Читаем без скачивания Дуля с маком - Дарья Калинина

– Какие это трупы ты имеешь в виду? – поинтересовался у Нади Альберт Константинович.

– Да врет она все! – вместо Нади ответил Димитрий. – Сама и убила тех дружков Артура, которых он пригласил для подстраховки. Сначала убила на пляже того парня, который ей передал пленку от Артура. А потом убила и второго – Вадима. Тот в «дурке» спрятался и имел глупость рассказать об этом нашей Наденьке. Ну, ясное дело, после этого жить ему оставалось всего чуть-чуть.

– Все было не так! – наотрез отказалась Надя.

– Так все и было! – закричал в ответ Димитрий.

– Ты сам хотел меня убить! – кричала Надя.

– Ты сама убийца! – вопил в ответ Димитрий.

Глядя на то, как ругается его вновь обретенный сыночек с его молоденькой любовницей, Альберт Константинович заметно погрустнел, но перебивать не стал, слушая их перебранку с затаенной усмешкой. Немного повеселел он лишь после того, как вернулся его брат – Владимир Константинович. Полковник был бодр и заметно в хорошем настроении.

– Ну, племянничек! – сказал он, обращаясь к Димитрию. – Лучше бы тебе во всем признаться самому. Потому что улик против тебя предостаточно набралось.

– Какие еще улики? – недовольно спросил у него Димитрий. – Небось все сами и состряпали. Знаю я вас, ментов.

– Какие улики, говоришь? – все так же веселясь, переспросил у него полковник. – А вот изволь. Например, расписка, которую дала тебе присутствующая тут же в кабинете Наденька. Расписка, из которой явствует, что данная девушка взяла у тебя сумму, равную сотне тысяч долларов, сроком на один месяц.

– Ну и что? – сделав удивленное лицо, спросил у него Димитрий. – Мои деньги – кому хочу дать в долг, тому и даю. Как это может доказать мою вину, не понимаю.

– Может быть, для официального расследования этого было бы и недостаточно, но так уж получилось, что тут в некотором роде дело семейное. Да к тому же у нас есть и еще кое-что, – радостно ответил ему полковник.

– И что же?

– Например, запись твоего разговора с опять же присутствующей тут Наденькой, – ответил полковник. – Запись, где четко слышны ваши голоса. Так что не узнать их невозможно. И где ты предлагаешь Наденьке получить неплохие деньги, если она уговорит глупенького Артура сделать копии с кое-каких документов одного изобретения на заводе «Трибунал». Помнишь такой разговор?

Димитрий молчал.

– А я вот нашел эту запись вашего разговора, которую ты так предусмотрительно сделал, но почему-то не позаботился понадежней спрятать. Как же так, Димитрий? Ты же профессионал. Как же ты мог опуститься до такого, что спрятал кассету в трубы центрального отопления? Это же примитивно. И прости, но мне за тебя стыдно. Мог бы придумать что-нибудь пооригинальней.

– Ну, запись, – пожал плечами Димитрий. – Ну и что с того? Аудиозапись не является на суде доказательством вины. Не было запланированной операции, в ходе которой и появилась бы эта запись. Сплошная самодеятельность. И в глазах закона эта запись не считается уликой.

– В глазах закона, может быть, и не считается, – легко согласился с ним полковник. – Но видишь ли, никто и не собирается передавать твое дело в руки закона. Мой брат сам решит твою судьбу. И, поверь, он не склонен к бюрократии. То, что не годится для официального следствия, вполне удовлетворит моего брата. Хочешь послушать запись вашего разговора?

Димитрий отрицательно помотал головой. Зато прослушать пленку очень захотел Альберт Константинович. Стоило включить запись, как Инна удивленно охнула. Этот самый разговор она и слышала, находясь в своем номере в гостинице «Санни». Точно так же мужской голос угрожал убить всех родных Нади и ее в том числе и требовал, чтобы она согласилась, а женщина плакала. А потом раздался звук падающей мебели и звон разбитого стекла. И в разговоре и в самом деле упоминалось слово «Трибунал».

Теперь Инне было ясно, что в сто пятнадцатом номере она слышала голоса Нади и Димитрия. И ей очень захотелось спросить у Димитрия, как получилось, что она слышала шум падающей мебели, а когда они вошли с портье в сто пятнадцатый номер, там все было в порядке и мебель стояла на своих местах. Да и время разговора как-то не совпадало. Димитрий ведь должен был заручиться согласием Нади о сотрудничестве задолго до того, как Артур снял чертежи с «Трибунала» на пленку.

«Как ни крути, а у Нади должно было быть время, чтобы успеть обработать Артура, – подумала Инна. – И сделать она это могла явно не за один день. Значит… Значит, в сто пятнадцатом номере я слышала не сам разговор, а его магнитофонную запись. Запись разговора Нади с Димитрием. Но кто же слушал в сто пятнадцатом номере эту запись?»

