Словно в Гунуа разочаровалась.
— Прямо сейчас? А испытания?
— Испытание подождут, это важнее, — ответила даже как — то встревоженно! Совсем не похоже на Ольви.
Повернулась, взгляд озадаченный. Понимаю, что переместить хочет в место, о котором не знаю, поэтому без колебаний к ней вплотную подхожу, мне лишь бы повод дай!
Снизу вверх смотрит, ох, а красива крошка, когда такая серьёзная. Потрясающий изгиб глаз. Всё больше и больше подчёркиваю в ней интересных деталей.
Шептать начала, а я прижался, за спинку обхватив. Но ладошки тут же съехали ниже и легли на подъёмчик ягодичный. Пришлось даже чуть пригнуться.
— Крис, — проворчала Ольви, прерывая заклинание.
Но я не убираю, прижимаюсь крепче только.
— Что Крис? Что — то не так?
— Убери руки от моей задницы, — выдала строго!
— Ты слишком многого просишь, — хмыкаю. — Раскачала попку на своих педалях и строишь из себя недотрогу?
— Это Градир, здесь не принято лапать женщин, если ты ещё не понял, — пробурчала. — Да и не на педалях, у меня она такая с балета.
— Какая такая? Небось, сама любуешься своей попочкой в зеркало.
— Крис, — прорычала!!
Как же мне нравится её драконить! До определённого момента игра с огнём меня возбуждает. А точнее со льдом в её случае.
— С такой попой тебя на балу истрахают глазами, — шепчу её над макушкой.
— Ты такой пошлый, никогда не встречала таких развратных мужчин, — проговорила уже более спокойно. — А ещё думающих не тем местом, когда следовало, как минимум насторожиться от моих беспокойств. Дело серьёзное, а ты думаешь только, как меня полапать.
— И трахнуть.
— И трахнуть, — соглашается. — Тьфу, Крис. Ты невыносим!
Перемещаемся!!
Оказавшись в тёмном подвале, где уже догорает последняя свеча под стеклом одного из переносных светильников, я успешно являю светодиодные фонарики, а следом и батарейки. Магичка смотрит на меня с явной претензией, пока я ковыряюсь со своими штуками, шурша упаковкой. Пока не включаю один, затем второй фонарик, озаряя подвал из красных уже ссыпающихся частично кирпичей и деревянных подпорок.
— Как оно светит⁇ Я не чувствую магии, — шепчет Ольви, приняв один фонарик.
— Четвёртая стадия развития твоих «наискр», — говорю уже, как думаю, осматриваясь.
Помещение со стеллажами заваленными свитками, как полноценная библиотека, только треть свитков вывалена на пол, не ровно выложенный досками. Похоже, магичка перекопала материалы основательно, не заботясь о том, чтобы прибраться. Судя по ощущениям, мы где — то на минус втором — третьем этаже. Переместились в свободное пространство к массивному столу с одним стулом.
— Шутник, да? — Раздаётся с претензией.
— Нет, это правда, до которой ты и сама скоро дойдёшь.
— Как интересно, — раздаётся сварливое. Понимаю, что это больная тема для магички, но ничего поделать с собой не могу. Вернее держать в себе не в силах!
Повертев и пощёлкав фонарём, Ольви быстро перестраивается.
— Подходи сюда, — говорит, подсвечивая на столе развёрнутый полуметровой ширины свиток с массивными бобинами, вроде как из металла.
Глава 25 Что же раскопал Гунуа
Сама бумага серая плотная, и не чернилами на ней написано, а будто тиснением. И не обычный структуры текст, а как газетными колонками. И чьи — то пометки на полях ещё каракулями. Язык ни тот, ни другой не разберу. Так, только если полюбоваться. Готичностью отдаёт и древностью, судя по растрёпанным краям грязноватой бумаги, похоже, что очень ветхий свиток. Как, млять, книгу мёртвых наковыряла. Сейчас начнёт зачитывать, и где — нибудь что — нибудь восстанет посерьёзнее вампиров!
Сбоку ещё шесть таких же бандур завёрнутых небрежно лежат и один свиток под этим развёрнутый.
— Так даже лучше видно, — комментирует Ольви, ловко подсвечивая текст голубым светом фонаря.
Пристраиваюсь сбоку. Она тактично присаживается на край стула, уступая другой. Я бы предложил сесть мне на коленки. Но сейчас действительно какой — то тревожно — волнующий момент. Поэтому устраиваюсь полупопицей на свободный кусок.
— Смотри, — начинает, проводя пальчиком по тексту.
— Ага, — отвечаю с иронией.
