Лицо Брайена потемнело.
– Ты не видел его? – спросил Джим. – Вы должны, были пройти мимо него. Нас окружила стая сандмирков во главе с исполинской самкой. Арагх остался сражаться с чудовищем.
– Вы оставили его одного? – вскричала Даниель.
– Волк настоял, – хмуро ответил Брайен. – Мы бы не бросили его одного!
– Мы не видели ни волка, ни сандмирков, ни следов сражения, – сказал Дэффид.
Джим молчал. Слова Дэффида прозвучали как удар ниже пояса, хотя вчера он уже смирился с тем, что, возможно, никогда не увидит волка в живых.
– Что бы он там ни говорил, чего бы ни требовал, вы не должны были оставлять его наедине… – начала Даниель, но Каролинус перебил ее:
– Даниель!
Она повернулась к Каролинусу.
– Маг! – воскликнула она. – Ты здесь? Тебе было сто лет, когда я была девочкой! Ты зря ввязался!
– Я там, где должен быть, – заявил Каролинус. – Как был на своем месте волк, так сейчас на своем месте сэр Джеймс и сэр Брайен. Не обвиняй их. Арагх должен был остаться и биться в одиночку, чтобы дракон и рыцарь смогли прийти сюда в назначенное время. Это все; больше мне сказать нечего!
Старик не спускал глаз с Даниель. Взгляд девушки стал печальным, и она отвернулась.
– Я разыщу волка… – сказал Джим, скорее, может быть, себе самому. – Как только все закончится, я непременно разыщу Арагха.
– Вероятно, – сухо сказал Каролинус. Он еще раз взглянул сквозь Джима. – Доброе утро, драконы!
– Секох! – воскликнул Брайен. – И… кто это? – Смргол, джордж! – гневно рявкнул старый дракон.
Он прихрамывал, опирался левым крылом о спину водяного дракона. Левое веко закрылось почти полностью.
– Обожди, дай отдышусь! Годы не те, одышка замучила. Через минуту я приду в себя. Смотрите, кого я привел!
– Не слишком я и рвался… – заикаясь, оправдывался Секох. – Но Его Превосхо… У вашего дядюшки врожденный талант к убеждению.
– Правильно! – прогремел Смргол, очевидно успевший немного прийти в себя за то время, пока говорил водяной дракон. – И не смей обращаться ни к кому «Ваше Превосходительство». Это придурь да блажь!
Затем, повернувшись к Джиму, он пробормотал:
– Паренек, – сказал я ему, – хватит молоть языком, что ты обыкновенный водяной дракон! Не равняйся на трусов, ты – другой. В каком мире мы бы оказались, если бы все запели на твой лад?
Смргол попытался изобразить высокий голос Секоха, но все, что ему удалось, это поднять свой голос на пол-октавы.
– «Я никчемный травяной дракон, которого боятся одни лягушки. Простите великодушно, но маленькому тщедушному дракону не до великих битв…» Парень! – закричал я. – Ты – дракон! Запомни раз и навсегда! Дракон ведет себя как дракон, или он становится червяком!
– Золотые слова, – сказал Брайен.
– Слышал, паренек? – спросил у Секоха старый дракон. – Даже джорджи понимают жизненные ценности.
Он повернулся к Брайену.
– Мы не знакомы, джордж.
– Брайен Невилл-Смит, – представился Брайен. – Рыцарь-одиночка.
– Смргол. Дракон, – отрапортовал дядюшка Горбаша. – Он одобрительно осмотрел доспехи и оружие Невилл-Смита. – Отличное снаряжение! Бьюсь об заклад, что в пешем бою ты держишь щит чуть выше обычного.
– Да. Но как ты узнал?
– По блестящей полосе. Удерживая щит, твоя рука трется о доспехи. Высоко поднятый щит – прекрасный тактический маневр против джорджа, но не советую пробовать его на мне. Я просовываю хвост между твоих ног, и через секунду ты опрокинут на землю.