Но с этим вопросом Инна благоразумно решила сейчас не лезть.

– В общем, мне ясно, какие аргументы ты приводил, чтобы уговорить Надю на предательство, – с гадливостью глядя на Димитрия, сказал Альберт Константинович. – Раньше я думал, что она польстилась просто на деньги. А теперь я вижу, что ты еще и запугал бедную девочку.

И Альберт Константинович перевел взгляд на Надю.

– Почему же ты мне сразу все не рассказала? – спросил он у нее. – Я сумел бы защитить тебя от этого типа. Никто ни тебя, ни твоих родных пальцем бы не тронул.

– Что, мне всю жизнь прикажешь с охраной ходить? – прорыдала Надя. – И потом, мне нужны были деньги. А ты мне их никак не хотел дать. Во всяком случае, не столько, как мне хотелось.

– Это я уже слышал! – махнул рукой Альберт Константинович. – Значит, деньги ты у Димитрия все же взяла?

– Взяла, – всхлипнула Надя. – И уговорила Артура сделать копии с секретных документов.

– А дальше? – спросил Альберт Константинович. – Говори мне чистую правду, может быть, в таком случае я тебя прощу.

Надя еще раз всхлипнула и начала рассказывать. По ее словам, выходило, что Димитрия она боялась до ужаса. За короткое время тому удалось так основательно запугать бедную девушку, что она уже совсем плохо понимала, что делает. Одно она знала наверняка: если пленка попадет в руки Димитрия, ей не жить. И поэтому девушка решила сделать все, чтобы пленка к нему не попала. И вообще она считала, что чем меньше народа посвящено в эту историю, тем больше шансов, что все пройдет благополучно.

Но Надя неосмотрительно поделилась с Артуром своими опасениями насчет Димитрия. И проникшийся ее страхами Артур пригласил двух своих друзей для страховки того момента, когда пленка будет переходить из рук Нади и Артура в руки заказчика. Узнав про это, Надя пришла в ярость. Она считала, что Вадим с Кириллом никак не смогут остановить Димитрия, но зато могут проболтаться и еще больше усложнить положение.

Сначала план у Нади с Артуром был таков. Артур в обществе Кирилла и Вадима передает копию секретных документов с «Трибунала» Димитрию, а тот уже отдает ее заказчику. Получив от Димитрия деньги, Надя, Артур и Вадим с Кириллом тихо и быстро исчезают из города. Разумеется, в этом случае Кириллу и Вадиму тоже нужно было что-то заплатить за услугу. Это Надю тоже никак не устраивало. И у Нади начал зреть свой собственный план, в котором не было места ни Вадиму, ни Кириллу.

– А в тот день, когда Артур должен был снять копию с документов, он позвонил мне и сказал, что за ним целый день ходит какой-то человек и что он подозревает, что отец нанял кого-то следить за ним, – рассказывала тем временем Надя. – Поэтому пленку он передаст Кириллу, а тот уже должен был передать ее мне, а я, в свою очередь, передаю ее Димитрию и получаю от него деньги.

– Где? – спросил у нее Хозяин. – Где ты должна была передать пленку Димитрию?

– Сначала он предлагал встретиться в гостинице «Санни». А потом мы договорились, что он подождет меня в машине возле пляжа, – ответила Надя. – А Вадим по нашему плану должен был во время этой передачи находиться поблизости и меня подстраховывать. Но он в последний момент струсил. Сказал, что заболел, идти никак не может, и остался в гостинице. А на встречу пришел один Кирилл. Пленку он мне передал…

– И ты его убила! – закончил ее мысль Альберт Константинович.

Надя кивнула.

– А что мне было делать? – спросила она. – Если бы я его не убила, он бы потребовал, чтобы я передала ее заказчику. То есть не самому заказчику, а Димитрию. Но это дела не меняло. Все равно, как только пленка оказалась бы в руках Димитрия, он тут же убил бы нас обоих. И меня, и Кирилла. Никто – ни Артур, ни Вадим, ни Кирилл – не понимал, с каким опасным человеком мы имеем дело. Я им говорила, что нельзя верить Димитрию и что ни Вадим, ни Кирилл не смогут защитить от него ни нас с Артуром, ни самих себя. Но я не могла это втолковать Кириллу. А рисковать не хотела. Димитрий мог появиться в любую минуту. В общем, я застрелила Кирилла, кинула пистолет в воду, а сама сбежала.

– С пленкой? – уточнил Альберт Константинович. – И где она?

– Не знаю, – заплакала Надя. – Я передала ее обратно Артуру. Он так потребовал. Сказал мне, что заказчик или Димитрий почему-то убили Кирилла и что дело становится слишком опасным, чтобы пленка оставалась у меня.