с хаотическим плодородием (за которое отвечают
Посейдон или
Дионис), буйством и разгулом страстей: допускаемым ради выхода к истокам первичных жизненных сил. Эта идея описывает образ экзальтации Венеры в Рыбах. Его подтверждает рождение в водах первичного океана прекрасных богинь плодородия и любви
(Афродиты, индийской
Лакшми, иранской
Ардвисуры Анахиты). Совместное влияние этих планет ставит акцент на возвышенно-экстатическом — или рождающем аспекте любви: сострадательном и милосердном. В первом случае их гармония способствует художественному творчеству и непосредственно-образному видению мира, дающему возможность даже в хаосе увидеть прекрасное. Во втором она обозначает покровительство и заботу о людях и животных, умение сочувствовать чужим бедам (образ рождения истинной любви в море глубоких чувств).
Дисгармонию Венеры и Нептуна иллюстрируют образы хаотически-безобразно го: чуда-юда, гидры, Химеры, — которое мешает чувствам человека верно сориентироваться. А поскольку чувство в восприятии играет не меньшую роль, чем разум, разрушение эмоциональной ориентации порождает иллюзии. Сюда относятся и образы эмоционального обольщения, тоже дающего чувствам неверное направление: сирены, русалки, ундины. Мешая объединению в дионисийском море любви личных чувств с надличностным восприятием (например, музыки), оно акцентирует частные желания человека, которые теряют высшие проявления и приобретают узко-материалистическую (или патологическую) форму.
НЕПТУН И МЕРКУРИЙ. Это образ разума-Геракла, проникающего в тайны, которыми владеют морские боги Нерей и Протей. В быту это — психологическая разборка в ситуации; а в напряженном аспекте, напротив: её запутанность, интриги и ловля рыбы в мутной воде. Взаимодействие Меркурия и Нептуна — это аспект психолога, который призван рационально прояснить суть дела, войдя в его глубину.
Высокая идея этого архетипического взаимодействия — рождение разума из неведомых глубин бессознательной жизни, к которой ближе всего нас подводит образ двух рыб (Сета и Гора), плывущих в разных направлениях. Здесь можно также вспомнить корень со значением стихийного брожения, разделившийся на два: mendh и rnenth — и родивший понятие мысли. Этот аспект побуждает вычленить в единой реальности противопоставленные компоненты, чтобы понять их действительное соотношение между собой. Поэтому он помогает развенчать иллюзии и дает способности к синтезу разных областей, а также к интерпретации таких сложных сфер единого, как символика, метафизика и душа человека.
НЕПТУН и МАРС. Это образ огня-Агни, зачатого в океане вод. Или Эроса: пламени любви, рождающей жизнь. Взаимодействие этих двух самых стихийных планет описывает рождение воли человека из изначального хаоса — или при столкновении с невзгодами и трудностями. Это может напомнить образ жертвы младшего брата-Триты — и героев, попавших во чрево чудовища, но оставшихся невредимыми и вызволивших из него все человечество. Таков образ победы Марса над Нептуном. Он подобен победе Юпитера, но оружие победы над хаосом не дано человеку заранее, потому поначалу герой попадает в плен и становится жертвой. Зато потом хаос не только оказывается побежден, но и открывает людям прежде тайные источники нового существования.
Сочетание этих планет в гороскопе способствует жертвенности, идеализму и растворению своих внутренних установок в стихии всеобщего. Их аспект рождает в душе поэзию, дает человеку возможность выразить волю момента и силу лидера, порой делая его идейным вождем (или целителем-экстрасенсом). Он несет струю душевного самораскрытия.
Конфликт этих планет обозначает дисбаланс активности и пассивности, сна и бодрствования, и несоответствие личной воли человека общему ходу жизни. Человек пропускает момент, когда следовало бы действовать, и не видит времени, когда можно было бы отключиться, заняв более пассивную позицию. Соответственно его призывы не воспринимаются другими. Если он склонен пустить события на самотек, они идут не лучшим образом. Эго неумение отдаться стихии так, чтобы это оказалось плодотворным, закрывает перед ним двери в высшие сферы. Поскольку воля Марса устремляется к изначальному истоку Нептуна, в конфликте этих планет побеждает Нептун: бурные воды жизни заливают огонь души.
СВЕТ НЕБЕС
— мировые архетипы планеты Уран
"В бездонном пространстве царь Варуна
с чистой силой действия
Держит прямо вершину дерева.
Ветви направлены вниз,
их основание — наверху.
Да укоренятся в нас лучи! "
(РВ 1,24:7)
НЕБОСВОД — ХРАНИТЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ
Что такое Небо? — Из мифов мы узнаём, что, в противоположность водной пучине, это — устойчивая твердь: мы находим образ небесного свода.
"Вначале сотворил Бог Небо и Землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет…
И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделят она воду от воды. И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И назвал Бог твердь Небом."
(Быт. 1, 1–7)
Первое разделение, повлекшее за собой сотворение мира, осуществляется внутри самого Хаоса: неведомо откуда в нём зарождается движение — в нём возникает творящий дух. Стихийное брожение пучин отделяет воду от воды, являя необходимое для жизни свободное пространство — Небо. Твердь Неба разделила тот, угрожающий и тайный, и этот, явленный, мир.
Хаос не мог остаться хаосом, потому что его состояние было неопределенно: не будучи устойчивым, он не мог сохранить сам себя. Его подвижность повлекла за собой поляризацию бытия: оно разделилось на существующее и несуществующее, светлое и тёмное, живое и неживое.
В шумерском мифе брожение изначального Хаоса предстает как пляска богов во чреве праматери Тиамат:
"Собирались вместе братья-боги, туда и сюда сновали, Тиамат они тормошили, чрево Тиамат они волновали…" Эго вызвало недовольство её супруга, первозданного океана-Апсу, предложившего ей уничтожить их, "чтобы спать в покое", — и привело к битве богов с силами Хаоса, завершившейся основанием мира. Половина тела праматери-гидры осталась внизу как море, вторая образовала небесную твердь, к которой были приделаны запоры, с тем чтобы вода могла течь на землю лишь изредка — в виде дождя.
Индийский миф так повествует о первичном динамизме вод, вызывающем из безвременья и мрака зародыш будущего мира:
"Вначале не было ничего, кроме воды, моря воды. Воды пожелали продолжать себя. Они изнуряли себя подвижничеством. И тогда… возник в них золотой зародыш. Тогда ещё не было года, но столько, сколько длится год, плавало золотое яйцо в водах. Через год из него возник человек, это был Праджапати."
Мир рождается из Хаоса: из состояния, где нет свободного пространства, из сверхплотной точки, из пустоты. В этом невообразимом состоянии происходит стихийное брожение — в нём рождается
