ты отпускал?
- Ладно, - Макс тянется к телефонному аппарату, которого Ясмин здесь раньше не видела и набирает короткий номер. - Я прикажу подать машину, раз уж ночи, наполненной взаимной страстью у нас с тобой не выходит.
После этого ужина Макс перестал настаивать на совместных вечерах с его родителями и больше не сталкивался намеренно с ее новыми знакомыми, даже, если Яся забегала в студенческой компании в кафе побаловать себя десертом. Он не выговаривал ей за эти короткие неформальные встречи с сокурсниками. Он не читал нотаций менторским тоном своей маменьки, не возвращался к требованию сменить гардероб на нечто более элегантное, но все же перевез часть ее вещей из загородного дома в квартиру, вероятно, не теряя надежду увидеть ее в одежде приемлемых расцветок и фасонов. Отношения между ними стали… почти сносными, но это с каждым днем все больше напоминало некое затишье перед грандиозным представлением балетной труппы с Максом в роли ведущего солиста или это она просто привыкла постоянно бояться, искать скрытый умысел там, где его никогда не было. Погода баловала неожиданной оттепелью перед праздничными каникулами, настроение неуклонно ползло вверх и, счастливая улыбка почти не сходила с губ Яси. Она вся словно светилась в ожидании необыкновенного чуда, что - то должно было случиться, нечто прекрасное, способное непременно изменить все происходящее вокруг нее к лучшему. Возможно, это был Макс… иной, более терпимый и мягкий. Непривычный для восприятия, очень, очень привлекательный с этим своим неизменным налетом высокомерного превосходства и неожиданно теплым взглядом прозрачных глаз. Он словно вернулся в то самое лето их знакомства, приглашая и ее в то полузабытое волшебство первых встреч, легкого флирта, но теперь с неизменным продолжением вечера в его нежных объятиях. Все было замечательно настолько, что не верилось в реальность происходящего. Пока однажды ей не позвонил сеньор Дамазо с просьбой о короткой встрече, но о которой его сын не должен был знать. Ясмин согласилась и пригласила его в гости к ним домой, приготовила чай и уселась напротив гостя, пододвигая ему чашку с горячим чаем.
- Я думаю, ты должна знать причины, побудившие меня назвать твой адрес Максу. - Витале Дамазо не притронулся к чаю и посмотрел на девушку, кривя губы в слабом подобии улыбки. - Мой сын просил меня не делать этого, но я не вижу смысла в дальнейшем молчание, если между вами все настолько прекрасно, как он утверждает. Макс обещал жениться на тебе. Он надел на твой палец обручальное кольцо. Нина готовится к предстоящей свадьбе и ты, конечно, ничего из этого не знала?
Сеньор Дамазо не выглядел удивленным, за то ошеломленное выражение лица Яси говорило ему о многом.
- Я не знаю, почему он настолько… противник брака, но то, что он даже через столько дней не счел нужным рассказать тебе о помолвке, меня это настораживает и, если ты, Ясмин, не считаешь возможным быть рядом с ним, я помогу тебе, снова.
- Но…
Девушка замолчала не в силах продолжить, слишком удивленная только что поведанным ей Витале Дамазо.
- Ты уедешь из страны, я помогу устроиться, у тебя будут деньги, но при одном условии, Ясмин, - Витале чуть наклонился вперед, упираясь локтями в колени и складывая ладони перед собой. - Больше ты никогда не вернешься сюда, не попытаешься увидеться с моим сыном. Макс становиться другим рядом с тобой. Он не умеет уступать, не считает нужным сдерживаться, он всегда был таким, наш единственный сын. Возможно, он, и привязан к тебе достаточно даже для того, чтобы удержать силой, против твоей воли. Он может даже жениться, но… ты останешься для него… никем… он не посчитал нужным пригласить на собственную свадьбу ни одного родственника, ни одного своего друга… ты для него можешь попытаться стать кем угодно, но стоит ли Макс вот такой твоей всепрощающей любви. Ты молода, немного наивна и достаточно умна, чтобы понять одно, он не признает тебя равной себе.
- Он мне это уже говорил, сеньор Дамазо, не стоит повторяться. У меня нет воспитания, нет манер, и я до сих пор предпочитаю пользоваться из всех столовых приборов исключительно вилкой, в силу полного отсутствия воспитания, разумеется.
- Дело даже не в твоем воспитании, он много старше тебя, он может поиграть в твою независимость, позволить посещать занятия, совсем недолго. Все его показное и насквозь фальшивое добродушие прекратиться вскоре после свадьбы. Я не настаиваю, Ясмин, ты можешь попытаться что - то доказать ему, мы поддержим тебя… на словах… не более. Мой сын станет твоим супругом, ты войдешь в нашу семью…
- И он запрет меня в вашем загородном доме, можете не продолжать, это он мне тоже уже говорил.
- Ты хочешь для себя не этого, ты немного иначе воспитана, именно поэтому я и предлагаю тебе уйти от него. Я надеялся, что отношения между вами изменяться, Макс поймет, что ты для него станешь счастьем. Ты мне нравишься, действительно нравишься. Твоя независимость, нежелание получать финансовую помощь Макса, легкий характер… и вот вы приезжаете, и я вижу твои разбитые губы, и обнаженную спину в вырезе платья… старые шрамы от его прошлых избиений, я понимаю? Поэтому я и пришел к тебе, предложил исчезнуть, совсем, ты можешь мне не верить, но он больше не узнает ни твое имя, ни то, куда ты уехала.
- Но…
- Ты его любишь, - губы Витале пренебрежительно дрогнули. - Будешь ли ты его любить после того, как он в очередной раз попытается отработать на тебе свои балетные па? Ударить мимоходом… унизить… это для тебя составляет семейное счастье? Но именно это будет ждать тебя с моим сыном. Он может попытаться стать терпимым к тебе, но… сможешь ли ты стать достаточно умной, чтобы принять его власть над собой и не пытаться ее оспаривать в дальнейшем? Он старше тебя, он считает себя вправе распоряжаться тобою по своему усмотрению, ты для него почти вещь,
