Читаем без скачивания Якутия - Егор Радов

Дробаха широко улыбнулся, потом засунул руку в карман и вытащил большое красное яблоко.

- Держите, соратник мой! - сказал он весело. - Покушайте; вам сейчас витамины - ой, как нужны!..

- Пока, Паша, - мягко сказала Надя, облизываясь.

Дробаха сделал строгое лицо и собрался уходить. Софрон пораженно посмотрел на него, потом встал и расправил плечи.

- И ты что, вот так прямо и уйдешь, гад?! - угрожающе спросил он.

- Вы чего это? - укоризненно проговорил Дробаха. - Мы же вам объяснили...

- И ты так и уйдешь, вонючка?! - с пафосом повторил Жукаускас, пытаясь принять какую-то восточную борцовскую стойку.

- Софочка, прекрати! - осудительно воскликнула Надя.

- Не называй меня так! Жаль, я забыл свой автомат! Давай-ка драться! Я сейчас убью тебя!

Дробаха хмыкнул, жалостливо оглядел Софрона и достал из внутреннего кармана сигарету и маленькую золотую зажигалку.

- Вы ведете себя, как пацан, Жукаускас, - сказал он, закуривая. - Я ведь могу и разозлиться. И что это за куриные ужимки... И это вы хотите изобразить мне - черному поясу по каратэ, мастеру кун-фу, у-шу, пу-пу, якутской борьбы <жэ>, самбо? Просто смешно! Перестаньте, вы устали, у вас больное воображение, ничего я с вашей женой не делал. Мы думали, что вас подстрелили, а я собирался ей сказать, что она мне нравится. Тут-то вы и появились! И очень хорошо, что появились, в последний раз повторяю: я очень рад, что вы вернулись живым и здоровым. Но, простите, как я должен реагировать на угрозу убийства консула

ССУХ? Ведь это же уголовщина, да еще со свидетелями... Ай-яй-яй... Ладно, будем считать, что я ничего не слышал. Завтра жду вас в девять.

Дробаха послал Наде воздушный поцелуй, вежливо улыбнулся и ушел.

Софрон Жукаускас замер в нелепой позе, обалдело раскрыв рот и тупо смотря перед собой. Послышался звук захлопываемой входной двери.

- Ну, что ты рот раскрыл? - насмешливо спросила Надя, туша сигарету в большой хрустальной пепельнице. - Вафли-то не летают!

Софрон тут же вздрогнул, встрепенулся и сел.

- Ну, здравствуй, что ли, муженек мой... - ласково сказала Надя, протягивая руку. - Ну, извини меня, я действительно думала, что тебя больше нет!

- Здравствуй, - жалобно ответил Софрон, пожимая руку жены. - Ты думала, я умер?

- Ну конечно! Мне было так горько! Я сходила с ума! Ужас! А тут еще победа! Все радовались! Паша меня утешил...

- Не будем об этом, - тихо сказал Софрои.

- Хорошо.

- Послушай! - вдруг выпалил Софрон. - Но ты же трахалась с Ефимом Ылдя, третьим агентом из Алдана, ведь я его убил прикладом, ведь я...

- Ылдя? - презрительно переспросила Надя, косо посмотрев на Софрона.

-Да!

- Ылдя? - еще раз переспросила Надя, как бы пытаясь что-то вспомнить.

- Да!

- Ах, Ылдя... Такой юркий... мудачок... Так щурится... Смешной такой... И ты что, мог поверить, что... я... с ним?!

- Так он же сказал мне! - отчаянно воскликнул Софрон. - Перед смертью!

Надя надменно хмыкнула и четко произнесла:

- Ложь!

- Ложь?.. - с надеждой сказал Жукаускас.

- Ну конечно, ложь!.. Да, он приставал ко мне, но я над ним посмеялась и послала его... Ты что, думаешь, я могу спать с каким-то... Ылдя?... Он, наверное, разозлился и тебе наговорил... Но это бред же какой-то: я и... Ылдя!

Жукаускас преданно поглядел Наде в глаза и тихо спросил:

- Это правда?

- Ну конечно!

- И ты действительно?..

- Ну да! Как ты мог подумать, что этот Ылдя...

- А я убил его!

- Ты же у меня настоящий мужчина! - улыбнувшись, сказала Надя. - Ты, наверное, и на войне был, и полком командовал, и по воздуху летал!

- Да, да... - радостным тоном прошептал Софрон, потом вдруг встал со своего стула, упал на колени, дополз до Нади, обнял ее ноги и заскулил:

- Ну, прости меня, пожалуйста, ну, прости... Я не поверил тебе, я усомнился, я думал, что ты... Я так тебя оскорбил, наговорил... А ты, оказывается, страдала, переживала, и Дроба-ха... Павел Самсонович... Он теперь никогда не простит меня?

- Я его попрошу, - сказала Надя, гладя Софрона по голове. - Все будет хорошо. Ты напишешь отчет, расскажешь все, и он забудет.

- Правда? - рыдая, произнес Жукаускас. - А ты... простишь меня?

- Прощу, любимый мой. Ведь ты так намучился, похудел...

