доски, фляги, деревянные шурупы, прялки, деревянные тарелки и т. д.
В 1568 г. Роберт Коллетт переправил более 100 столов из Данцига в Лондон, а другой купец импортировал 2 небольших письменных стола. В 1588 г. Питер Коллетт приобрел в Данциге небольшой письменный стол, а Роберт Мэйотт – дюжину «женских столов».
В лондонских портовых книгах регистрируется импорт игровых столов и досок из Данцига. Например, в 1568 г. лондонский купец Джарвис Саймонс привез 6 «игровых столов», в 1587 г. Ральф Менли импортировал 70 пар игровых столов. В 1588 г. четыре лондонских члена Истлендской компании – Роджер Кларк, Питер Коллетт, Джеймс Льюис и Роберт Мэйотт – приобрели 27 дюжин игровых столов в Данциге. В таможенном регистре Эльбинга за 1586 г. упоминается об экспорте в Англию 41 игрового стола.
Среди импортеров «данцигских сундуков» в 1586 г. были Томас Рассел (31 сундук), Э. Ардунер, Г. Мильнер и У. Уотсон. Всего ввезли 45 сундуков и 30 предметов оснащения сундуков. В 1588 г. данцигский купец М. Тиммерманн вывез в Лондон 10 сундуков. В эльбингском таможенном регистре за 1586 г. упоминается об экспорте в Англию 600 деревянных шурупов, в регистре за 1599 г. есть подробности об отправке 20 винтов в Ярмут.
В 1574 г. английские купцы импортировали из Данцига 1 прялку и 12 дюжин расписных деревянных тарелок, в 1586 г. было отправлено 60 узких липовых досок, в 1588 г. – 60 шкатулок, 3 ларца для бутылок и т. д.
F. Шкуры и меха. Английские корабли перевозили лишь небольшое количество этих предметов из Балтийского региона, шкуры состояли в основном из козлиных, бараньих, телячьих, некоторых лосей и т. д. Этот импорт поступал главным образом из Нарвы и был особенно большим, когда этот порт был открыт. Их дополнил импорт из Риги. На практике импорт из Польши через Данциг и Эльбинг развился только после закрытия Нарвы, но даже тогда он никогда не достигал больших объемов. Превосходство России в этой отрасли экспорта было несомненным. Через Нарву Россия в 1563–1578 гг. отправляла в Англию ежегодно несколько тысяч мехов, в 1566 г. их было около 50 000. Начиная с 1575 г. импорт в Англию мехов и шкур из польских портов достиг нескольких сотен в год, самые же высокие цифры пришлись на 1599 г. – около 3000 – и на 1590 г., когда Данциг и Эльбинг прислали 1000, а Кёнигсберг – 1400 мехов и шкур. Когда Нарва была закрыта, английские купцы ввозили меха и шкуры из России северным путем, но данные об этом ввозе отрывочны. В 1587 г. Московская компания ввезла северным путем 2430 соболиных мехов, 1020 бобровых, 896 лосиных шкур, 1750 козлиных, 3440 коровьих шкур и т. д. В лондонской портовой книге за 1588 г. указан следующий импорт шкур и мехов из Архангельска: 1180 лосиных шкур, 240 бобровых шкурок, 11 000 беличьих шкурок, 5800 коровьих шкур и т. д.
G. Шерсть и текстиль. В отдельные годы во 2-й половине XVI и в начале XVI в. Англия входила в число крупнейших импортеров балтийской шерсти, получаемой главным образом из Польши («полонская шерсть»). Экспорт шерсти на Запад морем был сравнительно небольшим и до 1586 г. находился в основном в руках голландцев и ганзейцев. Лишь после 1589 г. через Зунд прошли английские суда с все более крупными грузами польской шерсти, с этого года она возглавила эту балтийскую торговлю. В 1589 г. английские корабли перевезли из Балтики 75 шиффунтов шерсти, в 1591 г. – 270,5 шиффунта, и в течение нескольких последующих лет импорт поддерживался на уровне около 200 шиффунтов шерсти в год. В самом конце века голландцы вновь заняли ведущее место в этой торговле.
Помимо шерсти, английские купцы импортировали из Польши различные текстильные изделия, в том числе ковры. В 1587 г. три лондонских купца купили в Польше 614 ковров и экспортировали их через Эльбинг, в 1588 г. Лондон получил 70 польских ковров и 430 венгерских ковров из Эльбинга. В 1604 г. 400 польских ковров прибыли в Лондон из Эльбинга. В записях мы встречаем спорадические поставки окрашенной ткани из Эльбинга в Лондон, например, в 1599 г. было вывезено 2 ящика и 478 штук ткани. Но прежде всего следует отметить экспорт из Прибалтики дешевых тканых изделий, таких как камлот и мухояр (мохер).
Мухояр и камлот относились к товарам так называемых «шотландских торговцев». Это были тонкие тканые материалы из чесаной шерсти, однако их происхождение до конца не выяснено. В источниках упоминаются турецкие, венецианские, немецкие, данцигские и другие мухояры, что в большинстве случаев могло обозначать лишь то место, откуда их вывозили. Оба этих материала носили преимущественно женщины, как подтверждал Езовский, писавший в середине XVII в.:
Хороший мухояр, дешевый турецкий, идет лучше
Качественного дамаста, венецианского,
Хорош камлот или еще малиновая одежда,
Но не дорогой бархатный халат.
В начале XVI в. камлот начали производить в Англии, а в середине века из него шили одежду для джентльменов. В 1664 г. Пипс писал, что надел новый камлотовый костюм, лучший из всех, которые он когда-либо носил.
Помимо мохера и камлота в Англию завозили и грогрем из Польши (встречается даже термин «грогрем камлот»). Первый известный в Англии грогрем был импортирован из Турции и Леванта, поэтому к нему прикрепился термин «турецкий грогрем». Наконец, мы встречаемся с импортом из Польши определенного количества «мокадо» – искусственного бархата, изготовленного из шерсти или хлопка.
Только что упомянутые тканые материалы были импортированы в Англию из Польши лишь в небольших количествах. В эльбингском таможенном регистре за 1594 г. упоминается только 1 тюк вроцлавского мохера. В лондонской портовой книге 1587 г. также указано очень небольшое количество мокадо, импортированного из Балтики. В 1587–1588 гг. два лондонских купца, Уильям Шакрофт и Лоуренс Карлилл, импортировали 4 штуки этой ткани из Эльбинга, но в самом конце века Англия импортировала большее количество камлота и грогрема из Польши. В 1599 г. английские корабли приняли на борт в Эльбинге 192,5 штуки камлета и 146 штук турецкого грогрема. Среди основных лондонских импортеров турецкого грогрема был Лоуренс Карлилл, который купил 2 штуки в Эльбинге в 1587 г., а в 1588 г. привез в Лондон из Эльбинга 60 штук «грогрем-шамлота» (помесь грогрема и камлота).
H. Красители. Во 2-й половине XVI в. Англия импортировала красители, особенно красные, из Прибалтики, в частности, для удовлетворения потребностей в окраске тканей. На основании таможенных данных трудно провести какое-либо различие между разными видами красителей. Эльбингские таможенные регистры свидетельствуют о довольно большом вывозе красного красителя из Польши в Англию. В 1586 г. суда из Лондона и Халла перевезли в Эльбинге 256 полукадок красной краски. В 1587 г. английские корабельные мастера вывезли из Эльбинга 76 полукадок и 60
