Она пронесла его мимо Кингсли, старательно того игнорируя, и пошла по коридору. Кингсли выключил за ней свет и остался в тени дверного проема. В конце коридора ее встретил Жерар. Он погладил малыша по голове и поцеловал. Он слышал, как Жерар хвалил внука за впечатляющий объем легких. Мужчина забрал мальчика из рук Джульетты и прижал его к груди, похлопывая его по спинке и успокаивая последние слезы.
- Пойдем поищем твою мамочку, - сказал Жерар внуку. - Она тебя успокоит.
- Я пойду спать, - сказала Джульетта Жерару.
- Иди, но не засыпай, - ответил Жерар. - Я скоро приду.
- Здесь твоя дочь, - напомнила Джульетта. - Тебе не следует приходить ко мне сегодня. Она может услышать.
- Она собирается встретиться с друзьями. Он будет спать. А ты - нет. - Он поцеловал ее в щеку и ушел, качая внука на руках и смеясь.
И в этот момент Кингсли почувствовал, как что-то ударило его, как океанская волна, лишило дыхания, выбило почву из-под ног, и отправило сердце в пятки.
Зависть. Зависть, подобной которой он никогда в жизни не испытывал. Зависть к этому человеку и к той жизни, которая у него была. Дети, внуки, Джульетта в его доме, в его постели, в его сердце. И если бы Кингсли предложили занять место Жерара, и все, что ему нужно было сделать, это вернуться в прошлое и трахнуть четырнадцатилетнюю Джульетту, он бы это сделал. Он сделал бы это, не раздумывая ни минуты. Сделал бы в мгновение, сию же секунду, и ни мгновение не сожалел. А это означало, что он не может судить Жерара и уж точно не может приговорить его к смерти.
Они были одинаковыми.
Джульетта вернулась к Кингсли.
- Ты должен уйти, - сказала она.
- Я уйду.
- Уходи навсегда. Оставь меня. Мы делаем только хуже.
Кингсли прислонился спиной к дверному косяку.
- Я хочу иметь детей, - сказал он ей.
Джульетта отвела от него глаза, словно не могла вынести его взгляда.
- Я тоже.
- От меня забеременела одна, и она не захотела его.
- Так вот почему ты здесь, на Гаити? Ты скорбишь?
- Да, - ответил он.
Джульетта прижалась к нему, обхватив его шею рукой и положив голову ему на плечо.
- Я хочу спасти тебя, - сказал он. - Пожалуйста, позволь мне.
- Ты не настоящий король, - сказала Джульетта, глядя на него снизу вверх. - А я не принцесса в башне. Он не дракон. Мы - реальные люди, и мечом эту проблему не решить.
- Я знаю. - Это были два самых трудных слова, которые он когда-либо говорил ей.
- Я не могу спасти тебя. Ты должен спасти себя, - сказала Джульетта. - Иди.
Она отпустила его, сделала шаг назад и встретилась с ним взглядом.
- Прости, - прошептала она. Je suis desolée. Она прикоснулась к его лицу и отошла, ушла, следуя по тому же пути, что и Жерар.
И Кингсли тоже было жаль.
Он вышел из дома, вернулся к машине, доехал до своей хижины и стоял один на берегу, наблюдая, как луна скользит по океану.
Спасай себя, приказала Джульетта. Он любил ее достаточно сильно, чтобы последовать ее приказу.
Гаити и Манхэттен были в одном часовом поясе. Он вернулся в свою хижину и набрал номер.
- Привет, босс, - ответила Каллиопа, когда подняла трубку. Она казалась сонной. Вероятно, он разбудил ее. - В чем дело?
- Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала, - сказал он.
- Конечно. Что?
- Закажи для меня билет.
- Конечно. Куда летишь?
- Домой.
- Франция?
- Нет. Домой. Я возвращаюсь домой, Кал.
- Серьезно? - Радость в ее голосе была слабым утешением, но он примет любое утешение, которое мог получить. - Когда?
- Как только ты купишь мне билет.
На заднем плане он слышал щелканье, ее пальцы летали по клавиатуре.
- Тогда знаешь что? - спросила она.
- Что?
- Увидимся завтра вечером, босс.
Она заказала ему билет и дала подтвержденную бронь. Затем, прежде чем она успела положить трубку, он дал ей еще три приказа.