- Я не ел с позавчерашнего дня! - гордо заявил Жукаускас.

- Да, да...

- А можно, мы будем сегодня с тобой... Заниматься. Можно ведь? Я так хочу...

- Глупенький ты мой, - сказала Надя. - Мне сегодня нельзя. Тебе надо писать отчет. Ведь это очень важный отчет! А еду я тебе приготовлю. Хочешь яичницу?

- Хочу! - весело воскликнул Софрон, вставая. - Я пойду мыться и чистить зубы, а ты приготовишь мне ужин. И мы будем сидеть, смотреть в окно, разговаривать и мечтать. И чудо осуществится прямо здесь, и ты будешь прекрасна и загадочна, словно волшебный образ высшей красавицы,а я буду рядом с тобой. И это будет так, и все будет здесь. Ты согласна?!

- Да! - ответила Надя.

- Как я счастлив! - сказал Софрон и вошел в душ.

Заелдыз второй

И наступил сбор. Огромный розовый зал был переполнен серьезными сидящими людьми в костюмах, которые шебурша-лись и негромко разговаривали друг с другом. На сцене стояла массивная трибуна из инкрустированного дерева, похожего на карельскую березу, а на задник сцены был приколот большой розовый флаг с мамонтом в центре, нанизывающим на бивни желтое солнце. Слега висел транспарант с надписью яркими голубыми буквами: <ЛДРПЯ ССУХ>. За окнами было пасмурно и пустынно; несколько людей на площади образовали небольшую очередь у серого одноэтажного домика. Софрон Исаевич Жукаускас, одетый в розовый костюм, сидел на откидном кресле с красивой девушкой, которая пусто глядела на полную пожилую женщину справа, и постукивал по подлокотнику указательным пальцем. На сцену вышел высокий молодой человек в бархатном пиджаке и кроссовках, все захлопали. Человек подошел к трибуне, весело посмотрел в зал, усмехнулся и зычно проговорил:

- Здорово, приятели!

- Фью-фью-фью-фьюить! - хором отвечали все.

- Приятели! Открываем очередной сбор нашей партии и правительства!

- Ура! Ура! Ура!

Человек хитро улыбнулся, выдержал паузу и сказал:

- Сегодня, приятели, у нас радость. В сборе примет участие наш любимый лидер, наша легенда, человек, приведший нас к победе, консул нашей страны, председатель нашего города и партии - Павел Самсонович Дробаха!

Начался какой-то всеобщий экстаз, грохот аплодисментов, топот ног, взвизги, вскрики, всхлипы; кто-то стучал ладонями по спинкам кресел, кто-то орал неразборчивые лозунги, кто-то истерически хохотал, кто-то рыдал. Человек на трибуне смотрел направо, и на лице его было написано выражение подлинного счастья.

Через четыре минуты истошного ликования, поразившего зал, на сцену вышел Павел Дробаха в розовом фраке, отороченном золотым галуном. Тут произошел вообще какой-то дикий взрыв восторгов,по своей силе несколько напоминающий атомное крушение Алдана. Дробаха подошел к трибуне с поднятыми вверх руками и начал делать ими колебательные движения, похожие на пассы экстрасенса, показывая залу, чтобы он замолчал. Зал не слушался; некий старик, резко что-то завопив, схватился за сердце и упал с кресла, а девушка, сидящая рядом с Софроном, издав низкий стон, засунула себе руку под юбку и принялась отчаянно мастурбировать, исступленно смотря на Дробаху.

Дробаха нахмурился и резко взмахнул руками, как будто грузчик, показывающий подъезжающей к складу машине, чтобы она немедленно остановилась. Зал тут же смолк; старика подняли и усадили, а девушка быстро вытащила руку и замерла во внимательной позе, как ученица за партой.

Дробаха встал рядом с трибуной, небрежно оперся о нее и негромко сказал, причмокивая:

- Здрастс, я очень рад, польщен вашему приему, вот, вырвал несколько минуток, чтобы встретиться... Но я не для этого здесь. Помните наш сбор еще в условиях подполья, наши планы о прекрасной жаре и гамбургерах, об агенте, связанном с Америкой и Канадой?

- Ах! - единогласно вымолвил зал.

- Так вот, мы же посылали двух людей, один из них трагически погиб за Якутию, кстати, давайте-ка помолчим в его честь немножко... Встать!

Все встали и застыли, потупив головы.

- Сесть! Все сели.

- Так вот, его звали Абрам Головко, он был моим личным другом и одним из основателей ЛДРПЯ!.. - Дробаха важно поднял указательный палец вверх и покачал им. - Я уже дал указание назвать в его честь улицу, площадь, школу... Корабль тоже неплохо.

Софрон гордо посмотрел по сторонам.

- Но другой наш действительный член вернулся, и находится здесь! Давайте похлопаем его мужеству, сейчас он доложит нам о своей поездке!..

Все захлопали и стали вертеть головами туда-сюда. Дробаха внимательно поглядел в зал, нашел, наконец, Софрона и торжественно объявил:

- Софрон Жукаускас! Ну, что же вы не встаете, не идете?..