несколько месяцев, смотрелись как-то тускло.
А ведь с ними тоже «поработал» Избранник Угла, который был очень сильным друидом.
Я бы даже сказал одним из самых сильных в этих землях.
Вспомнив про Избранника Угла, я сразу же вспомнил и о Северном Ветре.
Интересно, насколько он силен в своей звериной форме?
Если он является самым сильным друидом в Землях Великой Матери, то думаю, очень, ведь просто так такие титулы не дают.
Пока я рассуждал над всем этим, я попутно достал клинок и быстро разделал тушку зайца, которого мне принес Рух.
Жизнь уже давно покинула магического зверя и его магическое ядро, как и паутина энергетических каналов, тоже, потухли, но в я был уверен, что тушку все еще можно было использовать.
Во всяком случае, отрава в теле этого зайца, где-то, все еще должна была сохраняться и осталось понять только где.
Я снова окинул его тело магическим взором и понял, что у зверька, помимо рогов, которые отличали его от обычного длинноухого жителя полей и лесов, были еще отличия.
А именно, у него были два острых и длинных клыка, которые я не сразу заметил. Они были очень похожи на те, коими обладали ядовитые змеи, а это означало, что у этого зверька могли присутствовать и ядовитые железы.
Это я и решил проверить.
— Люк! — голос, который послышался сзади был наполнен тревогой.
Я обернулся и увидел у себя за спиной Принявшую разложение, которая со страхом в глазах взирала на меня.
Хотя, вернее будет сказать, что смотрела она на мои руки и окровавленный нож в моей ладони, а также на тушку зайца.
Я поднялся и удивленно посмотрел на Иную.
Моему примеру последовала и Рух.
— Это же… — произнесла шаманка и сразу же рванула в мою сторону.
Дочь Избранника Угла быстро сократила дистанцию между нами, и чуть было не снесла меня.
— Ты чего? — ошарашенно ответил я, увернувшись от шаманки, продолжая удерживать в руках тушку ядовитого зайца.
— Выбрось! — рявкнула моя первая жена, смотря на зайца, которого я держал за уши.
— Да что с тобой? — спросил я Принявшую разложение, которая выглядела слишком уж обеспокоенной.
Неужели все дело в этом звере? — я краем глаза посмотрел вниз.
Вероятно, в чем же еще⁈
— Успокойся! — произнес я и откинул тушку в сторону. — Объясни, в чем дело? — я смерил коренную жительницу другой стороны разлома недовольным взглядом.
— В Вирле, — ответила мне Иная и кивнула на рогатого ядовитого зайца.
— И что с ним? — спросил я, не понимая чем вызвана такая тревога со стороны шаманки.
— Он очень опасен! — ответила Принявшая разложение. — Вернее, его яд! Где ты, вообще, нашел его⁈ — спросила она, а затем повернула голову к Рух.
— Это твоя птица его принесла? — спросила дочь Избранника Угла и я кинул.
Моя собеседница тяжело вздохнула.
— Ясно, — покачала она головой. — Все же, не зря говорят, что эта птица приносит несчастья! — произнесла Иная и с враждебностью посмотрела на Рух.
Тонитрус, видимо, уловив во взгляде дочери Избранника угла опасность, начала искриться еще больше и взъерошившись, расправила крылья и начала издавать странные звуки.
— Не думаю, что это так, — спокойно произнес я, после чего посмотрел на своего крылатого питомца. — Лети, — сказал я магической птице, и та взмахнув крыльями, резко устремилась в небо.
А спустя секунд двадцать ее и след простыл.
— Расскажешь про Вирла? — спросил я шаманку и кивнул на ушастого зверька, тушка которого лежала недалеко от моих ног.
— Да… — неуверенно ответила моя собеседница. — Их еще называют «Рогатые обманщики» и эти ядовитые звери обитают в лесах, которые находятся в землях племени «Инаковидящие». Это племя, которое специализируется на разных ядах и в основе их, лежит отрава из ядовитых желез этих зверьков, — она кивнула на длинноухого.
Хм-м, а вот это уже интересно!
Я невольно улыбнулся, понимая, какое «сокровище» попало ко мне в руки.
Спасибо, Рух!
— В общем, их шаман… Он очень странный. Все, кто в их племени… Они принимают настойку, которую делает их Заглянувший в бездну — это тот шаман, про которого я тебе говорила… — она сделала небольшую паузу. — В общем, принимая ее, они становятся… Странными, — вновь она повторила слово, которое называла ранее.
— А что, ты под этим подразумеваешь? — поинтересовался я.
— Сложно сказать, — моя собеседница пожала плечами. — Они ведут себя не как остальные. Да, я уверена, что по меркам людей, ты всех, кто живет в Землях Великой Матери считаешь другими, но вот они… — она снова задумалась. — Даже по нашим меркам…«странные», — вновь дочь вождя употребила не раз произнесенное ранее слово.
И снова ничего не понятно, — подумал я и тяжело вздохнул.
Дальнейшие расспросы насчет племени, которые судя по всему постоянно употребляли какой-то яд, сделанный на основе отравы зверька у моих ног, я решил не проводить, но это не означало, что я потерял интерес к самому Вирлу.
— Так, и чем опасен яд этого ушастого? — я кивнул на рогатого зайца лежащего на траве.
— Он вызывает галлюцинации, — ответила Принявшая разложение. — Очень сильные, — добавила она, окинув тушку магического зверя взглядом, в котором перемешались множество чувств, но самыми сильными были страх и отвращение.
И опять же, было необычно видеть дочь Избранника Угла в таком состоянии…
При этом, сам яд меня очень как интересовал. Я бы даже сказал, что мне он стал интересен еще больше, после слов шаманки.
Видимо, это отразилось в моем взгляде, ибо Принявшая разложение спросила:
— Ты будешь его пробовать? — задала вопрос дочь вождя Детей Угла, который удивил меня.
— С чего ты так решила? — спросил я жену.
— Хе-ех, — хмыкнула моя собеседница. — Люк, я видела твою магию еще до того, как ты попал к нам на болота, — произнесла Иная. — И видела, после того, как ты прошел инициацию нашего племени, — добавила она, смотря мне в глаза. — Ты знаешь, что я тоже могу видеть суть магии, поэтому я видела, насколько ты окреп в магическом плане, после того, как выпил кровь нашего Бога. А дальше, пока ты у нас жил, ты становился еще сильнее и поэтому, сделать вывод, что твой дар Великой Матери становится крепче и развивается, когда ты поглощаешь яды, большого ума не нужно, — заключила моя первая жена, изрядно удивив, своими словами.
— Я и не думал, что ты…
— Не только я, но и отец, — усмехнулась дочь вождя. — Люк. Наши глаза видят гораздо больше, чем глаза людей, — произнесла шаманка. — Как, впрочем, и твои, — моя собеседница улыбнулась. — Но, как я уже и говорила, ты необычный человек. Если, вообще, человек, — добавила Иная, продолжая