— Здесь сказано, — продолжает, не обращая внимания на мой тонкий намёк. — Что миром Вита всегда правил Синий Дракон. А не Красный, как ныне. И вот мой дед пишет пометку, что битвы драконов — миф, утверждает, что один заменил другого. Дата, странная: тысяча триста пятьдесят два цикла назад. Это же начало сотворения Мира по Драконьей вере. Утверждает, что тогда всё и произошло. Что это в действительности не начало. Спросить бы, откуда такая уверенность. Что ж, идём дальше.
Снова по теснению ведёт пальчиком.
— Тут я не совсем поняла. Пишут, что время Синего Дракона и мира Вита совпадает. А Красного, его заменившего — нет, поэтому он и не видит существ, — зачитывает, но с трудом. Похоже, тоже переводила.
Ведёт пальчик к другой колонке:
— Девять Драконов — девять миров. А вот дед пишет уже что — то странное. Синий Дракон повержен от рук мага Сиригр. Он заманил его трещиной в Стеклянном море и ударил. Но просчитался, Дракон не разбился у его ног, а распылился над миром, отдав девять камней и три части тела.
— «Тела»? — Ахаю.
— Похоже, речь твоих нынешних врагов об этом, — соглашается магичка и переходит на другую колонку сразу на пометки Гунуа: — Камни — это магия ведомая всем. Броня Дракона же ведома вампирам.
Ого, неужели речь о нано — броне? Золотая, бордовая, болотная и ещё всякие такие штуки типа копья Гелака, всё это у вампиров и их приспешников добыто. Но этот вывод оставляю при себе. А Ольви продолжает:
— Здесь больше ничего. А вот в другом свитке наткнулась уже на то, о чём говорил ты.
С этими словами она развернула второй свиток поверх первого. Этот весь в золотых загогулинах по периметру. Но исцарапанных, будто кошка когти точила. Снова толстая бумага и теснение. Пометок Гунуа море! Текст в две колонки по середине картинка! Человек, в круге, что — то мне это рисунок «Витрувианский человек» Леонардо да Винчи напоминает. И девять кругов от него отходят.
— Здесь речь о некоем Культе великого распространения, — комментирует Ольви, тыкая на изображение человечка. — «Тело», он же «Белый Высший» по версии деда, собирает девять камней Дракона и становится вхож в Небесный замок Дракона, из которого можно попасть в остальные восемь миров.
— То есть, если я соберу все девять камней Дракона, то куда — то там перемещусь? В Небесный замок?
— Что — то в этом роде, — предположила и магичка. — Дед пишет, что вампиры жаждут создать своего Дракона.
— Подконтрольного им, — дополняю фразу, ибо меня вдруг осенило!
Похоже, эти упыри, а точнее их часть: Сехмет и Акелдама, естественно не заинтересованные, чтобы другие Дома об этом знали, хотят сделать из меня нечто, что сможет пройти в Небесный замок, который контролирует Вита и ещё некие восемь миров. Культ распространения — название говорит само за себя. Они хотят распространиться ещё на восемь миров, где их нет. А там что, люди обитают? Вопрос несколько туманный.
— Гунуа пишет, — продолжает магичка. — Что вампиров привлекает либо Камень с «Телом», либо два Камня вместе, оно и говорит о наличии «Тела», которое может ими обладать.
— Что и требовалось доказать, — усмехнулся я.
— Ну и чему ты радуешься? — Бросила хмуро. — Если верить записям, они будут рады, что ты собирал три Камня. И приложат все усилия, чтобы собрать остальные.
— Они? Пять Домов не будут действовать сообща в этом вопросе. Судя по тому, что одни хотят поговорить, а другие убить во что бы то ни стало.
— Что ж, печально.
— А что — нибудь о ритуале конкретное есть? — Интересуюсь.
— Упоминаний много, но тяжело расшифровать, да и дед, похоже, не смог, — комментирует, водя пальцем по тексту.
Ищет долго, я уже заскучал.
— Что — то о преодолении разности времен, — отвечает в итоге. — Чушь какая — то.
Тааак. Может и не чушь!
Если посмотреть сквозь Камень, он показывают будущее. И это говорит о возможности преодоления или связи? А что если, имея все девять, можно перенестись куда — то или во времени, как в портале? Почему бы не рассмотреть этот вариант?
Осталось дело за малым. Собрать все девять Камней.
А что до Синего Дракона. Допустим, они принадлежат одной организации или системе: Небесному замку. И Красный действительно заменил уничтоженного по необходимости, но временная эпоха у него другая. Поэтому диапазон действий и возможностей ограничен. Он ищет «тело» прежнего, которое сумеет восстановить целостность системы, будучи в диапазоне Вита. То есть от него потребуется зарастить трещину.
В подтверждение вспоминаю слова Валианта о радиопередачах