Он собрал свои вещи и не оставил ничего, что могло бы дать Джульетте наводку, кто он и куда ушел.
И тогда он сделал то, чего поклялся никогда не делать.
Он покинул Гаити без Джульетты.
Глава 28
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Север штата Нью-Йорк
Элли бежала по лесу за Кайри. В старших классах девушка играла в волейбол и бегала как спортсменка — бесстрашно и без устали. Она бежала, как газель, грациозно подпрыгивая. Элли последовала за ней вглубь деревьев, следуя за звуком ее смеха, шелестом листьев.
В дальнем конце территории аббатства стояла небольшая мраморная часовня, скрытая среди деревьев. Элли еще не ступала туда, но Кайри сказала, что это ее любимое место для молитвы. Сегодня вечером они не планировали много молиться.
Дойдя до часовни, Элли остановилась и огляделась. Стояла ночь, и огромная луна ярко вырисовывалась над деревьями. Весенняя ночь была прохладной, но Элли не замерзла, хотя каждый выдох зависал в воздухе, как облако, когда она выдыхала. После бега ей пришлось вытереть пот со лба. Она была в джинсах и футболке, но босиком. Они обе бежали, как сорванцы по лесу, не обращая внимания на ветки, камни и холодную землю. Ангелы, должно быть, смотрели на них сегодня. Ни одна из них не споткнулась во время бегства из аббатства в часовню.
Но куда делась Кайри?
- Кайри? - прошептала Элли. Ее голос обвился вокруг деревьев и вернулся к ее собственным ушам.
- Бу! - сказала Кайри позади нее. Элли развернулась и схватила Кайри за плечо, пока та снова не убежала.
- Ты ужасно прячешься, - сказала Элли, притягивая ее к себе.
- Я не так уж плохо умею прятаться. Я прекрасно умею быть найденной. - Кайри поцеловала Элли в губы и рассмеялась.
- Почему ты убегаешь от меня? - спросила Элли.
- Потому что я хочу, чтобы ты поймала меня.
- Я поймала тебя. Что я получу?
- У меня есть подарок, - ответила Кайри.
- Для меня?
- Для тебя.
- Он перевязан белым бантиком? - Элли потянула за бантик на белой сорочке Кайри. Он завязывался у нее под грудью, и развязав его, сорочка падала с плеч вниз. На ней не было ни носков, ни туфель. Ее светлые волосы свободно спадали на плечи. В лунном свете она сияла, как свеча, и Элли последовала за светом к его источнику, целуя ее в губы, удерживая на месте. Кайри больше не убежит от нее.
- Пойдем внутрь, - ответила Кайри в губы Элли.
- Я так и планирую.
Элли прижала Кайри к дереву и поцеловала ее еще крепче. Она дернула за бантик на ее сорочке и стянула ее с плеч. На прохладном воздухе соски Кайри затвердели, и Элли наклонила голову и провела по ним языком, пока Кайри не начала стонать. Ей нравилось доводить Кайри до стонов, заставлять ее задыхаться, заставлять кончать. Ублажать эту девушку стало смыслом всего существования Элли.
Кайри рассмеялась, казалось бы, без всякой причины. Она увернулась от Элли, прижимая к шее сорочку.
- Иди и возьми меня, - насмехалась Кайри, подбегая к маленькой часовне. Она поманила Элли пальцем, прежде чем исчезнуть за деревянной дверью.
Элли не сразу последовала за ней. Сначала она осмотрелась, разглядывая деревья, ветки на земле. И наконец нашла то, что искала - длинную тонкую ветку с гладкой корой и огромным потенциалом. Элли согнула ее и отпустила кончик. Та с легкостью согнулась и мгновенно выпрямилась. Идеально.
Сорвав листья с трости и убрав лишние ветки, Элли вошла в часовню и обнаружила Кайри в передней части у молитвенного алтаря, расстилающей одеяла на полу.
Элли схватила ее за запястье и притянула к себе для еще одного поцелуя.
- Я принесла их сюда сегодня утром и спрятала, - сказала Кайри с сияющей улыбкой, когда увидела Элли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Преднамеренные сексуальные свидания, - сказала Элли. - На следующей исповеди у Отца Антонио тебе будет много о чем рассказать.
- Он будет так взволнован, - ответила Кайри. - Надеюсь, я не доведу его до сердечного приступа.
