Читаем без скачивания «Если», 2002 № 06 - Джеймс Блиш

В итоге Тайлур достался мне. Случай или покровительство — не знаю, да и не интересовался. Тогда казалось само собой разумеющимся, что судьба благоволит именно ко мне.

Напутствий Гофер не давал.

— Ты не запомнил и тысячной доли того, что я хотел в тебя вложить, — сказал он на прощанье. — Теперь это уже не имеет значения. Опыт придет к тебе сам, а вот исправлять содеянное мне уже не придется.

Я пообещал сделать работу без изъяна, но тут же оборвал себя. Он имел в виду другое. Раньше я не обращал внимания на густую седину в его волосах и морщины вокруг глаз.

— От тебя ждут блестящих успехов, — добавил он. — Выбора у тебя, впрочем, уже нет.

Он ушел, и я почему-то был уверен, что мы больше не встретимся. Однако во время редких посещений офиса Корпорации я никогда не заходил в зал поминальных таблиц. Мне казалось, если не увижу имени Гофера на таблицах, не узнаю, жив он или нет, то когда-нибудь обязательно встречу его.

Так оно и вышло.

Разумеется, я собирался блеснуть. Разумеется, я не сомневался в успехе. И, прибыв на Тайлур, первые дни чувствовал себя молодым богом, готовым легко и изящно преобразовать мир в нечто совершенное. Вскоре, однако, я сам себе казался беспомощной рыбой, выкинутой на жаркий песок.

История планеты оказалась неинтересной, да и попросту скучной. Она ничем не отличалась от сотни подобных миров. Со времен Исхода на ней образовались две расы, а вернее — два клана, поскольку даже внешне их представители ничем не отличались друг от друга. Здесь вроде не было техногенных катастроф, Тайлур не подвергался опустошительному налету фанатичных борцов с Хворью, которые в поисках нанобов, якобы виновных во всех наших бедах, готовы были спалить все миры один за другим.

Были века расцвета, были эпохи упадка, но войны не кончались никогда. Потом, когда разорили все, что можно разорить, в скособоченные мозги гордых воинов лесов, долин и пустынь вползло немного здравомыслия. Правда, не сразу. Легенды рассказывают о воине из клана тай, который, к ужасу соплеменников, взял в жены деву из клана лур. Пророки двух кланов дружно прокляли их, посулив скорби, язвы и страшную кончину. Но не дождались. Воин, напротив, весьма преуспел. То есть так преуспел, что стал правителем двух континентов и принудил всех своих подданных жить в мире и дружбе. Как водится, наследники правителя росли в неге, забыли о суровых нравах, царящих за стенами дворца, и то ли внук, то ли правнук удачливого воина был низвергнут.

Свары возобновились, но порядком измельчали. Многотысячные войска не шли друг на друга, вытравливая посевы тяжелыми колесницами и разрушая города. Но теперь села враждовали с соседними поселениями, угоняя скот и убивая пастухов, города строили друг другу мелкие пакости, вроде поджогов, отравленных колодцев и разрушенных мостов…

К тому времени, как снова заработали порталы, корабли засновали между мирами и оживилась торговля, Тайлур являл собой довольно-таки жалкое зрелище. И быть ему вотчиной первого же удачливого авантюриста с парой легковооруженных кораблей, если бы такой авантюрист не нашелся на самой планете.

Случись такое, допустим, на Урале, памятники Энтелуру стояли бы на всех площадях. А здесь сложили несколько песен, и будет.

Как ему удалось снова объединить кланы, в летописях говорится невнятно. Помощь богов, исполнение пророчеств, знаки и чудеса… Словом, набор обычной дребедени, который человечество успело разнести повсюду за тысячелетия Исхода. А в устных преданиях, которые рассказывали у костров ночные путники, речь шла о подвигах иного рода.

Я помню, как во время изучения левобережья Северного континента пришлось как-то заночевать на перевале. Места были дикие, и хотя охрана мне была придана немалая, ей тоже было неуютно среди скал, оплетенных лианами. Лишь когда мы вышли на пастушеский лагерь, отважные воины повеселели, и вскоре жирное мясо шипело на углях.

Наевшись до благостного отупения, я развалился на кошме, дышал пряным воздухом горных вершин, разглядывал яркие причудливые созвездия и прислушивался к неторопливой беседе пастухов. Они долго веселились, проходясь по адресу чужака. Думая, что я не пойму северного наречия, долго перечисляли все мои мыслимые и немыслимые пороки. Один из пастухов со смеху чуть не упал в костер. Потом, когда содрали с него дымящийся плащ и немного успокоились, кто-то из воинов затянул бесконечную песню об Энтелуре.

В культурно-исторических слоях транскодера об этих именно подвигах ничего не говорилось. Набор минимальных сведений о прошлом, краткая характеристика местных деятелей и героев. Так что мне довелось впервые услышать о том, что герой, если верить песне, был обыкновенным кочевником, иными словами — разбойником. Однажды ему очень повезло, на его кочевье свалилась неисправная небесная повозка. И досталось Энтелуру немало добра, а среди него — волшебный посох, который огненными шарами испепелял его врагов.

Тут я даже нашел силы приподняться на локте. Мне очень хотелось узнать, как герой распорядился лучеметом, даже судя по сильно перевранному описанию, уральского производства. Я вдруг понял, что немного горжусь славой нашего оружия. Вот, оказывается, что представляет собой фигура на знаменах, которую я принял за кочергу.

Энтелур в общем-то оказался весьма неглупым малым. В завершение своих однообразных подвигов он перебил самых тупых и несговорчивых вождей, больших и малых, забрал их знамена и жен и объявил себя воплощением легендарного правителя-миротворца. А незадолго до ухода к праотцам он заключил генеральное соглашение с компанией «Астрогид». Умные вожди к этому времени успели вкусить плодов прогресса, и поэтому кончина Энтелура не сопровождалась обычной резней и откатом назад.

За полвека до моего первого появления на Тайлуре компания сделала немало. Но главное — вбила даже в самые горячие головы неожиданную идею: выгоднее торговать, чем воевать. И успела подготовить их к еще более невероятной мысли — заезжего чужака, оказывается, не надо грабить, наоборот, следует встретить его ласково, показать ему леса, луга, долины, и тогда он сам оставит все, что у него есть, да еще друзьям-приятелям посоветует сюда приехать. Туристический бизнес в том секторе как раз был на подъеме, вот «Астрогид» и не пожалел средств на заказ.

Квалификационный уровень тогда у меня не превышал десятого разряда, хотя несколько крупных работ не вызвали нареканий и обошлись без серьезных исправлений. Ну, а украшением моего послужного списка было затопление пустыни Цо на Палладине. Эстетизацию я провел безупречно. Неожиданное решение проблемы уничтоженных падением огромного метеора городов произвело впечатление даже на исправителя Гофера. Он сказал, что я не оставил ему места для комментариев. Это была высшая похвала.