class="p1">— Тогда почему мне не дали такой же возможности? — гневно зарычал Алластер, лицо Марлы тут же позеленело.
— Что вы имеете в виду? — Кай взглянул на мать, но единственное, что она источала, это злобу.
— Твой сын не знает, что монстрами становятся лишь тогда, когда столкнешься с чудовищем? — «шакал» играючи помотал головой, выдав информацию, в которую Кай едва ли мог поверить. — Твоя матушка и ее прихвостни лишили меня ребенка. Только поэтому моя жена подожгла дом, в котором ты был. Око за око. Дитя за дитя.
— Нам пришлось подписать мирный договор, чтобы подобного более не повторялось, — вступился Феликс, вылезая из собственной раковины, стремясь на подмогу Марле. — Все эти годы мы успешно избегали убийств. Но после смерти Брэдли едва ли мы можем плыть по течению.
— Мы неизбежно упираемся в это, — Айк вытащил из-за пазухи пистолет.
*****
Машина неслась на огромной скорости, шины колес заверещали, подняв облако пыли. Я выскочила наружу, вдали виднелась толпа людей. Маэль схватил меня за руку и мигом дернул в сторону леса. Я пригнулась, обхватила дерево и аккуратно привстала, выглядывая из-за ствола. Видимость была плохая — рассмотреть удавалось лишь незнакомые спины. Тихой поступью я подкралась ближе. Маэль шикал мне в спину и просил не высовываться, когда я неосмотрительно давила под подошвой сухие ветки. Наконец передо мной открылся лучший обзор.
Кай выглядел изможденным, однако лицо его было невозмутимым. Худые руки свисали веревками по швам, синева под глазами очертилась сумрачными синяками. Вид был нездоровым. И все же ему хватало энергии достойно стоять напротив «шакала». Пара человек двинулась вперед, загородив мне обзор. Когда они вновь рассосались, дав возможность увидеть лицо Кобры, я лицезрела уже совершенно другую картину.
Бандит держал пушку на вытянутом локте, целясь прямо в Кая. Едва я успела сделать шаг, как оружие подчинилось рукам своего хозяина. Послышался выстрел. В эту секунду электрический разряд, взбирающийся по моему позвоночнику, ударил в предсердие. Кроваво-багряный след заполнил простреленную грудь. Кай припал на колени, по инерции его перевесило, и он рухнул ничком на землю.
— Кай! — отчаянно завопила во все горло.
Внутри меня что-то надломилось. Разом вспыхнувшие столь ненавистные чувства было не удержать.
Начался переполох, люди озверели. Тени замелькали перед глазами, откуда-то послышались выстрелы, но я уже ничего не замечала. Тело сотрясало от рыданий. Он погиб!
Я не переставала рваться к нему, срываясь на рев, взвывать его имя. Маэль удерживал меня, кричал и отчаянно тянул назад, хватаясь за плечи, руки, причиняя боль незажившим ранам.
Открыв переднюю дверцу машины, Маэль попытался втащить меня в салон. Ему удалось силой закинуть меня в кресло, мигом занять водительское и рвануть с места.
Тело покрылось холодным потом. Я провела рукой по лицу, откинув назад растрепанные волосы. Воздуха не хватало, я едва не давилась собственными всхлипами.
Разрушение? Боль? Нет! Это было слишком мягко, слишком по-человечному — прочувствовать подобное. Меня просто не стало. Сгорела вместе с ним, одновременно с тем выстрелом.
Рвота подступила к горлу. Руки сами по себе начали искать выход, хватаясь за ручку на автомобильной двери.
— Остановись! — голос срывался на панический визг.
Я выпорхнула, очистив желудок прямо на проезжей части. Слезы покатились градом. Сил успокоиться не было. Меня вновь затошнило. Согнувшись пополам, одной рукой схватилась за живот, свободной — за капот, на этот раз полностью опорожнив желудок.
Маэль выскочил из машины, жадно хватая воздух. В один миг тормоза в его голове слетели. С особой злостью он заколотил по стеклу ногами, оно обрисовалось мелкими трещинами. Металлу тоже досталось. Срываясь яростным гневом, парень без разбора крушил все, что попадалось под руку, пытаясь заглушить внутреннего зверя.
Выдохнувшись, Маэль обессиленно свалился на асфальт, прикладываясь головой к автомобильной двери затылком. Я едва подползла к нему и осела рядом. Камень холодил ноги сквозь джинсы, пробираясь под кожу. Внутренности снова скрутило.
Моя трясущаяся ладонь крепко взяла усыпанную мелкими ссадинами руку Маэля. Наши пальцы переплелись, а моя голова опустилась на его грудь. Я слышала, как быстро бьется его сердце, чувствовала, как мое поспевает за ним, пытаясь не отставать от этого кросса под лозунгом «скорбь!». Тело полностью обмякло. Зубы стиснулись до боли. Но закрыть глаза я не посмела.
— Я не сказала ему, — горло ссадило. — Я ни разу не сказала, что люблю.
Проезжая часть опустела. На ней остались только мы вдвоем. Тихие, забитые мальчик с девочкой, бездумно смотрящие на глупые кустарники, прорастающие вдоль трассы. Даже если кто-то из редко проезжающих людей обращал на нас внимание или сигналил, я никогда не узнаю об этом, ведь меня там словно и не было.
— Поехали, — произнес Маэль без лишних слов спустя минуты молчания.
*****
Пахнет прохладой, сухо. Дорога, по которой мы едем, плавится под колесами шин. Маэль держит высокую скорость, откуда-то снизу слышен свист. Я прикорнула на пустом оконном проеме, разглядывая тусклые фонари, которые терялись при естественном, пробуждающемся свете. Слезы не лились, но это ничего не меняло. По-прежнему думала о нем и беспощадно для собственного состояния восстанавливала по крупинкам одно и то же жуткое воспоминание.
«Я буду чувствовать тебя всегда, вот здесь, под самым сердцем. И пусть этот укромный уголок отныне заперт за семью замками, мне будет позволено подглядывать в замочную скважину на наше прошлое, что отныне потеряно. Не знаю, видел ли ты такой финал этого скудного романа, странной дружбы, но, к сожалению, он оказался прискорбным. Мы не заслужили этого! Мне слишком долго приходилось скорбеть по идеальной жизни с полноценной семьей, любящему человеку, пушистой кошке, выездам за город. Однако лишь потому, что этого в моей жизни так и не случилось, я бы не хотела считать нас отбросами, не заслуживающими счастья. Мы его заслуживали! Заслуживали, черт побери! Я внемлю твоему совету, честно попытаюсь выкарабкаться! Я обещаю».
— Обещаю…
Эпилог
Октябрь. 19 лет назад. Железнодорожный вокзал.
Молодая пара со своим новорожденным ребенком бежала к перрону. Девушка придерживала головку своей малютки-дочери, крепко прижимая к груди. Мужчина отставал на шаг, оглядываясь по сторонам. Едва он успел заметить блеск до жути знакомых медальонов, как тут же схватил запястье возлюбленной, затянув ее в проем между зданиями.
— Еще немного, — шептал молодой человек, обеспокоенно осматривая своих любимых.
— Я видела их. Они повсюду, — слезно хрипело в ее груди.
Спустя несколько секунд движение пришлось продолжить. Пара вбежала в зал ожидания в попытке сокрыться, однако там их подстерегал плохой сюрприз. Те, от кого они убегали, наступали на пятки. Спасением оказался живой щит в виде
