Читаем без скачивания Товарищ Резак (СИ) - Горшенев Герман

Гайка сидела на капоте по турецки. Моя подруга и раньше себя не утруждала одеждой, но сейчас на ней осталось меньше половины обычного гардероба. Поманила меня пальчиком. Я подошёл. Она сместила тело назад, вытянула ногу и схватила пальцами ступни за воротник, притянула к себе. Вторая нога обняла мне шею. Девка в багажнике по-прежнему выла на одной ноте и стучала, но кому сейчас до неё есть дело?

Глава 27. Резак. Старшая Сестра

Мы вернулись на большую стоянку. Дельцы уже успели развесить по всему городу камеры и в огромные экраны, собранные в один блок показывали, как в город врывались заражённые. Первыми были элитники и руберы, а за ними бежали все остальные. Выламывали двери и проламывали стены, пытаясь добраться да вкусного мяса.

На смену развесёлым и пьяным компаниям, одетым как клоуны или вообще не одетым, пытающимся помочь погрузиться в транспорт своим пьяным друзьям, приходили другие. Могучие грузовики, вышедшие с экранов постапокалиптических фильмов с суровыми парнями, занимали места гуляк. Бойцы таскали крупнокалиберные снайперские винтовки, огромные арбалеты, сделанные из рессор или углепластика, которые по своей мощности думаю не уступали римским скорпионам. Развесёлую публику заменяли суровые бойцы пришедшие сюда поохотиться на крупных тварей. Чернота здесь уступала место проходу, и в город приходили самые свирепые и крупные твари. Большинство из них после обеда уйдёт, но некоторых запрёт восстановившейся чернотой. Прелесть этого места в том, что крупные твари есть, но их не много. Можно было без особого риска поохотиться на жемчужины.

Дельцы собирались продавать трансляцию с установленных камер бойцам, а стоило это, как они утверждали, не дорого. Бизнес стоянки процветал и был официальным. Они имели лицензию от Хозяйки Свободного города и трогать их было равносильно войне с самой великой управительницей. Дураков не было, а вот обслуживание было на высоте. Охраняемая стоянка, бесплатный кофе и пакетики с едой и снеками. Под навесом, на грубо сделанном столе, в рядок выстроились с десяток пафосных кофе машин.

Наш броневик, на котором мы сюда добирались, был похож на миникупер с тракторными колёсами. Плотная сорокамиллиметровая броня, обвешанная решётками, семисот сильный мотор, бойницы, крупнокалиберный пулемёт и крохотные, похожие на танковые люки, дверцы. Запихать в него брыкающуюся девицу, без пары ударов, было не просто. Она орала и рассчитывала очевидно, что в скоплении людей ей помогу. Расчёт себя полностью оправдал. Почти сразу, пара проходящих парней предложила свою помощь. Они помогли её запихать на заднее сидение, подмигнули замухрышке и дружески шлёпнули по заднице.

Мы отправились в путь. Перегнулся и ножом разрезал на руках пластиковый зажим и швырнул через плечо книжку для новичков стикса. Вот правда говорят, что ничего так не успокаивает как правильное хорошее чтение. Получив книгой по роже, растирая слёзы и сопли девка погрузилась в изучение и почти перестала подвывать. Рассказывать о заражённых, споранах и манерах поведения совсем не хотелось, а по прибытии в Свободный город мы сдали её в приют.

По законам, мы не имеем права проводить в город тех, в ком не уверены, что он иммунный. Здесь ждали пока вопрос не решался. Или он становился заражённым и его утилизировали, или выдавали собственникам. Получили жетон, но тут-же его сдали, что означало, что если с ней всё будет в порядке, то она получит пол сотни споранов, на неделю место в бесплатной гостинице, и может отправляться на все четыре стороны.

А мы поехали спать к себе в номер. Просто спать, всё потом. Следующие несколько дней прошли в праздном безделии. Слонялись по городу, лавкам и кабакам. Гайка меня познакомила со своей компанией помешанных на бронетехнике друзей, которые тут-же попытались меня накачать спиртным до беспамятства, не забыв при этом и про себя. Каждый вечер, лёжа в постели, мы по долгу гадали, что же всё-таки надо дочке Хозяйки в Городе Развлечений, и да, у нас были по-прежнему два номера дверь в дверь, но подруга предпочитала ночевать в моём.

Хорошо после обеда я сидел в ресторане гостиницы. Большую порцию мяса дополнял стакан с налитым соком. Уже несколько дней я был жертвой разбушевавшейся паранойи и соблюдал сухой закон. Ощущение слежки не оставляло меня, и даже уговорил Гайку быть рядом, на виду, но близко ко мне не подходить. Очередной вечер кричал, что сегодня мне быть пьяным нельзя. Ко мне за стол подсел мужчина. Он был крепкий, немного жилистый, но без фанатизма. Тёмная майка, чёрные джинсы и чёрный рюкзак. Из оружия нож, Вал и кобура с пистолетом. Обычный набор для этих мест. В моей части стикса бесшумное оружие было роскошью, и было в основном самодельным, то здесь почти у всех рейдеров было заводское. Валы, Винторезы и Бизоны с глушителями встречались чуть-ли не чаще Калашниковых. Было и много экзотики, названия которых я даже и не знал. Здесь даже специальные дозвуковые патроны выпускали на местных заводах с экспансивной пулей и бронебойным сердечником. Близость пекла диктовала свои условия.

Я улыбнулся. Ничего не могу сказать про внешность — обычный. Мне протянули руку:

— Привет Резак, я Трах.

Обычно я не очень хорошо схожусь с незнакомцами, но это было приглашение к беседе. Пока со мной хотели договориться. Я пожал руку и представился:

— Резак. Мы знакомы?

— Конечно нет, но я о тебе наслышан.

— А ты, как я понимаю, любишь много и долго, или понемногу, но часто?

Мне в ответ улыбнулись, оскалившись в американском стиле во весь рот, показав ряд здоровых, но очень неровных зубов:

— Нет, я профессионально к этому отношусь, расскажу, как ни будь. Ничего ты не понимаешь, ну давай не об этом. У нас тут есть проблема. Кстати, а ты знаешь, что Мерседес назвал Мерседес в честь своей дочери Мерседес? Между прочим, только потом, в честь Мерседес назвали трусы. А самое главное в этой истории то, что для того чтобы Мерседес стал Мерседес, ему нужно было выйти на недостижимый для других технический уровень и уровень комфорта и создать лучшую машину. Например, его турбины принёсшие мировую славу на формуле один. После этого, каждая собака знала Мерседес и турбо наддувом. Ты понимаешь Резак? Тебе надо весь мир перевернуть, турбо наддуть, чтобы в твою честь женские трусы назвали.

— Не знаю, на что ты конкретно намекаешь, но ход мысли понятен, — и я немного наклонил голову, внимательно рассматривая собеседника.

— Нам, Резак, никого прирезать не надо, и отрезать ничего тоже не потребуется. Нам бы одну женщину найти, ты, как я понимаю, большой специалист по этому делу.

Похоже в этом секторе стикса все сошли с ума. Это будет уже третье задание на поиск женщины. Как-то они все повторяются, или у меня такая репутация, что мне уже перестали поручать что-нибудь пойти и отрезать? Трах как будто читал мои мысли:

— Резак, тебе и в правду не надо от неё ничего отрезать, и мы от неё тоже отрезать ничего не будем. Она не плохишка, она хорошая, только найти. Это сестра моего нанимателя.

— Так уж и сестра?

— А сколько ты хочешь, чтобы это была сестра моего нанимателя?

— Сколько, это не вопрос, вот что.

— А, что, ты Резак, хочешь, чтобы это была сестра моего нанимателя?

— Послушай, Трах, я понимаю, что обо мне знают немало людей, но кое-кто не всё обо мне знает. Я не берусь за работу типа, покарай вот эту тёлку, потому что она мне не дала, тем более, когда её надо привести живой. Вначале я должен понять во что я впрягаюсь, а потом будем говорить дальше, и только потом я скажу буду ли я вообще это делать, и только потом мы поговорим о цене.

Он меня дружески ткнул в плечо кулаком и показал бармену на бутылку древнего виски, количество лет выдержки которого не поддаётся описанию. Получил раритет из рук огромного мужика, протирающего стаканы и носящего фартук, наклонился, понюхал мой сок. Наполнил вторую половину моего стакана спиртными и стукнул горлышком об край. Сделал пару больших глотков прямо из горла бутылки и отсалютовал тарой. Нагло выудил из моей тарелки пару кусочков, положив себе в рот, особо не заботясь о культуре, совмещая разговор с проживанием сказал: