забыл здесь? — тихо спросила она.
— То же, что и все остальные.
— Из твоих сослуживцев?
— Не совсем, — он отрицательно качнул головой. — Друг детства. Был.
— А сейчас?
— Сложно сказать.
Вот и Даше было сложно что-то сказать об этом участковом Данииле. Он был каким-то серым, неказистым и ничем не примечательным, и что-то тревожило ее насчёт его, но она пока не могла понять что.
— Что? — заметив, что девушка снова задумалась, Артём усмехнулся. — Тебе не нравятся твои новые знакомые?
Даша неопределённо пожала плечами.
— Ага, хочешь сказать, тебе больше по нраву твои знакомые-наркоманы, которые готовы сдать тебя за дозу винта?
— Ну ты сравнил…
— И все же.
— От них хотя бы не ждёшь большего.
— Да? А чего ты ждёшь от своих пьяных рокеров с квартирников? От всяких панков немытых?
— Да ну тебя, — Даша отмахнулась от него. — Сам ведь такой же панк немытый.
Князев, не удержавшись, рассмеялся и быстро поцеловал ее в уголок губ.
В этот момент рядом появился Илья. Сгримасничав на поцелуй, свидетелем которого он стал, он позвал их за собой:
— Пойдёмте, там Афган уже всех ждёт.
После небольшой официальной торжественной части, где главный виновник этого вечера произнёс пару слов, а ему были произнесены поздравления от его друзей и партнеров, после того, как покерные столы и рулетка были опробованы, после того, как большая часть гостей, оставив в казино кучу денег, разошлась по домам и остались только самые близкие, Афган позвал четверых парней на небольшой разговор к себе в кабинет. Вместе с ними он позвал и Дашу.
Все прошли в кабинет, в котором ещё пахло недавно изготовленной дубовой мебелью, Афган занял своё место в высоком кресле за широким столом из красного дерева и сложил руки в замок перед собой, а парни расселись по свободным местам. Артем усадил Дашу в ужасно скрипучее кожаное и слишком мягкое кресло, а сам сел на подлокотник и взял ее руку в свою.
— До меня тут слушок дошёл, что вы там какую-то тему мутите, — произнёс Афган, медленно оглядывая каждого из присутствующих. Не обошёл его взгляд и Дашу — задержался на ней на пару секунд и снова вернулся к Артёму. — С машинами.
— Не мы, — Князев качнул головой. — А я.
— Ну и что?
— Гонять иномарки сюда и продавать.
— И ты этим сам собираешься заниматься?
Мужчина задал этот вопрос Артёму, но посмотрел пристально именно на Дашу. Но она выдержала этот взгляд — как и Афган, она впервые слышала об этой идее. Князев и словом с ней не обмолвился о том, что хочет заняться машинами, даже не намекнул никак, так что она ничего не знала об их затеях и не была к ним причастна.
— Нет, у меня есть контакты человека, который этим занимается. Он уже нам всем попригонял, так что человек надежный.
— И ещё мастерскую, — вставил Илья. — У нас в городе ни одной приличной шиномонтажки нет, не говоря уже о чём-то более серьезном.
— Не боитесь лезть на территорию Карима? — ухмыльнулся Афган.
— Мы его рынок не трогаем, пусть и дальше своими деталями и маслами торгуют, — Волков пожал плечами. — Нам-то что?
— Не обидятся?
— Пусть обижаются сколько влезет, — ответил Артём. — Это бизнес.
— К тому же, — добавил Серега, — можно охранку свою открыть. Парней наших наберём и будем следить, чтоб никакой Карим обиды свои не показывал.
Афган дослушал их, отвёл взгляд в сторону и задумчиво усмехнулся.
Даша же поражённо сидела молчала. Этот план явно не родился за один вечер и обдумывался уже на протяжении долгого времени. Вот только как она об этом ничего не знала… И как им четверым удалось держать это все в секрете?
— Ещё какие-то пожелания? — усмехнулся Афган, поочерёдно взглянув на каждого. — Может, ещё кто-то хочет собственный бизнес?
Юра с улыбкой отрицательно покачал головой. Тогда Афган выжидательно поглядел на Дашу.
— Нет-нет, — она дернула щекой, — мне конторы с Ковалёвым хватит. А то они сейчас все своими бизнесами займутся, а за ним кто следит будет?
Мужчина беззлобно рассмеялся, услышав подобное заявление. Даша смутилась, не зная, как это расценивать — то ли ее сочли дурой, то ли ей и вправду удалось впечатлить начальника Артема. Тот же, заметив, что девушка чуть напряглась, и ободряюще сжал ее пальцы.
— Далеко пойдёт, — хмыкнул Владимир Семенович. Потом снова оглядел парней и спросил: — Ну, а от меня что-нибудь надо? Денег?
— Нет, мы сами, — за всех ответил Артем. Остальные согласно кивнули.
— Самостоятельные, значит, стали… Ладно, валяйте. Но не забывайте, что это грязный и опасный бизнес.
— Не опаснее казино, — парировал Илья с улыбкой.
— Да по сравнению с вашими идеями, казино — детские игрушки. Ладно, идите, — махнул рукой Афган. — Гуляйте.
Парни, ещё раз поздравив начальника с праздником, повставали со своих мест и двинулись обратно в зал. Даша, ухватившись за руку Артема, хотела уйти с ним, но ее остановил голос Афгана:
— А ты останься.
Догадавшись, что обращаются именно к ней, Даша замерла, удивленно поглядела на него, а потом вопросительно взглянула на Артема. Она не столько боялась остаться с Афганом наедине, сколько не понимала, с чего вдруг он хочет поговорить именно с ней. Но Артём коротко ей кивнул и скрылся за дверью, ведущей в зал, плотно закрыв ее за собой.
Девушка нехотя вернулась на место. Сидеть в этом кресле, когда под боком не было поддерживающего ее Князева, было уже не так легко.
— Как вечер? — спросил мужчина. — Нравится?
— Вы же о чём-то поговорить со мной хотите, — пробурчала Даша, разглаживая на коленях юбку платья. — Так говорите.
— Смелая, — ухмыльнулся он. — Как Артём и говорил.
Даша молча смотрела на него. Она догадалась, что он устраивает ей своего рода проверку на вшивость, которую она должна пройти — конечно же, ведь он не хочет, чтобы возле его лучших парней крутился абы кто. Тем более — влезал в их бизнес.
— Просто не вижу смысла тратить попусту время. За делом ведь позвали, а не просто поболтать.
— А о чем же я тогда собрался с тобой разговаривать, а?
— О них, — Даша кивком головы указала в сторону двери, за которой минуту назад скрылись парни. — Об Артёме.
— Ещё и умная, — Афган улыбнулся. — Мне уже нравится.
— А тут так принято, что каждая новая пассия ваших парней проходит четкую проверку под вашим личным контролем? — выпалила Даша прежде, чем успела подумать и прикусить язык. Ей не нравилось, что ее сейчас оценивают как какую-то породистую собаку на выставке.
— Ну зачем же так грубо, — мужчина покачал головой.
— Но ведь так и
