. Очевидно, какая-то его часть, МГБ представил «доказательства», кто-то из руководителей зачитал заранее подготовленное постановление, возбудили присутствующих к голосованию. Скорее всего, действительно намекнули, что такова воля Сталина. Но известно, что Иосиф Виссарионович не отдавал Игнатьеву приказ на аресты врачей! (потому что впоследствии Игнатьев не смог сослаться на такой приказ). Для Сталина новость стала неожиданной. Его дочь Светлана писала, ссылаясь на экономку: «Валентина Васильевна рассказала мне позже, что отец был очень огорчен оборотом событий. Она слышала, как это обсуждалось за столом, во время обеда. Она подавала на стол, как всегда. Отец говорил, что не верит в их нечестность, что этого не может быть».
Он и не поверил! Сам выбрал молодого следователя прокуратуры Николая Месяцева, поручив ему проверить «дело врачей». Но события стали раскручиваться стремительно. Вся советская пресса подняла дружную антисемитскую шумиху. Даже фельетоны о всяких неблаговидных поступках — только про евреев, вроде публикаций в «Крокодиле», «Пиня из Жмеринки». Эхо отозвалось в Израиле. Громыхнул взрыв у советского посольства. Получили ранения жена посланника и два сотрудника. В ответ СССР разорвал дипломатические отношения с Израилем. Между прочим, дирижировало бешеной антисемитской кампанией в прессе Управление агитации и пропаганды ЦК во главе с Сусловым. У которого, вообще-то, жена была еврейкой. И среди журналистов, редакторов, очень большую долю составляли представители той же национальности. Не странно ли?
Но случившееся оказалось очень кстати… для США и «мировой закулисы». Потому что до сих пор население Израиля относилось к русским с горячими симпатиями! Разгром ЕАК и молодежной «революционной» организации, расстрелы их руководителей этих симпатий ничуть не омрачили! Для жителей Израиля какое было дело до двух десятков евреев из СССР, которые ничем были не обижены, занимали видное положение в правительстве, в сфере культуры, учились в вузах, но почему-то занялись подрывной работой против собственного государства? А Советский Союз был спасителем Израиля, без помощи Москвы его уничтожили бы! Но сейчас сложились вполне подходящие условия осуществить поворот. Переориентировать Израиль на США и Англию.
А нашу страну взбудоражили и отвлекли антисемитской шумихой. Но под ее прикрытием осуществлялись другие дела. «Дело врачей» перевернуло вверх дном правительственный Лечсанупр. Кого арестовали, кого увольняли — «проглядели врагов народа». Вместо них появлялись какие-то новые люди. В Кремле после ареста Власика шли сплошные проверки. У Сталина было еще несколько бессменных вернейших сотрудников, его личный секретарь Поскребышев и комендант Кремля, генерал-майор Косынкин. Но в ходе этих проверок у Поскребышева вдруг обнаружилась пропажа важных секретных документов. Он был отстранен от своих обязанностей, попал под следствие. А Косынкин приболел, лег в больницу с температурой и… 17 февраля скоропостижно умер.
Но Сталин был не только политиком. Он когда-то и сам был подпольщиком, великолепным конспиратором. Оценивать и сопоставлять факты умел. Для него смерть Косынкина стала явным сигналом угрозы. Как раз с 17 февраля он вообще перестал приезжать в Кремль. Находился на своей «ближней даче» в Кунцево, даже посла Индии принимал там. Однако то, что произошло на его даче 28 февраля — 2 марта 1953 г., до сих пор покрыто мраком. Точнее, было искажено и затерто. Но искажалось и затиралось лихорадочно, хаотично. Поэтому в сохранившихся свидетельствах охраны, Хрущева и академика Мясникова получилась масса противоречий.
Согласно показаниям охраны, вечером 28 февраля, в субботу, Сталин пригласил к себе Маленкова, Берию, Хрущева и Булганина. На даче было трое охранников и женщина-прислуга. Иосиф Виссарионович заказал им приготовить ужин. Предстоял какой-то серьезный разговор, поэтому крепкие напитки он из меню исключил, велел подать только слабое молодое вино «Маджари», Сталин называл его «соком». Когда он провожал гостей ночью 1 марта, его последний раз видели здоровым. На следующий день он не вышел в обычное время из своих покоев, а охрана якобы не осмеливалась туда зайти. Лишь вечером привезли почту из ЦК, зашли и увидели его на полу. Перенесли на диван, стали звонить Игнатьеву, но он почему-то переадресовал к Маленкову и Берии, и они приехали в 3 часа ночи уже 2 марта, а Хрущев в 9 утра привез врачей.
Все это полная чушь. Известен случай, когда Сталин, напарившись в бане, разомлел и задремал. Прошло 40 минут сверх ожидаемого срока, а он не вышел. Охрана тут же связалась с начальством и получила приказ ломать дверь. Хрущев писал мемуары на пенсии и не знал, что напишут охранники в 1977 г., уже после его смерти. Они, в свою очередь не читали воспоминаний Хрущева, в СССР их не издавали. А Никита Сергеевич проговорился, что 1 марта узнал (будто бы от Маленкова): на даче что-то случилось. Приезжал туда в этот день дважды — опять якобы с Маленковым. В первый раз сочли, что ничего страшного, «хозяин перебрал», и уехали. Лишь во второй раз начали бить тревогу, вызвали врачей, Булганина, Берию,
