в неё и я, чтобы увидеть цель своими глазами. В общем разведка Лиги не обманула, объект был на поверхности, глуфы побоялись зарываться в землю на тектонически нестабильной планете. Несколько бетонных корпусов, посты охраны в виде дотов. На второй день наблюдения нам ещё и сказочно повезло, местные техники провели техническое обслуживание двух скрытых орудий. Внимательно рассмотрев бронеколпаки, имитирующие камни, мы приметили ещё несколько похожих. Не факт конечно, что все угадали и очень вряд ли, что разглядели все сюрпризы, но всё равно это было большим подспорьем. Так же удалось выяснить, что база живет по графику ночь-день, а не по каким-нибудь хитрым вахтам, так что атаковать было решено ночью. Предрассветный сон сладок не только для людей.
Наконец наступило время Ч, мы выдвинулись на позиции с наших лёжек. Первый удар нанесли расчёты тяжелого оружия, стремясь выбить доты с замаскированные турели. Я же сразу после удара рванул вперёд вместе со штурмовой группой, готовясь принять огонь на щит. Можно было бы его и сразу поднять, но из-за пепла в атмосфере он стал бы заметен и противник сосредоточил огонь на псионике противника. Так себе радость, потому я предпочитал рисковать и надеяться, что успею применить технику до того, как меня срежет чья-нибудь очередь.
Но к моему удивлению ответный огонь был до безобразия вялым. Сомневаюсь, что шипорылые спали на постах, по крайней мере не все. Но похоже массирование огня нашими любителями больших пушек и ракет сделало своё дело. Мы хорошо выбили дежурные расчеты, теперь дело за отдыхающими сменами, которые сейчас вскакивают с коек в казармах.
Преодолев первый рубеж обороны, мы двинулись к основному корпусу, надеясь застать защитников со спущенными штанами, массивную дверь в шлюз выбил расчет тяжелого оружия, вторую нам пришлось быстро минировать и подорвать. К моему счастью за дверьми не оказалось кучи стационарных турелей, нас встретили защитники только с ручным оружием. Псионический щит конечно просел, но против меня и десантников это была игра в одни ворота. За своеобразным холлом нас ждал коридор, который мы держали на прицеле, пока наш специалист взламывал терминал, стремясь получить внутреннюю планировку. С задачей он справился быстро, всё таки подобные системы редко имеют толковую защиту.
Получив представление о помещениях, мы продолжили свой путь. Тактика боя в зданиях с псиоником в группе была давно отработана. Гранаты-телекинез-добивание раненых из-за щита. Но из-за одного из поворотом к нам вылетела проблема в виде нескольких чужих гранат, направленных телекинезом. Я возблагодарил всех богов за свою скорость реакции, успев их перехватить и отправить подальше от нас, выставляя щит от осколков. Подарочки взорвались как раз на повороте коридора, со стороны врагов послышались крики, из чего я сделал вывод, что мой коллега со щитом немножко не успел. Потом последовал уже наш бросок гранат, которые я держал телекинезом, ожидая противодействия шипорылого псионика, которого не последовало. Если бы не шлем, утер бы пот с лица. Повезло в этот раз, могло не хорошо выйти.
К счастью больше проблем по пути к «мозгу» этой шарашки не было, автоматические турели перед штабом обороны заставили попотеть, но справились и с ними. Но как известно, если что-то может пойти не так, то оно обязательно пойдет через жёпу. В нашем случае всё пошло не по плану у штурмовой группы, которая брала приступом корпус с камерами заключённых. Ребята немножко не успели по таймингу, охрана при поддержке глуфского псионика перекрыла двери, вышла на связь с нами и пообещала открыть огонь по пленным в случае штурма. Тристан огорошил меня этой новостью и я был готов рвать и метать.
— Тяни время, агитируй за то, что мы их отпустим живыми, если сдадутся, грози расстрелять их пленных командиров, в общем делай, что хочешь, но дай мне что-то придумать — осталось мне сказать по рации.
После этого я начал потрошить пленных шипорылых офицеров на предмет информации. Но к моему сожалению глуфы никакой задней двери к псионикам не предусмотрели. Один вход, он же выход, в вентиляцию и прочие коммуникации протиснется разве что ребёнок и то с трудом, а вот про здоровых мужиков в броне речи не идёт. Так что делать было нечего, я с частью своей группы занял позиции у двери и мы стали готовиться к лобовому штурму, надеясь, что выкосим охрану раньше, чем они всех перестреляют. Но к моему изумлению защитники сдались, согласившись на предложение Тристана.
После того, как наш бравый викинг объявил эту радостную новость, он попросил не стрелять в болезных, когда они начнут выходить без оружия. Гермодверь в тюремный блок открылась и шипорылые начали выбираться по одиночке. Мы их без лишних слов отводили в сторону, держа на прицеле. По хорошему бы стоило поснимать с них бронекостюмы, которые сами по себе могут быть оружием, но это бы означало убить пленных. Так что пришлось стерпеть это досадное недоразумение, просто утроив бдительность. В одном из выходящих я признал коллегу и жестом отозвал его в сторону.
— Имя, звание? — спросил я у него.
— Клом Ваас, побочный авак — лаконично ответил он.
— Рад, что вы прислушались к голосу разума, авак. Кроме тебя псионики есть?
— Уже нет — ровно ответил он. Чувствовался в этом Кломе тертый вояка, который научился относится к потерям с изрядной долей фатализма. Неизбедность войны, сегодня кого-то убили мы, завтра могут убить кого-то из нас. Только не очень понятно, что такой матёрый кадр делает в охране пусть важной, но всё таки тюрьмы, а не на фронте.
Впрочем долюбливать его вопросами я не стал, тем более, что момент был не подходящий. Хиро на орбите добивал корабли глуфов, подкравшись к ним с кормы и выведя из строя двигатели первых двух в самом начале боя, а у нас появилась морока с пленными. Во-первых кроме людей здесь обнаружился десяток ис'итов, а во-вторых всем им в еду добавляли седативные от греха по дальше, так что они были не очень адекватны, зато очень пассивны. А ещё среди представителей нашего вида обнаружились знакомые лица.
Глава 23
В мире мало воды, и её нельзя пить,
Заражённая плоть всюду брошена гнить.
Вам нужна катастрофа, чтоб оценить:
