с распространением ложных данных, и уже тогда их критиковали за медлительность[420]. В США даже к концу 2020 года ни у одного из органов власти не было скоординированной стратегии борьбы с распространением неверной информации[421].
Если вы теперь думаете, что в будущем все конфликты между государствами будут разворачиваться исключительно в интернете, вы ошибаетесь. Дезинформация может ослаблять противника и сеять сомнения среди населения, а кибератаки способны воспрепятствовать нормальной работе экономики. Однако если это не дает нужных результатов, то всегда можно перейти к открытым военным действиям. Не исключено, что наиболее стремительные перемены в области ведения конфликтов произойдут именно на полях реальных сражений.
Возможно, лучший пример — использование дронов (беспилотных летающих аппаратов, которыми управляют военные из безопасных мест). Это только на первый взгляд кажется, что их активное применение не имеет отношения ни к кибератакам, ни к распространению дезинформации. Если смотреть шире, нельзя не заметить, что использование дронов в военных целях отлично дополняет другие формы агрессии.
Давно уже принято вести войну сразу на нескольких фронтах. В наши дни распространение дезинформации и кибератаки ослабляют противника, а организация нападений с помощью дронов дает шанс окончательно раздавить врага. Стремительное снижение стоимости вооружения способствует росту напряженности, ведь теперь можно быстро собрать гораздо более крупные силы хоть на поле реальных сражений, хоть в киберпространстве. Результатом станет беспрецедентная по многообразию средств военная машина, действующая сразу и на закрытых форумах, и в общественной жизни, и на улицах. Это новая война на стероидах.
Все началось в 2000-х годах. До теракта 9 сентября 2001 года дроны использовались военными довольно редко. Объявив войну терроризму, подразделения ЦРУ начали с помощью дронов выслеживать лидеров «Аль-Каиды» на территории Афганистана, Пакистана и Йемена, и в течение нескольких лет число беспилотных летающих аппаратов на вооружении быстро росло. Американский военный дрон Predator давно уже используется во всех ближневосточных операциях, хотя и заслужил неоднозначную репутацию. В 2009 году, через три дня после вступления в должность, президент Барак Обама согласовал проведение атаки с использованием именно этой модели. К моменту окончания его президентских полномочий США провели 542 атаки с участием дронов, в среднем по одной каждые восемь дней, пока Обама занимал Овальный кабинет. В ходе этих операций были убиты 3797 человек, и почти 10% из них оказались мирными жителями[422].
Дроны теперь может использовать далеко не только армия США — благодаря быстрой эволюции технологий они становятся все дешевле. На волне головокружительного развития микрочипов, аккумуляторов, робототехники и искусственного интеллекта быстро растет производство дронов для частного использования (как раз тех самых квадрокоптеров, которые летают иногда над головой отдыхающих на пляже). Еще в начале 2000-х появились самолеты на радиоуправлении нового типа, более простые в использовании, более надежные и тихие. Это стало возможным благодаря изобретению и усовершенствованию литий-полимерных аккумуляторов и вентильных электродвигателей (BLDC). Потом свет увидели дроны с микрочипами, и их можно было оснастить системой беспилотного управления. Затем были созданы акселерометры, которые позволяют отслеживать изменения скорости движения; как только цена на них упала, дроны начали оснащаться и ими. Почти все эти технологии стали доступны благодаря развитию смартфонов: акселерометры были необходимы для работы датчиков наклона экрана; крошечные и недорогие микросхемы для приема сигнала вайфая и сенсоры для камер тоже были разработаны для смартфонов[423].
Развитие технологий обеспечило быстрое снижение цен на дроны. К началу 2020-х годов они стали достаточно дешевыми, чтобы можно было использовать их на разнообразных мероприятиях вместо традиционного салюта: сотни маленьких летающих объектов, оснащенных разноцветными лампочками, поднимаются в воздух и двигаются в соответствии с заданной программой. Во многих богатых странах эти технологии стали применять для создания более сложной и дорогой техники. Еще в 1990-х появилась модель MQ-1 Predator, давно уже ставшая классикой: этот дрон использовался в военных целях для ведения воздушной разведки и стоил 20 миллионов долларов (это 34 миллиона долларов в ценах 2019 года)[424]. Модель Global Hawk, сбитая в 2019 году иранскими военными, стоила 130 миллионов долларов[425]. Другие страны стали использовать новые технологии для создания более дешевых дронов. К примеру, турецкий Bayraktar, появившийся в 2014 году, можно купить примерно за 5 миллионов долларов[426].
С развитием технологий и появлением менее дорогих решений возможность участвовать в вооруженных конфликтах получили совершенно новые игроки — террористические группировки и небольшие государства. Военные дроны являются полной противоположностью традиционным и дорогостоящим военным технологиям: баллистическим ракетам, ядерному оружию, авианосцам, истребителям, которые остаются доступными лишь немногим богатейшим странам с развитой военной промышленностью. Теперь любой желающий может создать собственную армию дронов. В ходе событий 2018 года Курдская рабочая партия (РКК) атаковала несколько турецких государственных объектов с помощью этих аппаратов, которые запросто продаются на сайте Amazon и стоят меньше трехсот долларов. Для проведения операции их просто начинили взрывчаткой[427]. В 2019 году йеменские повстанцы-хуситы устроили с помощью беспилотников атаку на нефтяную инфраструктуру Саудовской Аравии и умудрились на сутки остановить работу половины перерабатывающих мощностей королевства[428]. Развитие дронов привело к росту «асимметричных» конфликтов, как это называется на языке военной теории: против сильных влиятельных государств стали успешно выступать небольшие и гораздо хуже оснащенные группировки.
Конфликты между государствами тоже усугубились из-за доступности дронов. Когда в конце 2020 года на территории Нагорного Карабаха возобновились военные действия между Арменией и Азербайджаном, обе стороны использовали беспилотники. В конфликт оказались опосредованно втянуты Россия, Турция, Израиль и некоторые страны Персидского залива, и эти события стали демонстрацией возможностей новых технологий. Благодаря тесным связям с Турцией и Израилем Азербайджан смог задействовать серьезный флот самых современных дронов и получил безоговорочное преимущество: аппараты залетали глубоко на территорию Армении и наносили удары по системам коммуникации и снабжения[429]. Армения потеряла более 185 танков и 100 единиц тяжелой военной техники — больше половины доступного на начало конфликта вооружения; были и человеческие жертвы. Азербайджан начал использовать против армянских солдат дроны-камикадзе, что привело, по словам одного из американских военных аналитиков, «к крайне тяжелым человеческим потерям»[430]. Этот конфликт оказался поворотной точкой: стало очевидно, что тактика XX века, когда основу армии составляли живая сила и техника, означает теперь слишком высокую уязвимость перед новыми и недорогими технологическими решениями. Уже через несколько недель после тех событий в Министерстве обороны Великобритании начали рассматривать возможности закупки более дешевых дронов для военных нужд[431].
Проблема не только в том, что дроны становятся все дешевле, — они ведь еще и гораздо более маневренные и многофункциональные, чем традиционные виды вооружения. Беспилотники можно запускать из любого
