сумела бы одолеть бессмертного мага и забрать его тело? В прошлой жизни я была самой обычной девушкой, работала в строительной фирме, воспитывала кота, в свободное время читала книги…
— Что? — шокировано переспросил мальчик.
— Что? — невольно повторила Вика, не понимая, что его так удивило.
— Ты сказал, что был девушкой?! — недоверчиво произнес бывший злодей.
Фальшивого Лань Веньхуа в тех дурацких песнях, которые сейчас так популярны, воспевали как могущественного героя, остановившего вторжение демонов, как Великого Учителя, написавшего множество мудрых книг, как идеал утонченной мужской красоты, а он внезапно заявляет, что был женщиной в прошлой жизни.
— Да, — подтвердила Вика. — А потом я, по-видимому, умерла, и, к счастью, моя память этого не сохранила. Возможно, подсознание таким образом пыталось защитить себя. И вот я уже открываю глаза в какой-то незнакомой странной комнате, и тело у меня — совершенно точно не мое…
— Я тебе не верю! Что за нелепую ложь ты несешь, мерзкая тварь!
Вика, которую уже в четвертый раз перебили, недовольно поджала губы. Наверное, она действительно слишком много надежд возлагала на адекватность бывшего злодея, а может, это у него просто в детском теле гормоны бурлили и думать мешали. Или злодеем его считали как раз потому, что он всех перебивал и грубил. Ну… девушка, кажется, начинала их понимать.
— Давай все обсудим, как два разумных человека… — попыталась она снова.
— Не смей называть себя человеком, монстр!
— А ну живо сел и заткнулся! — не выдержала Вика и рявкнула. — Будешь своему учителю грубить — выпорю!
Цун Сунлинь сам не понял, как так вышло, но в следующий миг он уже сидел на своем прежнем месте за чайным столиком. Чудовище с его лицом уселось напротив с неожиданно теплой улыбкой.
— Молодец. Сейчас мы поговорим и все обсудим, как два цивилизованных существа. Мы же оба — ученые, а значит, сможем прийти к консенсусу без использования оскорблений.
Бывший глава пика стиснул зубы. Будет его какой-то монстр попрекать недостаточной цивилизованностью!
— Отлично, — увидев, что переродившийся злодей готов к разговору, произнесла Вика. — Сейчас я поведаю тебе свою версию событий, потом можешь задавать уточняющие вопросы. Итак…
Она начала рассказывать свою историю, опуская подробности о том, что мир ненастоящий. Да и Систему назвала "высшими силами", которые выдают ей задания. Цун Сунлинь поначалу действительно пытался просто слушать, но чужак с его лицом говорил уж слишком невероятные вещи, поэтому он то и дело начинал с ним спорить, правда, в этот раз старался удержаться от оскорблений.
— Да, я тоже возмущена! Какой из тебя злодей?! Если бы не твоя дурная привычка перебивать и грубить, то тебя вообще можно было бы посчитать белым лотосом, — неожиданно произнес поддельный Лань Веньхуа.
Сунлинь так и замер с приоткрытым ртом. За почти сто двадцать лет он как-то привык быть тем, кого все ненавидят. И если в юности сильно задевало, когда его обвиняли ни за что, то потом он сам начал сразу высказывать людям все, что он о них думает, в самой едкой форме. Смысла быть вежливым просто не осталось, ведь как бы он ни старался нравиться окружающим, всегда все заканчивалось всеобщей ненавистью. И вот впервые в жизни кто-то назвал его белым лотосом. Самое ироничное — слышать подобное из уст монстра, укравшего его жизнь.
Вика видела, что шкала отношений постепенно растет, и радовалась, что аура так хорошо работает. Раз уж прежний Лань Веньхуа неожиданно вернулся, то она хотела наладить с ним отношения. Хотя она совсем не таким его представляла по заметкам на полях и дневникам, которые ей удалось-таки расшифровать всего год назад. Но возможно, бывший злодей просто слишком зол, да и детское тело сказывается на поведении. Вот придет немного в себя, обдумает новую информацию, и вновь станет тем человеком, с которым у Вики полностью совпадают вкусы в литературе.
Сын
За кратким пересказом событий и последовавшими спорами прошло уже больше двух часов. К этому времени шкала успела подняться до положительных значений, похоже, бывший Веньхуа все-таки поверил, что в его тело она попала непреднамеренно, хотя вслух так и не признал этого, продолжая называть слова Вики ложью.
— Вообще-то, у меня есть одно неоспоримое доказательство, что я не вру. За успешное выполнение миссий я иногда получаю награды. Ускоренное совершенствование — одна из них. И я уже на сорок седьмой ступени. Без вмешательства извне такая скорость просто невозможна.
— Я так и знал, что ты всех обманываешь! Сорок четыре ступени за десяток лет — это просто противоестественно! — тут же позлорадствовал бывший антагонист, вспомнив, что сам поднялся всего на три ступени за сто десять лет. — Без поддержки высших сил ты никто!
Девушка уже поняла, что оттоптала его любимую мозоль, поэтому оставила реплику без внимания. По крайней мере, бывший Веньхуа убедился, что она не сама его убила, и вроде как принял версию со смертью от искажения Ци.
— Я всегда думала, что ты мертв, мне даже в голову не могло прийти, что ты переродишься, да еще и сохранишь воспоминания. Но я, правда, рада, что ты вернулся.
— Не боишься, что я открою всем, кто ты такой на самом деле? — криво усмехнулся Сунлинь.
— Нет. Ты не злодей, что бы там про тебя ни говорили. Сейчас, когда мы все обговорили, у тебя нет повода мстить.
Усмешка Сунлиня стала еще более кривой. Вообще-то, поступая на пик науки и искусств, он составил множество всевозможных планов, как втереться в доверие к поддельному Веньхуа, а потом использовать подлог, шантаж и ложные обвинения, чтобы полностью уничтожить его.
— Не думай, что я тебе поверил, — произнес мальчик, хотя по его шкале Вика была уверена в обратном.
— Чтобы доказать тебе свою добрую волю, я собираюсь вернуть тебе твое имя и жизнь.
— Что?! И как ты себе это представляешь?
— Я тебя усыновлю. А потом ты вырастешь, станешь новым главой пика, на церемонии назначения возьмешь имя Веньхуа — и готово. Ты снова глава пика науки и искусств — Лань Веньхуа, — предложила крайне довольная собой Вика.
Сунлинь который раз за день замер с приоткрытым ртом. Не удивительно, что эта душа свою первую жизнь завершила раньше срока. Гораздо более удивительным было другое — как она тут протянула больше дюжины лет? Да с такой доверчивостью и готовностью отдать первому встречному что угодно, ее давно уже должны были демоны сожрать. Ну или собственные собратья угробить, что почти то же самое.
— Раз ты такой щедрый, то может, и тело мне вернешь, — хмыкнул он, не поверив