– Да? – Слова Смргола явно произвели впечатление на рыцаря. – Я ценю и запоминаю мудрые советы. Благодарю! Но не придется ли туго прежде всего тому дракону, с которым мне выпадет сразиться?
– Вот что я скажу. – Смргол прокашлялся и продолжал: – Извини, некоторое время назад я пришел к убеждению, что драконам и джорджам пора прекратить распри. Мы похожи во многом…
– Если ты не возражаешь, Смргол, – язвительно вмешался Каролинус, – прекратим дискуссию. Времени на болтовню у нас нет, а полдень наступит через…
Крик Даниель прервал волшебника. Все обернулись и увидели, как она побежала по дороге. Навстречу им, хромая, медленно ковылял на трех лапах Арагх.
Даниель подбежала к волку, села на колени и обняла его. Арагх раскрыл пасть и длинным языком лизнул левое ухо девушки. Через мгновение он высвободился из объятий девушки и подошел к отряду, несмотря на все попытки Даниель уложить его на землю и осмотреть сломанную лапу. Только подойдя к отряду, он позволил осмотреть себя.
– Зачем ты пришел? – увещевала девушка.
– Пытаешься не влезать в передряги, так ничего не выходит, – сказал Арагх и злобно оскалился.
– Ты прекрасно знаешь, о чем я! – вспыхнула Даниель. – Нельзя ходить со сломанной лапой.
– А что еще оставалось делать? – прорычал волк. – Я убил самку, но ее детеныши окружили нас. Они надеются получить ваше мясо, после того как башня разделается с вами. Им надо много мяса, чтобы откормить новую самку. Никто не сумеет управиться с сандмирками лучше, чем я. Пока я с вами, они не посмеют приземлиться.
– Мы посчитали тебя мертвым, – мрачно сообщил Брайен.
– Мертвым, сэр рыцарь? – Арагх посмотрел на рыцаря. – Английский волк мертв только когда его кости побелеют на солнце!
– Довольно болтать! – приказал Каролинус. – Время идет, а с его ходом изменяются Случай и История. Полдень наступит через… Когда наступит полдень?
– Четыре часа, тридцать семь минут, двадцать секунд, на втором ударе гонга, – ответил невидимый голос, который Джим слышал ранее. Наступила пауза и раздался мягкий перезвон. – На втором перезвоне, – поправился голос.
Каролинус что-то неразборчиво пробормотал. А затем обратился ко всем.
– В путь! – приказал он. – Держаться группой! Двигаться за мной!
Он вытащил жезл из земли, и они направились к башне, Брайен ехал верхом на Бланшаре, конь не имел больше ничего против продвижения вперед.
День выдался вроде бы ярким и чистым, но, как только соратники пустились в дорогу, он начал меняться. Темные тучи заволокли небо, а воздух потяжелел точь-в-точь как вчера. С моря приполз туман, и мутная серая пелена заволокла болота. Облака слились в единый купол и опустились над Башней, повиснув над отрядом на высоте ста футов. Промозглый, унылый холодок предыдущего дня окружил отряд, и настроение Джима изрядно ухудшилось.
Он огляделся.
Как ни странно, никто из этих, наугад подобранных, индивидуумов, которые были его соратниками, не подвергался новому проявлению власти хозяев Презренной Башни. Арагх ковылял на трех ногах, прихрамывая и ворчливо убеждая Даниель, что скоро ляжет и она сможет наложить шину на сломанную ногу. Каролинус, возглавлявший отряд, двигался свободно и непринужденно, как будто вышел на легкую утреннюю прогулку, а жезл казался всего лишь обыкновенным посохом. Дэффид сосредоточенно развязывал веревки, чтобы снять чехол, укрывающий от ночной сырости тетиву лука. Приглядевшись, Джим решил, что чехлом служила свиная или овечья кишка, тщательно выскобленная и высушенная.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
