Питаться ваш бывший в ближайшее время будет явно через трубочку.
— Господи…, — бормочу, прикрыв глаза. Живой — уже хорошо. Не то, чтобы мне было жалко этого придурка, просто не хочу, чтобы мой Саша пострадал. Хотя, не поздновато ли говорить об этом?
— Мне нужно в полицию. Срочно, — пытаюсь встать с постели. Меня ведёт в сторону и мужчина тут же подхватывает.
— Нельзя! Вы получили травмы. Вам нужен постельный режим и….
— Мне нужно вытащить мужа из передряги, в которую он влип из — за меня, — видя удивлённое лицо, поправляю себя, — Будущего мужа. Вы же всё прекрасно понимаете.
— Кхм…Да, конечно, только, причём здесь вы? — видимо, я неверное истолковала его реакцию.
— Очевидно. Разве нет?
— Послушайте, Александр Николаевич вступился за свою женщину. Любой бы нормальный мужчина так сделал. Если бы не ваше кольцо, то мы…, — осекается, — Не важно. Боссом займусь я, а вы оставайтесь в больнице. С Лерочкой будет ваша подруга.
При упоминании дочери, суровый охранник немного смягчился. Кажется моя малышка покорила всех. Что ж, это радует. Однако никак не меняет моих намерений. Я даже не уточняю, что он имел в виду на счёт кольца, хотя некоторые догадки у меня есть.
Первый раз за долгое время во мне бурлит такая решимость, что я готова со всем миром сразиться. Что мне какой — то охранник?
— Так, вы же знаете, что я скоро стану женой Александра Николаевича? — начинаю издалека и мужчина это понимает.
— Да, — осторожно отвечает, пытаясь понять, что я задумала.
— Сейчас, ваш босс недоступен. Вы конечно можете задействовать свои связи, но это мой мужчина. Мы — единое целое. Поэтому в его отсутствие вы обязаны слушаться меня. Насколько я помню, такое указание вам было, — припоминаю недавний разговор, который состоялся у Саши со своими людьми. Очень кстати, между прочим.
— Но я не имею права подвергать вашу жизнь опасности! — спорит.
— Вы и не подвергаете. Удержать меня здесь, вы не в состоянии. Я взрослая девочка и решение об отказе госпитализации принимаю сама. Зовите доктора, — мужчина не двигается, — Мне самой встать? Окей. Тогда помогите, — протягиваю руку и снова ничего, — Ладно. Пусть так. Джентльмен фигов, — бурчу себе под нос. Едва босые ноги оказываются на полу, охранник наконец подрывается ко мне. Наконец — то!
— Простите меня, но вы невероятно упрямая особа! — укладывает обратно в постель, как маленькую девочку, — Я сейчас позову врача.
— Отлично.
Прикрыв глаза, начинаю соображать. Значит, Егоров старший. Честно говоря, меня всегда пугал этот человек. Один его вид — суровый и отстранённый, вызывает холодок в районе позвоночника. Да, он помогает сыну, заботится о нём, несмотря ни на что. Это его семья. Что ж, у меня тоже есть семья и ребёнок. Видимо, пришло время поучиться некоторым вещам у бывшего свёкра.
Понимаю, что ехать сейчас в полицию бессмысленно. Нужно решать проблему напрямую. Да, я могу написать заявление о похищение, но что толку? Это будет тянуться, а я хочу как можно скорее вернуть любимого домой. Очевидный выход — добиться снятия обвинений.
Спустя час, захожу в офис бывшего тестя. Он человек привычки. Наверняка, даже в такой ситуации на работе. Хотя если честно признаться, то я просто очень на это надеюсь. Ехать к ним домой совсем не хочется.
— Он занят! — тут же останавливает меня секретарь, — Просил не беспокоить.
Естественно, она меня узнала. Эта женщина работает здесь много лет.
Бросаю взгляд на охранника, который понимает меня с полуслова и оттесняет препятствие, позволяя мне зайти в кабинет.
— Я же сказал не…, — седой, тучный мужчина у окна оборачивается, и замирает на полуслове, — Ты??? Какого хрена? Ты что здесь забыла, дрянь?
Да уж, не самая радушная встреча. В прочем, на другую я и не рассчитывала.
— Снаружи моя охрана. Внизу тоже. Уделите мне десять минут своего времени, а после я исчезну. Навсегда.
— Совсем страх потеряла? Что ты о себе возомнила? — продолжает орать. Лицо багровеет и мне кажется, будто свекр сейчас взорвётся от злости. Но мне не страшно.
— Десять минут, — продолжаю настаивать, — И вы больше никогда меня не увидите.
Тяжело дыша, Егоров взглядом испепеляет меня, но я выдерживаю этот безмолвный поединок.
— Что ж, — произносит наконец, садясь в своё кресло, — Валяй. В принципе я знаю, зачем ты явилась.
Подхожу ближе и сажусь напротив без приглашения. Просто тяжело стоять, а хочется сохранить лицо. Если я грохнусь сейчас в обморок, вся моя бравада окажется зря.
— Снимите обвинения с моего жениха, — выдвигаю своё единственное требование.
— Разбежалась. Может ещё благословить вас? — криво усмехается.
— Это лишнее. Но Саша должен выйти.
— Или что? — щурится, — Натравишь свою охрану, — презрительно фыркает, — На меня? Заставишь замолчать? — на это ответить нечего и я немного теряюсь, — Дарья, ты сама всё это устроила. Наставила рога моему сыну, потом сбежала к любовнику, да ещё и чужого ребёнка нам подсунула, — кривится, — А теперь ещё мой сын зверски избит. Потому что любит тебя и совсем голову потерял! И ты смеешь заявляться сюда и о чём — то просить? Ты врала всем, всю жизнь! — я удивлённо раскрываю рот.
— Что? — переспрашиваю, как дура. Услышанное просто не укладывается в голове.
— Думаешь, Илья ничего не рассказал? Я всё знаю, Дарья. Не строй из себя невинную овечку. Мой сын не святой, но ты поступила просто….
— Вы несёте чушь! Если бы не ваш сын не сговорился с моей матерью, я бы никогда не вышла за него! Моя дочь росла бы с родным отцом, а не была бы чужой, среди якобы близких людей.
— Ты что придумала? Какой ещё сговор? Совсем уже последние мозги растеряла? — вскакивает, опирается на стол. Мне кажется, ещё секунда, и он бросится на меня.
Мда, наверное, многие родители одинаковые. Наши с Ильей точно. Кажется, это единственное общее между нами. Ведь его отец разговаривает в точности как моя мать. Вот только Егоров старший верит своему сыну, который по видимому рассказал совсем другую историю. И я решаю просветить его, как всё было на самом деле.
Начинаю с самого начала. Что любила Сашу, что Илья для меня был просто сыном друзей родителей. Рассказываю, о том злополучном вечере и его последствиях. О том, как согласилась выйти замуж под давлением, чтобы у малышки была семья. И о многом другом. Всё правду, не скрывая. Что Илья сговорился с моей матерью, про найденных врачей, которым моя мать заплатила. Стараюсь донести — его сын всё знал и он не жертва, а практически соучастник преступления. Не без обиды говорю, как Илье было плевать
